Глава 39

Разруха в Кентукки, Индиане и Иллинойсе была такой же, как и во всех остальных местах, в которых я побывала с тех пор, как вирус избороздил своими когтями Землю. Растительность карабкалась по бокам зданий, человеческие скелеты усеивали обочины дорог, а спутанные сетки густых кустарников образовывали навесы вокруг домов и аллей. Обветшание давало бесчисленные места для укрытий тли, мужчин и черт знает каких еще хищных существ.

Но миновать экосистемы разлагающихся тел и цветущего плюща с Линком за рулем — это совершенно другой опыт. Он не прятался от отчаянных глаз выживших. Нет, он останавливал фургон, выпрыгивал наружу без арбалета или другого видимого оружия и приближался к ним.

Совсем как сейчас, когда он шагал по потрескавшейся улице какого-то города в южном Иллинойсе, направляясь прямиком к офисному зданию. Он остановился у зияющей дыры, где раньше была дверь, и прокричал что-то неразборчивое. Он сказал, что там люди, но я не видела движения.

Морозный ноябрьский воздух задержался в фургоне еще надолго после того, как Линк захлопнул дверцу с водительской стороны. Я опустилась на колени между передними сиденьями, положив ладонь на бедро Джесси, который пересел за руль. Он обхватил мои пальцы своими, не отводя взгляда от Линка за ветровым стеклом.

— Он сумасшедший, — пробормотала я.

Волчья голова Дарвина протолкнулась под мою руку. Я отодвинула его назад, уговаривая почесыванием за ухом, чтобы держать его вне поля зрения.

— Да он и меня с ума сводит, — Рорк перебрался через меня и опустился на пассажирское сиденье, сложив полы своего темно-красного плаща на ножнах.

По дороге мы крали вещи из нескольких заброшенных магазинов, ища теплую одежду и больше еды. Собирательством занимался в основном Хантер, но мы сами выбирали себе гардероб. Меня слегка веселило, что мы с Джесси оделись похоже, оба вырядились в черные кожаные штаны, мотоциклетные куртки и ботинки.

Грузовые отделения наших шести транспортных средств вмещали наши припасы, Ши и Дарвина, меня и моих стражей, Линка и пятерых мужчин, с которыми мы уехали из Шарлотсвилля, и восемнадцать других мужчин, которых Линк завербовал по дороге.

Двадцать девять людей составляли нашу экспедицию, и нам нужно было еще больше.

Нам была нужна армия.

За две недели путешествия каравана из фургонов и грузовиков, дизельные двигатели на удивление хорошо работали на пластиковых контейнерах Пола с кухонным маслом. Мой дом в Миссури находился в тысяче миль от Шарлотсвилля — путь, который до эпидемии я могла преодолеть за два дня. Но теперь трассы покорежились крошкой асфальта и ржавого металла, а поиск ресторанов с фритюрницами требовал бесконечных усилий — остановиться, провести разведку на предмет безопасности, забрать и пуститься в путь.

А еще, конечно, задержки, связанные с вербовкой.

Вот почему Линк оставил нас припаркованными на обочине, пока сам направился к скоплению высоких зданий, чьи разбитые витрины были затянуты зелеными одеялами из лиан пуэрарии (прим. Пуэрария представляет собой лазающее лианообразное растение, похожее на вьюн или плющ с густой кроной, которая полностью увивает любые предметы). Он использовал различные тактики, чтобы оценить моральные принципы человека, заявляя, что личины воспитанного человека в цивилизованном мире уже не существовало, и хоть индикаторы верности своим принципам в этом мире сложно обнаружить, их можно увидеть, если знать, что искать.

С этим сложно спорить. Два года назад я бы остановилась, чтобы помочь мужчине, истекавшему кровью на обочине дороги. Сейчас? Я бы ударила по бл*дской педали газа и не оглядывалась. Это делало меня плохим человеком? Нет, чувак, это называется выживание.

Поскольку я могла смотреть только через лобовое стекло, я вытянулась за Джесси, чтобы мельком посмотреть в боковое зеркало. Там не виднелось никакого движения или признаков жизни среди заброшенных машин и заросших тротуаров.

Бусинки пота выступили на моих висках.

— Где остальная часть нашего каравана?

Джесси не сводил взгляда с лобового стекла.

— Они свернули, когда мы въехали в город, чтобы некоторые смогли тихо последовать за нами пешком.

Я поверила ему на слово. С переднего пассажирского сиденья ему открывался вид лучше, тогда как я не видела ничего, пока ехала в задней части без окон, с Рорком и Дарвином.

В каждом городе находилось несколько выживших и в десять раз больше тли. Вот почему я хотела, чтобы Ши ехала с нами. Если бы она была на виду, это облегчило бы часть моей тревоги. Но она упрямо отказалась, предпочитая оставаться с Полом и Эдди в одном из автомобилей, следующих за нами.

Линк стоял снаружи разбитой стеклянной двери в здание. Там не было укрытия, способного защитить его от пуль. Не было тени, чтобы скрыть выражение его лица. Лишь яркий свет солнца, ножи, которые, как я предполагала, скрывались под джинсовой курткой, да мои взбешенные пальцы, которые в настоящий момент тянулись к моим наручным ножнам, уютно спрятанным под рукавами. Не то чтобы я могла нанести какой-то урон с такого расстояния.

