Будучи шофером-дальнобойщиком, Боб нечасто бывает дома. Нелегко достаются ему эти 40 000 долларов зарплаты в год. Правда, старшему сыну уже исполнилось 18, скоро он получит права, и они будут работать вместе.

Семья Дункел держала на пастбище трех верховых лошадей, двое их детей регулярно тренировались в выездке и в преодолении препятствий, что было полезно как людям, так и лошадям. Знали они о лошадях значительно больше моего. Бев даже пристыдила меня, обратив внимание, что Ваню давно не стригли, а я вообще ни разу его не стриг. Она подстригла волосы на морде и привела в порядок Ванину гриву. А еще хозяева принесли ведро персиков, и первый раз в жизни попробовал Ваня эту вкуснятину.

Хотелось бы, наверное, Ване остаться здесь подольше, но запряг я его рано поутру, в надежде проехать самый жаркий участок пути до послеполуденной жары.

На подъезде к городу Бэйкер-сити увидел мастерскую по ремонту горнодобывающих машин и зашел с про сьбой наварить шипы на запасные подковы. Хозяева, отец и сын Вудворс, никогда в жизни не производили подобной работы, но пообещали сделать ее через пару часов и подвезти подковы туда, где я остановлюсь на ночь.

В 1861 году в этом районе было найдено золото и другие полезные ископаемые, и с тех пор город Бэйкер-сити процветает, будучи центром горно-добывающей промышленности графства с одноименным названием. Здесь бережно сохраняют построенные еще в прошлом веке дома с колоннами, портиками и балконами. Вдоль главной улицы современные здания банков, ресторанов и магазинов тоже сохраняют стиль прошлого века и не выпирают наглой и уже стареющей новизной кубических примитивностей.

По дороге к местной ярмарке меня остановил стройный, мускулистый мужчина лет сорока и представился Роем Андерсоном. Он был мужем сестры моей хозяйки, Джин Флойд, с Медвежьего озера. Несколько дней тому назад она созвонилась с Андерсонами и попросила встретить и приютить меня на пару дней.

Рой объяснил мне дорогу и поспешил к себе на ранчо, где он содержал 250 голов скота мясной породы, шотландских гэлловэев. Он переехал в эти края из Юты, ку пив ранчо с 240 гектарами поливных земель, на которых выращивает кукурузу и люцерну. Хотелось бы еще подкупить земли, но в этих благодатных краях больше покупателей недвижимости, чем продавцов.

Рой устроил Ваню на пастбище, а его миловидная жена Мэри-Элен приготовила званый обед, пригласив друзей и соседей. Старый приятель Роя по учебе в университете Линден Гринхолг приехал из города Норд-Паудер, чтобы рассказать о своем грустном опыте проживания в русской деревне. Пару лет назад университет субсидировал его поездку в один из еще сохранившихся там совхо зов Краснодарского края. Вместе со своим профессором-селекционером они решили предпринять благородную попытку повысить молочную продуктивность тамошнего скота. Они собирались улучшить породу русских буренок путем искусственного осеменения их элитной спермой американских быков.

Оказавшись в станице Каменской, американцы, кроме трудностей с поисками жидкого гелия для сохранения спермы, обнаружили, что не могут собрать данных о продуктивности коров. Доярки скрывали их не только от начальства, но и от этих незваных благодетелей. Ведь не украдешь – не проживешь. Официальные данные о дневном удое явно расходились с фактическими. Дирекции совхоза тоже не нравилось, что американцы суют везде нос. И почти всем было подозрительно, что заморские спермоносители не пьют спиртного, не курят и не спят с их бабами.

Началась кампания дискредитации – американцев обвинили в том, что, прикрываясь научными целями, они приехали вербовать жителей села в секту мормонов. (Я, кстати, не исключаю такой возможности.) Местный православный священник заявил на проповеди, что дьявол может явиться в любом обличье и люди должны остерегаться любых сектантов. В конечном счете Линден со своим профессором бежали из села, оставив всю сперму в надежде, что кому-нибудь она пригодится. Похоже, не готов русский человек к искусственному осеменению.

