Транспортер выплюнул очередной отряд, которому с трудом удалось найти место на платформе.

— Нужно перемещаться на Землю, — сказала Летти, — Воинам лучше собраться на Даэлайт Крессент.

Все кивнули, и члены совета растворились среди толп Даэлайтеров.

— Совет — группа независимых наблюдателей, — пояснил Ксандер, — до сего момента наши дома крайне редко так тесно взаимодействовали. Поэтому здорово, что совет координирует действия.

— Как ты справляешься с… ролью лидера? Со всей этой ответственностью и давлением? Ведь это значит ставить счастье народа выше своего. Такие трудные решения… Не думаю, что я бы так смогла. Я просто плавать люблю.

Ксандер ухмыльнулся:

— Плавать все Роялы любят. Так что пока это для тебя главный приоритет, счастье легко достижимо.

Я покачала головой:

— Ну ты же понимаешь, о чем я.

Он пожал плечами, его лицо стало чуть более серьезным.

— Другого я и не знаю. Не буду врать, что не пугаюсь от мысли, что однажды мама передаст мне власть. Но, думаю, когда это случится, буду справляться с этим, как и со всем остальным — день за днем работать до посинения и учиться у мудрых и опытных.

— Тебе еще долгое время не придется переживать об этом, сын, — немного игриво сказала Летти, — меня хватит еще на много лет, — ее глаза похолодели, когда она глянула на меня, — постараюсь подобрать тебе идеальную пару, способную разделить ответственность. А пока тебе не о чем волноваться.

Ауч, намек поняла, стервозная русалка!

Ксандер встал между мной и матерью, будто думал, что вот-вот начнется девчачья драка.

— Я много раз говорил, что будет гораздо лучше, если сам выберу себе пару. Мне виднее, кто мне подходит лучше.

Судя по усталости в его голосе, это был давний спор.

Лицо Летти смягчилось.

— Это наилучший способ. Это традиция. И неспроста, ведь всем известно — самые надежные пары выбирает не сердце, а голова.

— Мы отказались от старых привычек много лет назад, — ответил Роланд. Кажется, все внимательно слушали их разговор. — Мы доверяем детям выбирать самим.

Тристолл, как положено, стоял рядом со своей парой.

— Роялы всегда иначе подходили к выбору партнеров, в основном потому, что у нас нет тяги к долгосрочным связям. Но в семьях оверлорда они возникают благодаря энергии, впитанной от сети. Когда выбор делается исходя из обоюдной пользы для обеих семей, возникает меньше борьбы и противоречий.

— Меньше любви, меньше страсти и привязанности, — прямо добавила я, — неужто действительно так важно подчеркивать нашу связь с рыбами? Не лучше ли быть больше Даэлайтерами?

Летти усмехнулась:

— Ты ни Даэлайтер, ни рыба. Ты вообще человек, не способный даже дышать под легрето. Тебе ли рот разевать.

Ее слова ранили. Немного… примерно как порез от бумаги… но ее агрессия не удивительна, ведь я только что поставила под сомнение их образ жизни.

— Следи за языком, мама, — сказал Ксандер. Он весь напрягся. — Авалон во многом права. В нашем способе выбора пары много недостатков. И я и раньше говорил тебе о них. Еще я не раз рассказывал о том, сколько любви, теплоты и принятия в доме Даркенов, где я так часто бывал. Если мне когда-либо суждено завести детей, хочу, чтобы они росли именно в такой обстановке. К тому же, думаю, нам стоит поощрять народ устраивать пары и воспитывать детей по-новому. Многие из них недовольны нынешним порядком.

— Откуда ты это знаешь? — поинтересовался Тристолл. — Нам никто ничего не говорил.

Я сдвинулась, чтобы видеть лицо Ксандера.

— Я разговариваю с ними, — теперь в его голосе было меньше злости, — они скучают по детям. Они хотят знать их. Многие Роялы живут в долгосрочных отношениях, но прячутся, боясь позора. Ты не ставишь народ на первое место. Если традиции тормозят развитие общества, их нужно менять.

— Достаточно, — рявкнула Летти, — это личное дело дома Роял. К этому разговору вернемся позже. Сейчас не время.

Ксандер приобнял меня и притянул к себе:

— Хорошо. Но сначала извинись перед Авалон.

