Старейшины же Израиля сказали ему в ответ: «Да исполнится воля твоя, как и воля Господа Бога! Что же до нас, то никто из нас не нарушит слово твое, и мы не сообщим кому-либо, что Ковчег был забран у нас». И к такому соглашению они пришли в доме Божьем – старейшины Израиля со своим царем Соломоном».

«Иными словами, если верить «Кебра Нагаст», было организовано массовое прикрытие. Ковчег был увезен в Эфиопию при жизни Соломона, но вся информация об этой трагической утрате скрывалась, и поэтому о нем не упоминается в Священном писании» (Г.Хэнкок, «Ковчег Завета»).

Справедливости ради следует отметить, что сам Хэнкок, приводящий эти свидетельства древней эфиопской рукописи, склонялся к совсем другой версии. Посчитав, что библейские описания событий по обороне Иерусалима от войска ассирийского царя Сеннахирима, которая имела место в 701 году до нашей эры, указывают будто бы на нахождение Ковчега Завета в это время в Иерусалимском Храме, он предпочел выдвинуть гипотезу о том, что Ковчег был вынесен из Храма лишь во времена правления царя Манассии (687-642 гг. до н.э.).

Рис. 61. Ассирийский царь и Манассия (Хроника Амартола)

«…виновным мог быть только Манассия, которого книжники безжалостно наказали за то, что он «делал… неугодное в очах Господних, подражая мерзостям народов… поставил жертвенники Ваалу… и поклонялся всему воинству небесному, и служил ему. И соорудил жертвенники в доме Господнем… всему воинству небесному… и провел сына своего чрез огонь… и ворожил, и завел вызывателей мертвецов и волшебников; много сделал неугодного в очах Господа, чтобы прогневать Его. И поставил истукан Астарты, который сделал в доме, о котором говорил Господь Давиду и Соломону, сыну его: «в доме сем и в Иерусалиме, который Я избрал из всех колен Израилевых, Я полагаю имя Мое навек…».

… Манассия, сделавший «неугодное в очах Господних», внес идола в святая святых храма. Совершив такой возврат к язычеству, он просто не мог позволить ковчегу завета остаться на своем месте, ибо ковчег был знаком и печатью присутствия Яхве на земле и основным символом строго монотеистической иудейской веры. В то же время просто немыслимо, чтобы царь-вероотступник уничтожил священную реликвию: напротив, при его склонности к чарам и волшебству он наверняка посчитал бы это сверхнеразумным. Скорее всего, он приказал левитам вынести ковчег из храма прежде, чем установить свою «Астарту» во внутреннем святилище. И такой приказ левиты выполнили бы с большой радостью: будучи верными слугами Господа, они сделали бы все, что было в их силах, чтобы избежать осквернения предмета, который они считали «подножием к ногам» своего Бога, и они едва ли могли вообразить худшее осквернение, чем сосуществование в святая святых ковчега с долом чуждого божества. Будучи же священниками, они не были в состоянии оказать сопротивление такому могущественному монарху, как Манассия. Наилучшим выходом для них было покориться неизбежному и унести ковчег в безопасное место» (Г.Хэнкок, «Ковчег Завета»).

Однако ранее, опираясь на те же библейские тексты с описанием событий 701 года, было показано, что для гипотезы о нахождении в это время (и позднее вплоть до Манассии) Ковчега Завета в Храме нет оснований. Последнее прямое упоминание о Ковчеге относится именно к периоду правления Соломона. Таким образом, версия, излагаемая в «Кебра Нагаст», абсолютно не противоречит библейским текстам. А посему действительно совершенно не исключен вариант, что Ковчег Завета был похищен из Храма спутниками Менелика, направлявшегося в Эфиопию.

Согласно «Кебра Нагаст», покинув Иерусалим, Менелик и сопровождавшие его лица добрались до Газы на израильском побережье Средиземного моря, где до сих пор существует город с тем же названием. Оттуда они, предположительно, последовали по хорошо известному торговому маршруту по северному краю Синайского полуострова в Египет, где вскоре добрались до берега великой реки. Здесь они сказали: «Оставим наши повозки, ибо мы прибыли к воде из Эфиопии. Это Тэкэзе, которая течет из Эфиопии и обводняет долину Египта».