— Он дерзкий, — Джесси сжал мою ладонь и вернул ее на свое бедро, глядя на затылок лысой головы Линка. — Но не сумасшедший. У него вон там есть снайперы с арбалетами, — он взглянул на покореженный каркас перевернутой фуры на дороге. — И еще больше вокруг нашего фургона.

Я время от времени ощущала внутренние вибрации тли, но они быстро угасали, что означало, что люди Линка определенно поблизости и разделываются с нечеловеческими угрозами.

— Этот план мне все равно не нравится, — Рорк прищуренно смотрел на нашего самопровозглашенного лидера на другом конце дороги.

Мой пульс ускорился. Я не знала про план.

— Что за план?

Линк поднял руки, когда трое молодых мужчин вышли из рушащегося здания. На их грязных лицах отразилось напряжение, пальцы крепко стискивали ножи и кувалды, тела подергивались от недоверия.

Повернувшись лицом к мужчине впереди — долговязому блондину с пистолетом, удерживаемым обеими руками — Линк держал руки в воздухе, пока говорил и удерживал их внимание.

Я не слышала ни единого чертова слова.

— Что за план?

Джесси шикнул на меня, большим пальцем поглаживая мою руку и наблюдая за конфронтацией.

Что-то не так. Морщинки, пролегшие в уголках глаз Джесси, дерганье его кадыка и то, как он ласкал мои пальцы, все это было таким… полным сожаления. Но почему? В фургоне мы относительно в безопасности. Ключи висели в замке зажигания. Если встреча мистера Наглая Лысина завершится пулей в его башке, мы можем убраться отсюда к чертовой бабушке прежде, чем это оружие нацелится на нас.

Линк продолжал болтать, одной ладонью потирая голову, а другой жестикулируя. Что бы он ни сказал им, это заставило мужчин выпучить глаза и покачать головами.

Кивнув, Линк повернулся и показал на фургон.

У меня перехватило дыхание.

— Кому-нибудь лучше сказать мне, что происходит.

Джесси потянулся назад и схватил Дарвина за ошейник, посмотрев на Рорка.

— Это сигнал тебе.

— Сплошной бл*дский бред, — проворчал Рорк.

— Сигнал к чему? — я резко развернулась лицом к Рорку. — О чем он говорит?

Рорк проскользнул мимо меня и распахнул боковую дверь. Без единого слова он схватил меня за талию, закинул себе на плечо, вышел из фургона и зашагал к переднему бамперу.

Чтобы сделать что? Отнести меня к этим мужчинам? Какого черта?

— Мой лук! — я потянулась к фургону, но дверь уже захлопывалась перед обеспокоенными взглядами Джесси и Дарвина.

Рорк прижал мои бедра к своей груди, обошел автомобиль кругом и пересек улицу, сурово прошептав мне на ухо.

— Даже не трогай ножи под рукавами.

Серьезно? Каким бы ни был план, слишком поздно требовать ответов. Но это не помешало мне крепко пнуть его носком по бедру.

— Уф, — он перехватил мои ноги пониже и так крепко шлепнул меня по заднице, что я прикусила язык.

«Ублюдок!» Я впилась ногтями в его плащ на спине, бесясь, что не могу добраться до его кожи.

— Ты за это заплатишь, черт подери! Поставь меня!

Я попыталась вырваться, когда он сократил расстояние и остановился возле Линка.

— Видите? — Линк сжал мое бедро сзади. — Говорил же вам, что нашел женщину. Охеренно тесная киска. Как я и сказал, мы позволим каждому из вас провести с ней десять минут. Нам лишь нужно что-нибудь поесть.

Кровь отлила от моего лица, хоть я и знала, что Джесси и Рорк никогда не позволят этим мужчинам прикоснуться ко мне. Вот каков план? Соблазнить их плененной женщиной и посмотреть, как они отреагируют?

Я попыталась осмотреть улицы в поисках снайперов, но от висения вниз головой пульс колотился в моем горле, и я не видела ничего, кроме потрескавшегося асфальта и спины Рорка в плаще.

— Как? — спросил один из мужчин с приглушенным неверием. — Женщины не выжили.

Рорк опустил меня на ноги, развернув лицом к трем бледным лицам. Его ладонь грубо сжала мой подбородок, пальцы устремились к молнии моей куртки, дернув ее и расстегнув. Затем он потянулся к подолу моей футболки.

— Не делай этого, — я стиснула мышцы его предплечий, тщетно толкаясь.

Он задрал мою футболку вверх, обнажая мои груди.

— Нет! — мой несчастный крик расколол холодный воздух. — Нет, черт подери. Отпусти!

Мои соски превратились в горошинки на холодном ветру, пока я пыталась одернуть футболку, извиваясь и сопротивляясь в хватке Рорка. Одна рука обхватывала мою талию как стальная балка. Другая сжимала мое горло в душащем захвате.

Мне очень нужно избавиться от руки под подбородком, но она представляла собой знатный вес железа и решительности. Он не перекрывал мне поступление кислорода, почти не прилагая усилий, но я задействовала каждую мышцу в своем теле и стремительно выматывалась.

Где Джесси? Почему он это допускает? Он и Рорк должны быть моими защитниками, и тем не менее сейчас я чувствовала себя как угодно, только не защищенной.