Рэйчел Мид

Железная корона

1

Не путайте королев фейри со сказочными принцессами фейри.

Там, откуда я родом, девушки, которые хотят быть сказочными принцессами, обычно мечтают о прозрачных крылышках и платьицах с рюшами. О розовых платьицах. И я совершенно уверена, что стразы являются неотъемлемой частью наряда волшебной принцессы, как и милые палочки со звездами на конце, исполняющие желания. Принцессы ожидают шикарную жизнь, полною роскоши и безделья, и лесных существ, прислуживающих при осуществлении каждой потребности.

Как королева фейри, могу признать, что причастность лесных существ немного больше, чем можно было бы ожидать. Но в остальном? Сплошной абсурд. У фейри — по крайней мере, с которыми я имею дело — очень редко бывают крылья. Моя палочка сделана из необработанных драгоценных камней, скрепленных вместе, и я использую ее, чтобы уничтожать обитателей Иного мира. А так же била ею нескольких человек по голове. Моя жизнь полна грязи, жестокости и смерти — к такой жизни не подходят платья с рюшами. Я ношу джинсы. И что самое главное, я ужасно выгляжу в розовом.

И я так же уверена, что принцессы фейри не имеют дел с такого рода дерьмом с самого утра.

— Я убил… Эжени Маркхэм.

Слова прозвучали громко и четко на всю столовую, в которой пировали за круглыми столами около тридцати человек. Из-за сводчатых потолков и стен из грубого камня, она напоминала часть средневекового замка, потому что... ну, потому что, в каком-то роде, так и было. Большую часть утренних посетителей составляют солдаты и стражники, но так же присутствовали несколько чиновников и высокопоставленные служащие, проживающие и работающие непосредственно в самом замке.

Дориан, Король Дубового Царства, и по совместительству мой любовник из Иного мира, сидел во главе стола и оторвался от тарелки с завтраком, чтобы увидеть того, кто произнес столь смелое заявление.

— Прощу прощения, ты что-то сказал?

Говорящий, стоя по другую сторону стола, повернулся весь багровый, как одежда, которую он носил. На вид ему было двадцать с небольшим, по человеческим меркам, что наверняка означало, что на самом деле, по меркам фейли — или джентри, как я люблю их называть — ему было сто или около того лет. Парень прикусил губу и выпрямился, делая попытку выглядеть достойно, в то время, как он смотрел на Дориана.

— Я сказал, что убил Эжени Маркхэм.

Человек — воин, я полагаю — всматривался в лица, окружающие его, и без сомнения надеялся, что слова его вызовут ужасную реакцию.

Дориан не сразу ответил и не выглядел очень обеспокоенным. Он деликатно промокнул рот парчовой салфеткой и положил её обратно на колени.

— Она мертва? Ты уверен?

Он взглянул на темноволосую женщину, сидящую рядом с ним.

— Шайя, разве мы не видели её только вчера?

— Да, милорд, — ответила Шайя, добавляя сливки в свой чай.

Дориан откинул свои по-осеннему красные волосы с лица и вернулся к нарезанию сладких пирожных с миндалевой глазурью, которые являлись наиболее важной частью приема пищи за день.

— Что ж, ты слышал. Она не может быть мертва.

Солдат из Рябинового Царства смотрел с недоверием, которое становилось с каждым разом все больше и больше, потому что люди по-прежнему либо относились к нему с любопытством, либо попросту игнорировали его. Единственным человеком, который выглядел весьма обеспокоенно, была пожилая женщина-джентри, сидевшая по другую сторону от Дориана. Её звали Ранелль, и она являлась послом Липового Царства. Она приехала только вчера, и явно не привыкла к дурацким происшествиям, царившим здесь кругом.

Солдат вновь переключил свое внимание на Дориана.

— Вы действительно такой ненормальный, как все говорят? Я убил Терновую Королеву! Смотрите.

Он бросил серебряное ожерелье с лунным камнем. Оно упало на твердый плиточный пол, и бледные, переливающиеся камушки были едва отличимы на утреннем свету.

— Я снял его с её трупа. Теперь вы мне верите?

