В III веке составляли много духовных песен святые Климент Александрийский, Непот, епископ Пентапольский. Апостольская Церковь, сильная внутренним, живым единством, не мешала некоторому разнообразию в образе совершения богослужения. В некоторых Церквах сохранялись вечери любви, когда они уже были отменены в других, выбор чтений зависел от предстоятелей Церкви; в одних Церквах пел весь народ, в других один только клир. Иногда, как сообщает Тертуллиан, в молитвенных собраниях некоторые из участвующих пели то, что внушало им вдохновение. Такой свободой могли легко злоупотреблять еретики, старавшиеся через духовные песни распространять свои неправильные мнения. Действительно, в III веке и позже еретики (в частности, Вардесан) составляли много духовных песен и старались ввести их в употребление при молитвенных собраниях. Это побудило отцов Церкви обратить больше внимания на образ совершения богослужения. В III веке свт. Григорий Неокесарийский установил для своей паствы литургию. Неокесарийцы так уважали память великого чудотворца, что долго не принимали ничего, что не было бы составлено Григорием: «Ни действия священного, ни слова, ни какого-либо чина таинственного», — говорил позднее св. Василий Великий.

В IV веке, когда лжеучения Ария и других еретиков производили смуты, особенно заметны стали со стороны отцов и предстоятелей Церкви усиленные заботы о том, чтобы точнее и строже установить чин Божественных служб. Лаодикийский Собор 368 года издал о том несколько постановлений. Определил, между прочим, чтобы пел в церкви один клир. Но это мало соблюдалось, и еще долго после Лаодикийского Собора все присутствующие участвовали в пении и отвечали общими возглашениями на моления, произносимые священнослужителями.

В то самое время свт. Василий Великий изложил письменно чин литургии, несколько сократив ту, которая была до него в общем употреблении, но не изменив ее в главных чертах. Это доказывают и сведения о древней литургии, сохранившиеся в «Постановлениях апостольских», и описание древней иерусалимской литургии, которое оставил современник свт. Василия, свт. Кирилл Иерусалимский. Он в своих «Оглашениях» излагает чин совершения литургии и некоторых Таинств.

Литургия в это время состояла, как и теперь, из проскомидии (приношения), когда приготовлялись Святые Дары; из литургии оглашенных, при которой присутствовали и не принявшие еще Святого Крещения, но готовившиеся к нему; и литургии верных, в которой участвовали только просвещенные Святым Крещением. При словах, произнесенных диаконом: «Оглашенные изыдите», оглашенные уходили из церкви, а верные готовились с усиленным вниманием и благоговением присутствовать при важнейшей части литургии, совершении Святого Таинства. Все моления и действия священнослужителей указывают на близость Таинства: верующим, готовившимся приступить к трапезе Господней и именовать Бога Отцем, напоминается о великой заповеди, данной Христом ученикам Своим.

«Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы Отца и Сына и Святаго Духа» — это возглашал священнослужитель, и на эти слова все отвечали, лобызая друг друга в знак взаимной любви, тем самым признавая, что только те, которые связаны воедино братской, христианской любовью, могут достойно исповедовать единого истинного Бога. При возгласе диакона: Двери, двери —обращалось особенное внимание на то, чтобы в собрание верных не вошел кто-нибудь из посторонних. Во времена гонений можно было опасаться, как бы кто не поведал о собрании христиан их врагам. Позднее, когда гонения прошли, этот возглас остался историческим свидетельством тяжкого времени гонения и всегдашним напоминанием христианам, что теперь они должны особенно собрать все свое внимание и изгнать из сердец всякую постороннюю праздную мысль. Вот как в IV веке свт. Кирилл излагал и объяснял то, что вслед за тем совершалось в церкви: «Иерей возглашает: горе имеим сердца;ибо действительно в оный страшный час должно иметь сердце, устремленное к Богу, а не долу прилепленным к земле и к земному. Поэтому иерей повелевает всем в оный час оставить житейские заботы, домашние попечения, и иметь сердце на Небе устремленным к Человеколюбцу Богу. Потом ответствуете: Имамы ко Господу,исповеданием сего соглашаясь с иерейским повелением. Никто же да не предстоит таким, чтобы устами говорить: имамы ко Господу,а мыслями иметь ум, прилепленный к житейским заботам.

