- Слава богам, - выдохнул он. - Я думал, что потеряю всех троих из вас.

Кэррелл закрыла глаза и сделала дрожащий вдох. Дети у неё на руках продолжали плакать — громко и сильно. Арвин нежно погладил сначала сына, потом дочь. Они были живы. Он дотронулся рукой до камня у себя на шее.

- Девять жизней, - прошептал он себе под нос.

Глаза Кэррелл открылись и впились в глаза Арвина.

- Это была она, не так ли?

Арвин мрачно кивнул.

- Одно из её семян.

- Оно...

- Мертво? - спросил Арвин. - Да, хвала Тиморе. По велению её удачи, Пакал оказался...

Услышав шум за спиной, Арвин обернулся. В дверях стоял Пакал, сложив на груди руки.

Арвин пересёк хижину и присел перед дварфом.

- Ты спас мою жизнь, - сказал он, - и жизнь Кэррелл, и наших детей.

Арвин испустил долгий вздох.

- Я думал, что ты отправился назад к своему народу. Как ты сумел появиться в нужное время в нужном месте?

Пакал хмыкнул. Он сказал что-то на своём языке — короткую молитву — потом заговорил на всеобщем. Его глаза улыбались.

- Это же была твоя идея — попросить меня присмотреть за деревней. Ты предвидел, что может появиться семя.

- Моя идея? - эхом отозвался Арвин.

Пакал кивнул. Он дотронулся толстым пальцем до виска Арвина.

- Память. Ты её стёр.

- А, - произнёс Арвин, неожиданно осознав причину, по которой постоянного ощущал смутное беспокойство.

Кэррелл передала близняшек другим женщинам и встала.

- Ты знал, что семя нападёт на нас? - спросила она, наступая на Арвина. - Мог бы меня предупредить.

- Он не мог, Кэррелл, - вмешался Пакал. - Семя могло прочесть твои мысли и узнать, что я его жду.

Кэррелл продолжала злиться.

- Ты поставил под угрозу жизни наших детей только ради того, чтобы избавиться от единственного семени? - воскликнула она. - Может быть, с этим семенем покончено, но что дальше? Сотрёшь все наши воспоминания о случившемся и отправишь Пакала назад в джунгли до прихода следующего? А дальше? Что будет после этого?

Арвин жал кулаки. Кэррелл была права. Придут новые семена. Арвин и Кэррелл могут сбежать, но нет никакой гарантии, что в их новом убежище не поселится очередное семя Зелии. Когда Зелия узнает, что Змеиный Круг был уничтожен, она ни перед чем не остановится, чтобы отомстить. И, как она только что продемонстрировала, убийства Арвина ей будет мало.

Пакал прервал эти мрачные мысли.

- Есть способ прекратить всё это, - сказал он. Дварф повернулся к Арвину. - Прежде чем стереть свою память, ты сказал мне напомнить тебе вот о чём: год назад ты лишил Зелию способности создавать семена по своему желанию. С тех пор она смогла посадить семена только в Нанет и Дметрио. Они оба мертвы. Все остальные семена — созданные Зелией до встречи с тобой — не разделяют её враждебность к тебе. Они просто выполняют приказы Зелии. Для них ты просто очередная цель. Уничтожь Зелию, и других приказов от неё не будет.

- Это всё очевидно, - ответил Арвин, - но возникает один большой вопрос. Я не рассказывал тебе, почему сразу не стал возвращаться в Хлондет?

Он бросил взгляд на близнецов.

- Кроме очевидных причин.

Пакал улыбнулся.

- Прежде чем сразиться с Зелией в её башне, тебе нужно было разузнать о её средствах защиты, - ответил Пакал. - У меня есть заклинание, которое позволяет допрашивать мертвецов — а мертвецы не лгут.

Арвин улыбнулся.

- Неплохой план, - сказал он. - Хотелось бы мне такой придумать.

Пакал ухмыльнулся.

- Ты и придумал.

Арвин покосился на Кэррелл. Гнев покинул её глаза, сменившись решительностью.

- Я тоже иду, - сказала она. - Моя магия...

- Нужна, чтобы защитить детей, - возразил Арвин. - Если другое семя найдёт их, пока меня не будет...

Губы Кэррелл сжались. Она выдерживала его взгляд ещё мгновение, потом кивнула.

- Сделай это, - сказала она. - Убей её. Покончи с этим.