Андерсоны не возражали против того, чтобы я остался у них на пару дней, и позвонили кузнецу, чтобы он приехал подковать мою лошадь. Мне выделили отдельную спальню и скрепя сердце разрешили курить трубку на веранде.

На следующий день Мэри решила отвезти меня и детей в Музей памяти Орегонской тропы, располагавшийся на вершине холма, в окрестностях Бэйкер-сити. Там была устроена диорама и выставлено множество предметов обихода переселенцев. Меня, как всегда, интересовала сбруя и конструкция телег той поры. Несомненно, мои предшественники позавидовали бы моей телеге на резиновом ходу и с рессорами под задней осью, а я завидовал их сбруе. Поскольку я был первым за столетие путешественником, добравшимся до этих мест с телегой, администрация музея подарила мне майку, выпущенную в честь юбилея Тропы.

По дороге домой мы заехали на монетный двор, где его хозяева вручили мне золотую медаль, также выпущенную к этому юбилею. Они выпускают медали по поводу множества юбилеев, а также медали, предназначенные членам всевозможных клубов и организаций.

Особенно меня восхитили медали для членов клуба «Анонимных алкоголиков» со специфическими особенностями сексуального предпочтения – гомосексуалистов и лесбиянок. Здесь же впервые я подержал в руках самородок золота весом почти в три килограмма. У самородка было даже собственное имя – «Гранд дэди» (дедушка). Был уже и покупатель-коллекционер, готовый заплатить 80 000 долларов, в три раза дороже его номинальной стоимости. Вот так проскальзывает мимо моих рук золото.

Вдоль дороги я фотографировал наиболее интересные почтовые ящики либо их основания в форме цепей, подков, плугов и даже мотоциклов. Здесь на главной улице был установлен почтовый ящик, пьедесталом которого являлась сваренная из листового металла скульптурная группа возниц. А на соседней улице вышедший на пенсию хозяин магазина для поддержки своего почтового ящика использовал коляску для покупок – вот так изгаляются империалисты.

Вернувшись на ранчо, я был счастлив встретить кузнеца Арта Шора. Коваль за 50 долларов сменил Ванины подковы на те, которые мне вчера наварили Вудворсы. Арт, похоже, впервые ковал тяжеловоза, и я боялся, что подковы долго не продержатся. Каждый раз, когда с меня берут деньги за ковку лошади, подковы долго не служат. Беспокоило и то, что наваренный металл хотя и был твердым, но скользил на асфальте и бетоне.

Вечером хозяева устроили пикник, посвященный героической истории мормонов, пришедших в эти края. В прошлом веке последователи этой религии часто не имели денег на приобретение волов или мулов и отправлялись в путь к Великому Соленому озеру с двухколесными тачками, толкая их перед собой или таща сзади. Существует множество легенд о героизме и религиозном фанатизме членов секты, стремившихся достичь земли обетованной – долины Солт-Лэйк.

Наиболее популярна легенда о Маргарэт Дэлгиш, приехавшей в США из Шотландии и тащившей свою тележку 2000 километров. Дэлгиш отказывалась от помощи ехавших рядом на телегах спутников. Достигнув кручи, с которой открывался вид на долину Соленого озера, она опрокинула содержимое тачки в обрыв и спустилась вниз, чтобы начать жизнь с нуля. Зачем же она, глупая, эту тачку тащила? Что-то уж очень мазохистско-идиотическое проглядывало в этой легенде.

Вместе с соседями мои хозяева решили вспомнить те героические времена. Они собрали девочек в возрасте от четырнадцати до семнадцати лет и предложили им провезти тележки с грузом не 2000 километров, а всего километр. Им не удалось найти двухколесные тележки – решили обойтись одноколесными. Погрузив друг друга в тачки, девчонки по очереди толкали их, регулярно опрокидывая, под общий смех. Потом им нужно было собрать в саду по чашке крыжовника и найти в курятнике яички.

На этом испытания трудностями для девчонок не закончились – им предстояло поджечь уже сложенный костер, наполнить миски заранее приготовленной родителями фасолью с мясом и самим же съесть это. Трудно сказать, было ли также частью их испытания слушать в течение пары часов пастора, рассказывавшего о героизме предков.