Одно хорошо. Кажется, с Лехой все разрешилось. Оставшись наконец одна, позвонила Жене и рассказала обо всем. Бедный, как же он переживал за меня! Грозился приехать немедленно. Еле отговорила, ведь ночь на дворе.

— Ну ты и стерва! — заявила Лика. — Уж от кого от кого, а от тебя я не ожидала!

Ксанка смотрела на меня с испуганным интересом. Раньше ей не приходилось видеть девчонок, которые «меняют парней, как перчатки». Это Лика так выразилась обо мне. Подруги жутко на меня взъелись. Чего я только не наслушалась! Лика заявила, что отдала мне лучшего парня, а я променяла его непонятно на кого! Ого! Выходит, раньше Леша принадлежал ей, где же она его держала? В копилке хороших парней? В загашнике лучших мальчишек? И как это ей пришло в голову? Интересно, если бы она рассказала об этом Лехе, что услышала бы в ответ?

В итоге мы наговорили друг другу много гадостей. Я себя не оправдываю. Сорвалась. Но меня можно понять, я же живой человек, и есть предел моему терпению. Кто же выдержит, если его поливать грязью?!

Я не хотела ссориться, честное слово. Может быть, надо было спокойно все обсудить. Но Лика, когда узнала о нашем разрыве с Лехой, первая на меня набросилась с упреками. Если бы она промолчала или я стерпела… Обидно было. Очень. Наши отношения в последнее время и так были не слишком теплыми. А тут еще и вся эта история.

Я ужасно переживала. Причем когда я оставалась одна, то постоянно прокручивала внутри себя Ликины слова, и каждый раз я находила все новые и новые ответы. Они казались мне разумными, ведь я все правильно говорила. Но стоило нам встретиться, как я начисто забывала свои доводы. Лика доводила меня до бешенства. В конце концов, после очередного скандала мы разбежались. Ксанка вроде бы сохраняла некое подобие нейтралитета, но предпочла остаться с Ликой.

Учебный год заканчивался. Времени не хватало ни на что. Я чувствовала, что теряю лучших подруг, и ничего не делала для того, чтоб сохранить нашу дружбу.

Моя жизнь изменилась. Все свободное время я проводила с Женей, в школе общалась с Иркой. Она дописала свою пьесу и ушла с головой в репетиции в нашей театральной студии. Меня она тоже подписала. Работы было много. Мы хотели подготовить спектакль к концу учебного года. Пьесу правили на ходу, вносили изменения, ссорились с режиссером, спорили до хрипоты. Ирка написала пьесу из школьной жизни, так сказать, с натуры. Нашим актерам нравилось играть самих себя, все были увлечены работой над спектаклем. Но возникало множество трудностей и накладок, да еще все нервничали из-за того, что времени на постановку очень мало, к тому же приближался конец учебного года, а контрольные и экзамены никто не отменял. У Женьки свободного времени тоже не было, но он, узнав о нашем спектакле, сам вызвался помочь с декорациями, да еще и Вадика попросил!

Вдвоем они быстро справились, так красиво разрисовали задник, что на него приходили любоваться из других школ.

С Вадиком я так и не поговорила. Не было возможности. А поговорить надо было обязательно! Иркины слова задели меня. Хотелось выяснить, насколько она права.

Но опять-таки у меня совершенно не было времени.

После разрыва с Лехой я много думала. Мы говорили с Женей. Я жаловалась на подруг, на Лехину агрессивность. Не знаю, как он, а я очень болезненно восприняла все, что произошло между нами.

Женя переживал за меня. Он говорил, что друзей терять тяжело. Рассказывал мне о своих друзьях, о том, что у парней все по-другому, проще и честнее. Я верила. Он утверждал, что парни не предают друг друга, что он непременно познакомит меня со всеми, они мне понравятся, и я им тоже, мы все непременно подружимся, и я не буду чувствовать себя покинутой.

Странно. Вроде бы покинутым считался Леха, но мне почему-то было не легче. Хотя, казалось бы, я получила именно то, чего хотела.

В конце мая Женя назвал мне точную дату отъезда на практику. Я бросилась к родителям с просьбой оплатить мне экскурсию по Золотому кольцу. Они, в общем, были не против.

— Но как же ты одна поедешь? — спросил папа. — Нет, одну я тебя не могу отпустить. Если бы это была экскурсия от школы, тогда другое дело. Да и что это тебе так загорелось?

Я стала объяснять, но, видимо, путано и неубедительно. Отец недовольно хмурился и качал головой. Я вспомнила об Ирке.

— А если я буду не одна, отпустишь? — спросила я у отца.

— С кем же? — поинтересовался он.

— С подругой.

— С Анжелой или Ксенией?

— Ни с той и ни с другой, со своей школьной подругой.

— Что за новости? — рассердился папа. — Это какая-то невероятная идея и совершенно невозможная!

— Ну пап! Мне уже шестнадцать! Между прочим, мои друзья художники уезжают на практику на целый месяц! Родители не запрещают.

— При чем тут художники? — спросил отец. — К тому же ты сама сказала, что они едут на практику, значит, в сопровождении преподавателей. Это совсем другое дело.

— Так ведь экскурсия тоже с сопровождающими. Там будет гид!

— Яна! — остановил меня отец. — Я должен подумать.

Спорить с ним бесполезно, он человек слова. Оставалось ждать и надеяться на чудо. Женя меня утешал:

— Ничего страшного, во-первых, папа еще может согласиться и отпустить тебя, а во-вторых, даже если не отпустит, мы будем каждый день звонить друг другу. Я буду очень скучать.

— Нет, целый месяц без тебя мне не выдержать, — твердила я. Неужели все начинается сначала. Сомнения, ревность, бесконечное ожидание. Что за судьба у меня такая?

Но я не собиралась сидеть сложа руки и ждать у моря погоды. Первым делом я обратилась к Ирке. И правильно сделала. Оказалось, у нее в Ростове живет тетка. Естественно, на экскурсию ее не отпустят, а вот проведать тетушку это — пожалуйста! Более того, ее отец отвезет нас туда на машине.

Я притащила Ирку к себе домой, чтоб познакомить с родителями. Надо было убедить их в том, что моя школьная подруга человек хороший и из приличной семьи.

Родители к незнакомым людям относятся недоверчиво. Их удивило, например, то, что я целый год учусь с ней в одном классе, но ни разу не приглашала к себе. Как я должна была объяснить это? Что с Иркой мы общались только в гимназии? Значит, я разделяю подруг на группы? Эти — до, те — после. Как-то неубедительно и странно, с точки зрения моих родителей. Да и к чему такое разделение?

Я и сама не знала к чему. Просто я так жила.

Но, как бы там ни было, Ирка сумела понравиться моим родителям.

Я получила от отца добро на поездку в Ростов.

Как же я была счастлива!

Первым делом позвонила Жене, чтоб обрадовать его. Теперь наша разлука уже не казалась мне такой долгой. Ведь мы сможем встретиться. Притом, как это чудесно! Другой город, новые люди, все новое. Мы с Женей будем бродить по всяким красивым местам, он будет работать, а я сидеть рядом, читать или просто смотреть на него.