Арвин и Пакал шагали по мощённой площади к возвышавшейся в центре города пирамиде.  Сс'инте'ссари был таким же древним, как Сс'юин, но в отличие от Дженестаа, Сэ'сэхен приложили немало усилий, чтобы отвоевать его у джунглей. Окружавшие площадь постройки были отремонтированы и восстановлены, возвратив прежнее величие, их камни — очищены и уложены заново. Змеи, сплетавшиеся на резных фасадах, были заново раскрашены яркими цветами. Плитка под ногами была ровной и гладкой, сквозь неё не пробивалось ни малейшего ростка.

А ещё плитку пятнала высохшая кровь. Дом Экстаминос не только победил Сэ'сэхен в Хлондете, но и перенёс битву в Чёрные Джунгли. Сибил непреднамеренно указала им путь, когда воспользовалась порталом на горе Угрут, чтобы последовать за Арвином и Пакалом. Сейчас дом Экстаминос контролировал то, что когда-то было крепостью Сэ'сэхен.

Мухи лениво поднялись в воздух, когда Арвин ступил на самое крупное из тёмно-коричневых пятен на площади. Тела павших унесли, но с нагретых солнцем камней по-прежнему поднимался запах смерти.

Дюжина хлондетских воинов стояла на страже перед местом назначения Арвина — пирамидой, в которой располагалась Гадючья Яма, храм, идентичный тому, что был логовом Сибил, храм, содержавший односторонний портал, который Сэ'сэхен использовали, чтобы попасть в Хлондет.

Хлондетские ополченцы не теряли бдительности, хотя им было непросто находиться на солнце в бронзовых кольчугах и сверкающих шлемах. При приближении Арвина они взяли арбалеты наизготовку. Их офицер — полукровка с узким, покрытым чёрной чешуёй лицом, которое походило на лица двух змей, изображённых на его кирасе — прижал рукоять меча к груди, потом низко поклонился.

- Лорд Экстаминос, - сказал он. - Мы подумали...

- Вам платят за послушание, а не за мысли, капитан Врешни, - сказал Арвин, ловко выудив имя из разума мужчины. Он надменно задрал подбородок, как поступил бы Дметрио. Раздвоенный язык придал его словам властное шипение. - Сопроводите меня к порталу. У меня срочные дела в Хлондете.

- Да, лорд Экстаминос, - ответил офицер, поклонившись второй раз. Он сунул в ножны меч и указал на пирамиду. - Сюда.

Арвин повернулся к Пакалу, тоже замаскированному под юань-ти. Иллюзия дварфа была идеальной; его тело казалось вдвое выше настоящего и было стройным, как у змеи. Татуировки на теле превратились в узор змеиной чешуи, космы волос пропали, а ожерелье когтей и зубов у него на шее превратилось в кольцо крохотных блестящих камней, вставленных в чешуйки на груди, плечах и спине. Единственная деталь, не тронутая иллюзией — золотой нарукавник с бирюзой на правом плече.

- Ты можешь идти, - холодным голосом приказал Пакалу Арвин. Он использовал свой лазурит, чтобы сердечно попрощаться с дварфом: - Спасибо. За всё.

Пакал ответил на его мрачную улыбку.

- Да хранит тебя Тард Харр, - отправил он в ответ. - И... удачи.

Он поклонился и зашагал прочь.

Арвин последовал за офицером, переставляя ступни плавными движениями Дметрио. Превращение прошло легко; внешность Дметрио пока ещё не успела забыться. Но перемещаться на коротких ступнях было непривычно.

Пирамида была высокой узкой. Она состояла из установленных друг на друга блоков. По каждой из четырёх стен сползала огромная каменная змея. Головы змей покоились на земле, а четыре хвоста переплетались на вершине пирамиды. Змея на передней стене обладала распахнутой пастью, и казалось, что её клыки отлиты из чистого серебра.

Арвин подавил дрожь, нырнув в пасть следом за офицером. Это слишком отчётливо напомнило ему о Ссете. Пасть была открыта достаточно широко, чтобы Арвин мог пройти, не пригибаясь, но офицер зацепил один из серебряных клыков краем шлема, и ему пришлось наклониться.

Плавный подъём привел их в помещение, освещённое мягким зелёным светом. Стены здесь были украшены похожей на чешую резьбой. Вес верхней части пирамиды поддерживался лесом из вырезанных в форме змей колонн. Вместе с мускусным змеиным запахом в воздухе висел сладкий аромат — оссра, понял Арвин мгновение спустя. Каменные стены пропитались ею, хотя стоявшие на полу жаровни оставались тёмными и холодными.