Мои веки почему-то стали моргать, как сумасшедшие.

— Я говорила тебе не флиртовать со мной снова, если ты серьёзно не хочешь этого.

Он не ответил, просто отпустил мою руку и вернулся к игре с моими волосами. Он провёл по ним тыльной частью ладони, положил их на мое плечо. Такой суровый, хмурый взгляд запечатлён в его резких чертах. Мои руки упали по бокам.

И зовите меня дурой, но я собиралась снова сделать это. Видимо я никогда не поумнею. Половина моих волос вверху, другая — внизу, и кайф от маргариты растворился слишком быстро, чтобы помочь мне быть храброй. Проклятие. Я выглядела сумасшедшей, и, чёрт возьми, наверное, я такой и была. Кого я обманываю?

— Эй, — повернулась я, обхватывая его щеку своей рукой. Щетина на его лице казалась удивительной, какой-то мягкой, но не совсем. Ещё больше поражало то, что он не останавливал меня и не отступал.

— Поговори со мной, — повторила я.

— Мне чертовки не понравилось видеть этого парня возле тебя.

— Что? В баре?

Его подбородок выступил вперёд, и он продолжил рассматривать мои волосы, осторожно извлекая ещё одну заколку.

Моя рука сползла вниз, пальцы прошлись по бокам его тёплой шеи. Кожа была такой мягкой и гладкой.

— Если тебе станет лучше, я очень хочу выцарапать глаза Карен и Мели голыми руками. Но это не меняет дела.

Уголки его губ опустились.

Да пошло оно всё. Я наклонилась вперёд, прижимаясь к его широкой груди.

Нет.

Нет.

Видимо, парнишке очень понравились мои волосы, так как что-то в его штанах определенно давило мне на живот. Огонь в моих трусиках превратился в пылающий ад. Удивительно, что мы оба не сгорели на месте. Всё внизу меня напряглось, мои мышцы становились слабыми и одновременно натянутыми. Всё это происходило на самом деле, и я почувствовала, как перешла в режим боевой сексуальной готовности. И всё же, опираясь на его тёплое и сильное тело, я ничего не боялась.

Кроме его отказа.

— Бен?

— Хм?

— Что это? Ты понимаешь, что ты делаешь?

— То, чего я не должен делать.

Он опустил руку на мою спину, решительно притягивая меня к своей эрекции. О, да. Я впилась ногтями в его шею, крепко удерживая его. Попытайся он бросить меня сейчас, я бы убила его. Без шуток. Смерть от шпилек. Было бы грязно, но весьма неизбежно.

К счастью для него, он не сделал этого.

— Я серьёзно, — сказал он, ужасно низким, но уверенным голосом. Таким красивым и совершенно непоколебимым.

— Ладно.

Он накрыл мою руку своей и задержал её у груди. Такое небольшое одобрение с его стороны возбуждало меня почти так же, как жар его тела. Покачав бедрами, я потёрлась об его эрекцию.

Мужчина выругался.

— Еб**ь, Лиззи.

— Какая хорошая идея.

Моя тяжёлая голова склонилась набок, и его горячий рот накрыл меня, посасывая, полизывая и покусывая. Моя кровь кипела, пульсируя во мне со скоростью света. Его зубы слегка погрузились в мою кожу, заставляя меня стонать. Затем его рука скользнула вниз, впиваясь мою задницу сквозь шелк моего платья. Мне было хорошо, очень приятно. Но я так хотела поцеловать его.

— Позволь мне…

Я потянулась вверх и обвила руками его шею, увлекая его рот вниз к своему. Он лишь слегка задел мои губы своими. Он меня дразнил. И у меня не было никакого контроля над ним, потому что…

— Ты слишком высокий

Он рассмеялся глубоко и сексуально, руки скользнули под мою задницу, чтобы поднять меня. Гениально. Этот мужчина был чертовски великолепным, бородатым, огромным гением. Мои ноги обняли его талию, и эта улыбка на его лице… дерьмо. Он самодовольно ухмылялся. Только у него могла быть такая ухмылка, и, к слову, она ему чертовски шла.

— Лучше, — спросил он.

— Да.

Я прикоснулась губами к нему в страстном поцелуе. Я целовала его, будто не могла без этого жить.

Он застонал, одной рукой сжимая мою задницу, другой — потирая и лаская мою шею. Побуждая или просто удерживая меня на месте, не знаю. В любом случае, это было потрясающе. Тем временем, его твердая длина терлась у меня между ног, и это, в значительной степени, сводило меня с ума. Когда это секс стал таким хорошим? Моё шестилетнее воздержание о многом говорило. И всё-таки я была чертовски рада, что ждала так долго.