Далее говорит иерей: Благодарим Господа;ибо подлинно должны мы благодарить Господа, что нас, которые были врагами, примирил с Собою и сподобил Духа сыноположения. На это говорите: Достойно и праведно;ибо, благодаря, мы совершаем достойное и праведное дело.

Потом иерей воспоминает о всем творении видимом и невидимом: об Ангелах, Архангелах, Силах, предстоящих Престолу Всевышнего и восклицающих: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф.

После того, освятив себя сими духовными песнями, молим человеколюбивого Бога, да ниспошлет Святого Духа на предлежащие Дары, да сотворит хлеб Телом Христовым, а вино Кровию Христовой. Ибо то, чего коснется Дух, конечно, освящается и прелагается. ^[288]

Потом, по совершении духовной Жертвы бескровного служения над умилостивительною сею жертвою молим Бога об общем мире Церкви, о благосостоянии мира, о царях, о воинах и сподвижниках, о сущих в немощах, о труждающихся — одним словом, о требующих помощи молим все мы и приносим жертву сию.

После поминаем и прежде усопших, сперва патриархов, пророков, апостолов, чтобы Бог, по молитвам и ходатайству их принял наше прошение; а потом вспоминаем о прежде усопших святых отцах и епископах и вообще обо всех из нас прежде почивших — веруя, что великая польза будет душам, о которых приносится моление, когда предлагается Святая и страшная Жертва.

По окончании сего читаем ту молитву, которую Спаситель преподал ученикам Своим, с чистой совестью именуя Богом Отцем и произнося: Отче наш, Иже ecu на небесех.

После сего иерей говорит: «Святая Святым». Святая— суть предлежащие Дары, приявшие наитие Духа Святого. Святы и вы, сподобившиеся Духа Святого.

На сие вы говорите: Един Свят, един Господь, Иисус Христос.Истинно един свят Тот, Кто по естеству свят; святы и мы, но не по естеству, а по причастию, подвигу и молитве.

После сего вы слышите певца, Божественной песнью призывающего вас к причащению Святых Тайн. Он говорит: Вкусите и видите, яко благ Господь.

После того приступай к Причащению сперва Тела, потом Крови Христа. Наконец, дождавшись молитвы, благодари Бога, сподобившего тебя таких Тайн».

Излагая таким образом чин совершения Евхаристии, свт. Кирилл говорит, что это не новый, а древний обычай, и увещевает хранить это предание неискаженным. Не изменил его и свт. Василий, но ввел в литургию несколько новых молитв.

В Италии чин литургии установлен учениками апостолов. В Риме, как говорит предание, — святым Климентом, а в Милане — Варнавой. Он был очень схож с чином восточной литургии, но впоследствии подвергался многим изменениям и рано утратил первоначальное разделение на литургию оглашенных и литургию верных.

В то самое время как на Востоке точнее определялся чин богослужения и отцы Церкви старались оградить свои паствы от еретических учений, то же самое совершалось и на Западе, в Милане заботами великого святителя Амвросия. Он придал богослужению больше великолепия, определил порядок песен из Св. Писания, заимствовал у Востока антифонное пение. Борьба Амвросия против ариан оставила живой след в богослужении Миланской Церкви. Когда ариане, сильные покровительством императрицы, старались распространить свои ложные мнения и овладеть миланскими храмами, Амвросий назидал народ поучениями и песнопениями. «Тогда, — пишет Августин, — постановлено было петь псалмы и гимны по клирам, по обыкновению восточному, дабы народ не ослабел под бременем скорби». Эти гимны большей частью составлял свт. Амвросий, выражая в них догматическое учение о Святой Троице. Они дышат высокой поэзией. После победы над арианами он воспел торжественную благодарственную песнь, отчасти заимствованную от гимна Богу свт. Григория Богослова: Тебе Бога хвалим, Тебе Господа исповедуем.У нас она и поныне поется при благодарственных молебнах; на Западе — при литургии и при совершении крещения, при коронации королей и на соборах.