Из текста понятно, что путешественники в этот момент все еще находились на территории Египта и, вероятно, недалеко к югу от современного Каира. Поэтому рекой, у которой они оставили свои повозки, мог быть только Нил. Между тем в тексте упоминается не Нил, а Тэкэзе.

Однако в этом нет абсолютно никаких противоречий. Дело в том, что Тэкэзе – действительно эфиопская река, которая берет начало в центре Абиссинского нагорья, недалеко от древнего города Лалибела, течет по извивающемуся руслу в северо-западном направлении через Симиенские горы, сливается с рекой Атбарой в Судане и в конце концов вливается в собственно Нил в нескольких сотнях километрах к северу от современного города Хартум, стоящего у слияния Голубого и Белого Нила.

Более того, эфиопы (которые, естественно, еще не были в курсе современного представления о том, какая река чьим притоком является) часто называли Тэкэзе Нилом, и наоборот. Подобное встречается, как пишет Хэнкок, в текстах IV века и в более поздних документах.

На протяжении всей известной истории именно этому водному пути отдавали предпочтение купцы и паломники, путешествовавшие между Эфиопией и Иерусалимом. Выбирая один водный рукав – Тэкэзе, они могли попасть в северные районы Эфиопии; а по другому рукаву – Голубому Нилу – можно было попасть на озеро Тана, где располагается остров Тана Киркос, на котором, по утверждению эфиопов, некогда находился… Ковчег Завета!..

О том, что данные водные пути использовались для связи двух регионов с самых давних времен, говорят те «пережитки древности», которые в Эфиопии можно увидеть и ныне. Например, в музее Аддис-Абебы, столицы Эфиопии, можно увидеть те же изогнутые подголовники, которые использовались вместо подушек в Древнем Египте.

Рис. 62. Подголовник из гробницы Тутанхамона

Правила древнеегипетской игры под названием «сенет» давно утеряны, а в Эфиопии эта игра была широко распространена еще буквально меньше сотни лет назад. Доски для этой игры в музее Аддис-Абебы лежат рядом со старыми фотографиями играющих в нее эфиопов. А по озеру Тана и вытекающему из него Голубому Нилу даже в наши дни оживленно снуют небольшие лодки из тростника, изображения которых хорошо известны по фрескам Древнего Египта (см. Рис. 23-ц).

Так что водный путь для Ковчега и перевозивших его лиц, который указывается в «Кебра Нагаст», возможен не только теоретически, но и практически…

Рис. 63. Доска для игры «сенет» в музее Аддис-Абебы

Однако в Эфиопию Ковчег Завета попал, судя по всему, не сразу. По пути была еще остановка в Южном (Верхнем) Египте. Менелик, будучи наследным принцем, скорее всего, отправился все-таки в Эфиопию (править-то кому-то надо было), а часть сопровождавших его лиц вместе с Ковчегом Завета по каким-то причинам застряли на весьма продолжительное время на острове Элефантина в Асуане.

Хэнкок приводит, например, такую историю, которую ему рассказал священник Рафаэль Хадане из числа так называемых «фалаша» (эфиопских иудеев):

«Кое-кто поговаривает, будто мы ведем свое происхождение от израильтян, сопровождавших Менелика, но я лично не верю в это. Согласно преданиям, которые я слышал в детстве, нашими предками были евреи, которые жили в Египте, прежде чем перебраться в Эфиопию… Покинув Израиль, наши праотцы не просто проехали по Египту. Они поселились там довольно надолго – на сотни лет. И даже построили там свой храм… в Асуане» (Г.Хэнкок, «Ковчег Завета»).

На острове Элефантина в Асуане раскопки ведутся уже много лет. Здесь буквально нагромождение остатков храмов и других построек самых разных времен (есть даже маленькая пирамида времен знаменитой IVдинастии фараонов). К сожалению, остатков иудейского храма обнаружить так и не удалось. Дело в том, что в свое время он был разрушен до основания, а на его месте позднее был выстроен древнеримский храм (см. Рис. 24-ц). Хэнкок приводит следующие слова археолога Корнелиуса фон Пилгрима из Немецкого археологического института: