Ясно, что суровые климатические условия влияли на ход сражений и в одинаковой мере сказывались на действиях и поведении войск, на состоянии техники как наших войск, так и противника. Нелегкой была борьба сторон в зимнюю стужу и непогоду. Но не в этом главное. Поражение фашистских войск зимой 1941/42 г. нужно искать в нашей упорной обороне и в решительном контрнаступлении.

Контрнаступление под Москвой готовилось всем нашим народом под руководством партии в тяжелейших условиях, обусловленных потерей огромной территории с высокоразвитой промышленностью и сельским хозяйством. Несмотря на это, партии удалось к декабрю 1941 г. добиться увеличения выпуска военной продукции и создания боевых резервов.

К декабрю на Западном направлении сложилась следующая обстановка:

Войска группы армий Центр в составе 74 дивизий, в их числе 22 танковых и моторизованных, перешли к обороне на фронте, превышавшем 1000 км, причем оба крыла этой основной группировки вермахта на Восточном фронте оказались охваченными советскими войсками. С севера над ней нависал наш Калининский фронт, а на юге на фланг и тыл выходили смежные соединения Западного и Юго-Западного фронтов. Наше Верховное Главнокомандование к этому времени запланировало подход свежих резервных армий в исходные районы.

План контрнаступления сводился к следующему. Задача войск Западного фронта состояла в том, чтобы ударами на Клин, Солнечногорск и Истру разбить главную ударную группировку гитлеровцев на правом крыле и одновременным ударом на Узловую и Богородецк вывести из строя левофланговую группировку, где находилась и танковая. армия Гудериана. Войскам Западного фронта оказывал содействие Калининский фронт. Юго-Западный фронт своим правым крылом должен был разгромить елецко-ливненскую группировку врага и, выходя в тыл танковой армии Гудериана, также оказать содействие Западному фронту. Количество наших войск на Западном направлении к нашему контранаступлению увеличилось, однако общее превосходство осталось на стороне врага.

Утром 5 декабря в контрнаступление перешел Калининский фронт, а на следующий день — Западный и Юго-Западный. Развернулись ожесточенные кровопролитные бои. Гитлер, ссылаясь на морозы, издал приказ об общем переходе к обороне, однако он намеревался осуществить ряд местных, но довольно крупных наступательных операций.

Развивая наступление, Западный фронт 12 декабря освободил Солнечногорск, а 15 декабря Клин, в тот же день была прорвана оборона врага на рубеже Истринского водохранилища. Наши войска получили возможность наступать на Волоколамск. К этому же времени была взломана оборона врага юго-западнее Звенигорода. На этом участке острие нашего наступления было направлено на северо-запад, в тыл войскам противника, оборонявшимся западнее Истры и Звенигорода.

В результате этих действий северная ударная группировка гитлеровцев оказалась под непосредственной угрозой окружения. Она начала спешно отходить. Преследование противника велось подвижными группами кавалерии и танков. К 20-м числам декабря войска Западного фронта достигли рубежа рек Руза и Лама, где были остановлены организованным сопротивлением неприятеля. В этих боях было нанесено серьезное поражение 3-й и 4-й танковым группам врага.

Успешно развернулось и контрнаступление Калининского фронта. После 10-дневных кровопролитных боев войска фронта освободили город Калинин. 9-я полевая армия противника, понесшая тяжелые потери, вынуждена была поспешно отходить.

К 25 декабря войска Калининского фронта были временно остановлены на рубеже Высокое, Казнаково, Лотошино. Однако уже к 1 января нового, 1942 г., прорвав оборону 9-й полевой армии противника, овладели Старицей. Вражеские войска под угрозой прорыва центрального участка своей обороны отступили на широком фронте на заранее подготовленный рубеж р. Волга, Погорелое Городище, Лотошино, сохраняя плацдармы в районе Ржева и Селижарова.

Главным итогом операций Калининского фронта было освобождение Калинина, так как это восстановило непосредственную связь всех трех фронтов (Западного, Калининского и Северо-Западного), что давало возможность для их более тесного взаимодействия.

