Трепещущее постукивание ксилофона донеслось из динамика, а за ним последовали мягкие трели вокала фальцетом. Электронный ритм сочился чувственностью, словно бесцельно струясь в сексуальном трансе.

Я вскинула одну бровь.

— Музыка для секса?

— Glass Animals, — его бедра толкнулись мне навстречу. — Gooey, — он прошептал название песни с теплым выдохом, низко и соблазнительно заурчав мне на ухо.

Плавным проворным движением он сдернул мою футболку через голову, оставив меня обнаженной и дрожащей в предвкушении его прикосновений. Его глаза распалились и напоминали расплавленную медь, а его язык показался наружу, чтобы увлажнить нижнюю губу.

Когда он устроился на мне, я обхватила ногами его задницу и выгнула шею, чтобы завладеть его губами. Наши языки лениво ласкали друг друга, и Джесси покачивал бедрами в ритме нашего поцелуя и музыки, витавшей вокруг нас.

Мое тело превратилось в жидкость от ощущения его прижимавшегося члена, и мой разум вернулся к тому месяцу, который Джесси и Рорк провели вместе.

— Ты позволил ему смотреть, как ты дрочишь?

Жар его тела окутал меня, его губы отвлекали, скользнув по моему подбородку и обхватив мочку уха.

Я провела ладонями по его твердой спине и нырнула пальцами под пояс спортивных штанов, обхватив мускулистую задницу.

— Расскажи мне, как Рорк наблюдал за тобой.

Джесси чуточку отодвинулся, перенося вес на колени, и его взгляд упал на мои соски. Он лизнул каждую напряженную вершинку, слегка подул на них и наблюдал, как они съеживаются и напрягаются. Затем он проделал это снова, и каждое движение его влажного языка и дуновение дыхания заставляло мою киску пульсировать и гореть.

— Ты этого стыдишься?

Его притягивающие глаза взглянули на меня, и он моргнул.

— Нет.

Я прикоснулась пальцем к его рту, скользнула внутрь и растерла влагу по его роскошным губам.

— Ты хоть представляешь себе, как я завожусь, представляя вас двоих вместе? Пожалуйста, расскажи мне.

Он фыркнул, коротко выдохнув. Может, это гипнотические басы, ритмично лившиеся из динамика, но его лицо казалось таким мягким и расслабленным, почти мечтательным, когда он взглянул на меня.

Опустившись грудью на мою грудь, Джесси опирался на предплечья и ноги, сливая свое идеально точеное тело с моим.

— В первый раз мы спали в фургоне.

Первый раз… я сжала его бедрами.

— Вы всегда спали вместе?

— Да, — он усмехнулся. — Он приставучий.

— Он очаровательный, — положив ладони на его задницу, я притянула низ его тела к себе, задрожав от ощущения его твердой длины на своих складках. — Что случилось?

— Я проснулся, думая о тебе, — он уткнулся лицом в мою шею, стал лизать и водить носом по коже, а его пальцы зарылись в моих волосах. — Не прошло и секунды, когда я не думал о тебе, но той ночью меня преследовали образы тебя обнаженной, влажной и нуждающейся. Бл*дь, я так возбудился, а в фургоне помимо меня был только Рорк.

Он потерся своим членом об меня, посылая электрические импульсы через все мое тело.

— То есть, ты стал ласкать себя?

Джесси кивнул мне в шею, и его щетина царапнула мое горло, когда он просунул ладонь между нашими телами. Отодвинувшись ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза, он провел пальцем по моей щелочке, дразня и приоткрывая меня, поглаживая мою влагу.

Чувственный тембр фоновой музыки сменился новым соблазнительным ритмом, и наши тела пульсировали и раскачивались под томную мелодию.

Я удерживала его взгляд, неровно дыша, пока его пальцы скользили по моим складочкам, мокрым от возбуждения, а потом поднялись и начали выводить тесные круги вокруг моего клитора. Его прикосновения сделались сильнее, грубее, он водил пальцами по моему входу, а основанием ладони потирал мой холмик.

— Продолжай рассказывать, — я царапала стальные мышцы его задницы, и мое тело дрожало, нуждаясь в большем. Больше прикосновений. Больше его пьянящего говора.

Джесси провел двумя пальцами по моей скользкой плоти и ввел их глубоко в меня, породив стон в моем горле.

— Я трахал свою руку, представляя себе тесные тиски твоей киски, когда Рорк проснулся рядом. Я зашел уже слишком далеко, чтобы остановить его.

Он наблюдал за мной отяжелевшим взглядом, пока я выгибалась навстречу каждому толчку его руки, терлась клитором об его ладонь. Ведомая, ищущая, тянущаяся к опьяняющей разрядке удовольствия, я самозабвенно трахала его пальцы.

— Ты не остановился, пока он наблюдал за тобой? — одна лишь мысль об этом заставила меня выгнуть спину.