Я углубила поцелуй, исследуя и пробуя его на вкус. Его борода царапала моё лицо, а мягкие волосы струились сквозь мои пальцы. За все эти годы я много чего делала вместо секса. Но никто не целовался так, как Бен. И хотя это мой рот напал на его, сейчас наша битва была равной. Его язык скользнул в мой рот, он дразнил и заводил меня всё сильнее.

Я даже не поняла, что мы двигались, пока моя спина не врезалась в стену. Стену ванной комнаты. В этот раз мы не доберёмся до спальни, но всё в порядке, я не против. Его рука переместилась с моей шеи к молнии его брюк. Пока он возился с застёжкой, костяшки его пальцев прижимались к моей влажной промежности, поднимая моё возбуждение до немыслимых высот. Затем он отодвинул в сторону мои атласные трусики, и его член потерся об меня. Прямо там. Да, да, да.

— Бен.

— Лиззи. Дерьмо. Не двигайся.

— Стараюсь.

Он прижался ко мне, мои половые губы приоткрылись, приглашая его. И его было так много. Его бедра выгнулись, и я взвизгнула от удивления. Но вскоре мы оба стонали как в хорошем, так и в плохом смысле. Толстая головка его члена была внутри меня, но не продвигалась дальше. По крайней мере, мне не было больно. Этот парень был чертовски большим!

Бен прислонился своим влажным лбом к моему, задыхаясь.

— Ничего не выходит.

— Я не девственница, просто прошло какое-то время. Он должен войти!

Я вцепилась за него крепче, пряча лицо в его шею. Ни в коем случае я не расплачусь, хотя мои слёзные каналы наполнялись как болью, так и нуждой. Как глупо. Рука потирала мою спину большими, успокаивающими кругами.

— Нет нужды спешить, — сказал он.

Я понюхала его.

— Полегче, — он опустил меня, и ничего хорошего в этом не было. — Всё хорошо.

— Я на самом деле этого хочу.

Призналась я в его шею.

— Тебя.

— И я у тебя есть. Ш-ш.

Мы снова начали двигаться, на этот раз к постели.

— Всё равно у меня не было никакого грёбаного права быть внутри тебя без защиты.

— Это хорошо до тех пор, пока не стало плохо.

— Знаю.

Он потянул вниз молнию на спинке моего платья. Прохладный воздух кондиционера врезался мне в кожу, послав дрожь по позвоночнику. Или, может быть, это было от того, как он посмотрел на меня, агрессивно и в то же время нежно. Я лежала на матрасе, Бен был занят, раздевая меня.

— Мы правда не останавливаемся? — спросила я, похоть снова окутала меня ярким пламенем. Не то, чтобы она вообще исчезала. Как бы это могло случиться, когда он рядом? Мои женские прелести были, к сожалению, так предсказуемы.

— Чёрт, нет.

Я улыбнулась, извиваясь и поворачиваясь, чтобы хоть как-то помочь. Без сомнений. Он снял мой бюстгальтер, гладкие туфли с заострёнными носками и чулки, потом он завис над моими вычурными шёлковыми трусиками.

— Что? — спросила я томно.

Пальцы поглаживали изгибы моих бёдер. Мужчина, вероятно, привык к моделям и старлеткам, и ни в коем случае не к заурядным женщинам. Всё это время я дико нервничала. Я скромно скрестила руки над своей голой грудью, кусая щеку изнутри.

— В чём дело, Бен?

— Никаких проблем.

Его взгляд встретился с моим. Затем он заметил скрещенные руки, прикрывающие мою грудь.

— Не надо.

Мои руки дрожали, не зная, что делать.

Он схватил оба запястья, наклонился и прижал их к кровати над моей головой.

— Так и держи, — сказал он грубым, отрывистым голосом, глаза убийственно серьёзные. — Ладно?

— Ладно.

Его руки пробежались по моему телу от кистей до бедер. Напряжение внутри меня казалось невыносимым. Мой разум кружился в вихре, одурманенный и возбуждённый. Что он собирался делать?

Пальцами он зацепил края единственного клочка одежды на мне и медленно стащил его вниз по ногам. В это время его бородатый подбородок тянулся вниз вдоль моей грудной клетки, между упругих грудей, по животу. Мягко, он оставил поцелуй на моём пупке, затем уронил мои трусики на пол.