Одновременно с контрнаступлением наших войск севернее Москвы развивались и действия войск левого крыла Западного фронта, которые нанесли серьезное поражение главным силам 2-й танковой армии гитлеровцев, отбросив их на 130 км, что ослабило угрозу обхода Москвы с юга. В это же время войска правого крыла Юго-Западного фронта провели Елецкую наступательную операцию, в результате которой был освобожден Елец и создана возможность для удара на Орел во второй половине декабря 1941 г., а в первых числах января 1942 г. войска левого крыла Западного фронта в итоге упорных боев освободили Калугу и Белев.

Войска, наступавшие на центральном участке этого же фронта, выбили врага из Наро-Фоминска, Малоярославца, Боровска. Несколько продвинулись вперед с тяжелыми боями и войска Брянского фронта, так что и в полосе смежных флангов Западного и Юго-Западного фронтов наши войска продвинулись с боями на 250 км, охватив с юга группу армий Центр; с севера она была охвачена войсками Калининского и правого крыла Западного фронта. Были, таким образом, подготовлены условия для разгрома центральной группировки немецко-фашистских войск.

Таковы были события, развернувшиеся на фронтах войны к тому времени, когда я получил новое назначение.

На Западном и Северо-Западном направлениях обстановка теперь складывалась так, что возникали условия для нанесения новых ударов по врагу.

25 декабря 1941 г. вместе с В. В. Курасовым{8} мы выехали на машинах из Москвы в штаб Северо-Западного фронта, на левом крыле которого сосредоточивалась 4-я ударная армия.

4-я ударная армия создавалась на базе 27-й армии и дивизий, прибывших из резерва Главного командования.

27-я армия начала войну в Риге, командовал ею в то время генерал-лейтенант Н. Э. Берзарин. Армия была вынуждена отходить, ведя тяжелые сдерживающие бои, используя условия лесисто-болотистой местности северо-запада. На ряде рубежей, в том числе Резекне, Новоржев, Опочка, Холм, ее войска нанесли урон врагу в ожесточенных оборонительных боях. Прочно закрепиться ей удалось, однако, лишь на линии оз. Селигер — г. Осташков. Армия дралась неплохо, ни одно из ее соединений не попало в окружение. Анализируя итоги действий армии в этот период, все же нельзя не обратить внимание на то, что она не выдержала верного направления отхода на Остров и Старую Руссу, отклонившись на юг, что явилось одной из причин образования разрыва между нашими войсками на Центральном и Ленинградском стратегических направлениях и тяжелого положения под Старой Руссой.

В дальнейшем 27-я армия упорно удерживала озерный оборонительный рубеж, отражая все атаки противника и оставаясь самым западным форпостом на этом направлении.

Успехи этих сдерживающих и оборонительных боев немало зависели от умелого использования артиллерии, в чем сыграл важную роль командующий артиллерией армии генерал-майор артиллерии H. M. Хлебников. Здесь, в условиях лесисто-болотистой местности, требовалось, во-первых, правильно оценивая обстановку и местность, уметь выключать все неважные для обороны направления и, смело ослабляя их, создавать наибольшую огневую плотность на решающих направлениях; во-вторых, планировать огонь артиллерии так, чтобы его можно было сосредоточить в любом пункте. На этом озерном рубеже оборонялась стрелковая дивизия на фронте 20 км, и на доступных для противника направлениях почти вся артиллерия дивизии могла участвовать в отражении врага.

Я назвал главные условия действий артиллерии, не упоминая других, как-то: выбор наблюдательных и огневых позиций, умение пользоваться единственной дорогой, а при полном бездорожье и вне дорог — подготовка колонных путей к решающим направлениям, совместное расположение артиллерии с пехотой там, где могли просачиваться отдельные группы автоматчиков противника, и т. д.

В момент переформирования 27-я армия ощущала острый недостаток в вооружении, главным образом в минометах. Было решено организовать производство ротных минометов силами армии. Опыт этот удался: первая партия — 12 минометов — силами личного состава 112-го отдельного ремонтно-восстановительного батальона была изготовлена и передана Военному совету армии на торжественном заседании 7 ноября 1941 г. в д. Рабожа. Эти минометы были переданы 28-й танковой дивизии. В дальнейшем специальным решением Военного совета фронта производство минометов было включено в план, и их было изготовлено и передано в части 120–150 штук.