Джесси поймал мой сосок губами, двигая пальцами жестче, быстрее. Затем он отпустил мой чувствительный комочек и обвел его языком.

— Я не остановил его, когда он обхватил меня рукой.

Обожемой. Я запуталась ладонью в его волосах и приподняла его голову, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Он подрочил тебе?

— Ага, — подтверждение и согнувшиеся во мне пальцы довели мое блаженство до грани, а затем вызвали свободное падение, вздымаясь, опадая, лишая меня баланса.

Мое тело содрогалось от удовольствия, взрываясь тысячью хаотичных ощущений, опаляя мои нервные окончания и вызывая звезды перед глазами. Я блаженно выдохнула, моя грудь тяжело вздымалась, к коже прилил румянец и покалывание, пока я парила в его руках.

Джесси убрал пальцы, стянул штаны и пинком избавился от них окончательно. Затем он устроил бедра между моих ног, заставляя меня раскрыться. Обхватив ладонью основание члена и прижавшись лбом к моему лбу, он погрузился в меня с прерывистым выдохом.

Я ахнула от ощущения наполненности, вцепившись руками в силу его плеч. На один мучительный момент он замер неподвижно, погрузившись и растягивая меня, его толстая длина пульсировала в моих внутренних стеночках.

Джесси опустил рот и накрыл мои губы. Его язык, такой мягкий и влажный, играл с моим, дразнил, лизал и ласкал.

Затем он начал двигаться, напрягая бедра и выскальзывая из моей киски только для того, чтобы вновь ворваться, еще глубже и грубее. Я стонала ему в рот, мои пальцы скользили и играли с его мускулистой спиной. Его толчки ускорились, руки сцепились подо мной, тесно прижимая меня к нему.

Мы находились настолько близко, насколько это физически возможно, сделались скользкими от пота и возбуждения, наши тела сливались, пальцы и языки соединялись, ноги переплетались, а его член глубоко входил в самую интимную мою часть. Бл*дь, я любила это первобытное единение, эти тягучие пульсирующие узы, соединявшие нас.

Охнув, Джесси впился пальцами в мою спину и покрутил бедрами, скользнул своей длиной по моим складкам и пытался войти глубже с каждым толчком, тяжело дыша. Я поднималась ему навстречу, впитывая силу его толчков; его яйца били меня по заднице, а язык бешено сплетался с моим.

Во мне назревал очередной оргазм, заставлявший мое дыхание учащаться, срывавший с моих губ стоны, полные нужды.

Джесси оборвал поцелуй, отстранившись, чтобы посмотреть, как я кончаю — всегда наблюдающий, всегда напряженно сосредоточенный на моем наслаждении. Его губы приоткрылись, зрачки расширились, дыхание вторило ритму его двигающихся бедер.

Какие звуки он издавал бы, если бы Рорк стоял на коленях позади него, трахая его, пока он трахал меня? Стонал бы он громче? Толкался бы глубже? Я мысленно перестроила образ, поместив между ними Мичио. Куда лучше. Они бы обрели невообразимое удовольствие, если бы позволили себе такое. Боже, я жаждала, чтобы они хотели этого, любили друг друга, нашли утешение в объятиях друг друга. Сейчас, пока я могла насладиться опытом созерцания их вместе. И позднее, чтобы они могли утешить друг друга после моей смерти.

Я приняла эту фантазию, отдавшись наслаждению, и моя киска стиснула член Джесси, когда я кончила, хныча, задыхаясь и царапая его спину.

Он последовал за мной с гортанным криком, запрокинув голову, и на его горле напряглись жилы.

Я любила смотреть, как он кончает. Это сродни новой разрядке — видеть, как мое удовольствие эхом отдается в движениях его тела, в его приоткрытых губах и распаленном взгляде.

Переводя дыхание, Джесси притиснул меня к груди, удерживал мой взгляд с неморгающей интенсивностью и прижимал мои пальцы к своим губам. Он переполнял мое сердце, мои мысли и мою утробу. Страж моего разума. Отец моего ребенка. Я буду любить его до тех пор, пока в мире существует любовь. Всю жизнь. Вечность. Я буду любить его даже больше.

Мы переплелись воедино в потный клубок конечностей и вздохов, его член все еще подрагивал во мне, когда я подумала о разговоре, который привел нас к этому моменту удовлетворения.

— Ты кончил, пока кулак Рорка обхватывал твой член?

Он то ли застонал, то ли засмеялся и обернулся через плечо.

— Не совсем, — Рорк прислонялся к стене у закрытой двери, и его возбуждение натянуло пах его шортов.

Когда, черт подери, он вернулся? Я даже не слышала, как открылась дверь.

Джесси посмотрел на меня, и на его лице не отразилось ни капли удивления из-за присутствия Рорка.

Он опустил губы к моему уху и низким голосом прошептал:

— Я кончил ему в рот.