Летти вдохнула, будто ее ударили под дых:

— И не подумаю. Я говорила лишь правду.

Тристолл прикоснулся к руке своей партнерши. Он ничего не сказал, будто знал, что спорить с ней бесполезно. Однако, этот простой жест, казалось, все равно успокоил Летти. Она поджала губы и посмотрела мне в глаза:

— Извини, если мои слова тебя обидели.

Я постаралась не расхохотаться. Вряд ли она оценит, если я скажу, что это худшее извинение в истории.

— Ваше мнение не имеет для меня никакого значения, — честно ответила я. Судя по всему, честность она очень ценила. — Эти слова не ранили и не обидели меня.

Ее челюсть упала, а Ксандер тихонько рассмеялся, коротко кивнул родителям, и чуть ли не на руках понес меня к транспортеру.

— Никто. Никогда не спорит с мамой, — удивленно произнес он, — я просто обязан отправить коробочку самых дорогих конфет судьбе за то, что она послала тебя.

Сердце будто тисками сжало. Может судьба и свела нас, но это не значит, что мы будем вместе. Но не успела я и рта раскрыть, как он уже тянулся к светящейся нити, и в следующее мгновение мы уже летели на Землю.

Только мы вышли по другую сторону, передо мной стоял уже не привычный легкомысленный Ксандер, а солдат, неспешно исследующий окрестности. Хорошо, что мы немного отошли вперед, потому, что из транспортера, как из ведра хлынули Даэлайтеры и люди.

— Ты должен был пропустить вперед воинов, — покачал головой Тристолл, — ты — младший оверлорд. Ты не имеешь права подставляться под возможный удар.

Ксандер даже бровью не повел и повернулся к Лексену:

— Все чисто. По крайней мере, в этом секторе.

Тристоллу оставалось лишь всплеснуть руками. Он отошел к Летти, они быстро и тихо заговорили. Похоже этот новый Ксандер им не очень по душе. И не удивительно: если давить на ребенка так, как это, судя по всему, делали они, то его внезапный отказ и молчаливое «мне посрать» поначалу шокируют. Кажется, у Летти появилась еще одна причина не любить меня.

Жестом Лексен подозвал нас поближе и уже вытягивал телефон.

— Сейчас введу координаты, — сказал он, когда мы пошли по розовой аллее.

Мы вышли на асфальтированную улицу, за нами уже следовала целая армия.

— Колумбия, — сказал он, — прямо на границе Колумбии и Эквадора.

— Ну, лучшей страны не найдешь. Самое безопасное место для прогулок и копания в земле, — саркастично прокомментировала Майя.

Чейз рассмеялся:

— И ты сомневаешься в моих силах, Майя Энн? Я точно уберегу тебя.

Она мотнула головой:

— От армии наркобаронов? Хотя… пожалуй, ты прав — они решат, что упоролись своим же продуктом, когда ты превратишься в дерево.

— И как будем туда добираться? — спросила Калли. — Для ваших самолетов нужна длинная взлетная полоса, а вертолет слишком громкий и привлечет внимание. Нужно что-то быстрое, но малозаметное.

Нас догнала Колита. Я обалдела от количества шедших за нами тел.

— Совет и правительство людей давно работали над совмещением технологий людей и Даэлайтеров. Майя, может, ты заметила, что вертолет, на котором ты прилетела в Орегон, был куда быстрее обычного.

Глаза Майи расширились от удивления:

— Это был мой первый полет на вертолете, но когда вспоминаю сейчас, действительно, он был быстрый. Я даже не испугалась, ведь летел он очень гладко.

— У вас есть подходящее воздушное судно? — нетерпеливо спросил Дэниел. — Где оно?

В руках Колиты зазвонил телефон.

— Да. Мы на месте… хорошо, передам им.

Она повесила трубку.

— Да, есть. Он ждет на аэродроме неподалеку, там же, где и ваши личные самолеты. Некоторое число воинов и членов совета последуют за вами в другом самолете. Достаточно далеко, чтобы не засекли, но достаточно близко, чтобы помочь, когда добудете камень, — она вздохнула, — вам остается лишь убедить Лауса обменять камень на свободу жителей Астории.

Она немного отошла, в глазах читалось беспокойство.

— Удачи.