Зал погрузился в тишину, и даже Дориан приостановился. Это и в самом деле было мое ожерелье, и я рассеянно коснулась обнаженного места на моей шее. У Дориана было его типично-скучающее выражение лица, но я знала его достаточно хорошо, чтобы понять, какой на самом деле водоворот мыслей завертелся за его зелеными глазами.

— Если это в самом деле так, — ответил Дориан наконец, — тогда почему ты не принес нам её труп?

— Он у моей королевы, — самодовольно ответил солдат, думая, что наконец-то добился успеха. — Она сохранит его в качестве трофея. Если вы будете сотрудничать, то, возможно, она отдаст его вам.

— Я не верю в это.

Взгляд Дориана метнулся к столу.

— Рюрик, не мог ли ты передать мне соль? О, благодарю.

— Король Дориан, — тревожно обратилась Ранелль, — возможно, стоит уделить больше внимания словам этого человека. Если королева мертва…

— Она не мертва, — прямо заявил Дориан. — И этот соус восхитителен.

— Почему вы мне не верите? — воскликнул солдат, голос его звучал странно по-детски. — Неужели вы думаете, что она непобедима? Неужели считаете, что никто не мог бы её убить?

— Нет, — признался Дориан. — Я просто думаю, что ты не смог бы убить ее.

Ранелль обратилась еще раз.

— Милорд, откуда вы знаете, что королева не…

— Так как она стоит прямо тут. А теперь не хотели бы вы все заткнутся, чтобы я смогла покушать в тишине?

Конец этому фарсу положила Жасмин, моя сестра-подросток. Как и я, она наполовину человек. Но в отличие от меня, она совершенно неконтролируема и поэтому во время завтрака на ней были свободные, но все же останавливающие рост волшебства, наручники. Так же у неё были наушники, но спор за завтраком должно быть перекрывал её музыку из плейлиста.

Тридцать лиц повернулись к дверному проему, у которого я стояла, и началась суматоха, практически каждый из присутствующих отодвинули свои стулья, пытаясь поспешно поклониться. Я вздохнула. Удобно прислонившись к стене, отдыхая от тяжелого ночного приключения, я наблюдала за всей этой нелепостью, разворачивающийся в моем доме, в Ином мире. Но шоу продолжалось. Я расправила плечи и шагнула в столовую, приняв самый царственный вид, на который только была способна.

— Сообщения о моей кончине слишком преувеличены, — заявила я.

У меня было чувство, что я переврала цитату Марка Твена, но в этой толпе все равно никто её не знал. Большинство думали, что я просто констатирую факт. Что, в прочем, так и было.

Багровое лицо Рябинового солдата резко побледнело, глаза полезли из орбит. Он сделал несколько шагов назад и с беспокойство озирался вокруг. Ему некуда было деваться.

Я жестом попросила тех, кто стоял и кланялся, сесть, а сама подошла к своему ожерелью. Подняв его с пола, я критически осмотрела его.

— Ты сломал застежку.

Я рассматривала ожерелье еще пару секунд, затем свирепо глянула на него.

— Ты сломал застежку, сорвав ожерелье с моей шеи, когда мы бились — но не вследствие моей смерти. Очевидно же.

Я едва вспомнила о схватке с этим парнем прошлой ночью. Он был одним из многих. Я потеряла его из виду в самый разгар хаоса, но вероятно, после захвата этого "доказательства", Катрис решила отправить его с историей.

— Ты выглядишь изумительно, чтобы быть мертвой, моя дорогая, — сказал Дориан. — Ты должна присоединиться к нам и попробовать соус, который принесла Ранелль.

Я проигнорировала Дориана по двум причинам: во-первых, потому что он ожидал этого от меня, и во-вторых, я знала, что не выгляжу изумительно. Моя одежда грязная и в клочьях, и я получила несколько ран от прошлой ночной схватки. Судя по рыжей дымке, которую я заметила краешком глаза, мои волосы вились и торчали, примерно, в ста различных направлениях. День грозился выдаться жарким, и в своем душном замке я обливалась потом.

— Нет, — выдохнул солдат. — Ты не можешь быть жива. Бэйлор поклялся, что сам видел как ты упала — он сказал королеве...


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: