В последующие дни обстановка сложилась следующим образом.

Действовавший в районе Киева 1 Украинский фронт сосредоточил западнее города очень крупные силы для прорыва на широком фронте по шоссе на Житомир и южнее его. В этой главной ударной группе действовали 38, 1гвардейская и 1танковая армии, имевшие в своем составе свыше 18 стрелковых дивизий и 6 танковых и механизированных корпусов. Впоследствии в этой группе стала отмечаться и 18армия.

Южнее это главное наступление дополнялось ударом 40советской армии на Фастов.

На северном фланге наступала 60армия, которой мы недавно нанесли удар. Она была пополнена. Далее к северу в направлении на Коростень наступала 13армия, в составе которой действовало не менее 14 стрелковых дивизий и один кавалерийский корпус. Эти соединения, правда, были сильно потрепаны в результате нанесенных нами ударов. Особенно опасным было то, что за этой армией, по-видимому, сосредоточивалась 3гвардейская танковая армия в составе не менее 6 танковых и механизированных корпусов. 3-4 корпуса этой армии, правда, были сильно потрепаны в прошедших боях. Но у гидры слишком быстро вырастали новые головы! Во всяком случае, сосредоточение этих подвижных корпусов свидетельствовало о намерении командования противника дополнить прорыв на Житомир глубоким охватом через Коростень.

Хотя за участком, на котором наносился главный удар – командование было сосредоточено здесь в руках недавно введенного на этом участке штаба 42 ак, – в районе Житомира находился в боевой готовности 48 ткс двумя боеспособными танковыми дивизиями, 168 пди (недавно сформированной в районе действий группы армий) 18артиллерийской дивизией, было все же неясно, будут ли эти силы достаточны для отражения удара противника, по своей численности превосходившего их во много раз. Даже если бы это и удалось, не хватило бы сил для ликвидации угрозы прорыва противника через Коростень с последующим охватом северного фланга группы армий.

Двадцать пятого декабря командование группы армий направило поэтому телеграмму в ОКХ, в которой были изложены общая обстановка и те выводы, которые необходимо было сделать. Было указано, что 4танковая армия не сможет остановить наступление противника теми силами, которые находятся сейчас в ее распоряжении. Она тем самым не сможет выполнить своей задачи прикрывать глубокий фланг групп армий «Юг» и «А». Ее необходимо значительно усилить. Если ОКХ не имеет для этого в своем распоряжении сил, командование группы будет вынуждено снять со своего правого фланга не менее пяти-шести дивизий. В этом случае противник, очевидно, не сможет более удерживать свои позиции в Днепровской дуге. Поэтому командование армии просит разрешения по своему усмотрению решать вопрос о своем правом фланге.

Одновременно 4танковой армии была поставлена задача всеми имеющимися в ее распоряжении силами остановить противника, наносящего своей главной ударной группой удар на Житомир в районе действий 42 акс целью осуществить прорыв. Своим северным флангом ( 13и 59 ак) она должна действовать так, чтобы не дать противнику повернуть свои войска и нанести удар на Житомир. 17танковая дивизия, действовавшая в составе 6армии (которая временно была снова передана нашей группе армий), уже высвободившаяся из района нижнего течения Днепра, была передана 4танковой армии.

На запросы ОКХ (безусловно, исходившие от Гитлера), нацеленные на то, чтобы достичь половинчатых решений в районе Днепровской дуги, командование донесло: «Момент для того, чтобы для того, чтобы спасти положение на северном фланге группы армий путем частных мер, как, например, переброска отдельных дивизий, упущен».

Судя по количеству брошенных здесь противником в бой сил, доносили мы далее, даже если и удастся временно остановить наступающего противника, мы не сможем добиться коренного изменения обстановки. К тому же ясно, что противник будет бросать в наступление все новые и новые резервы, накопленные им этой зимой. Обстановка складывается так, что в ближайшие недели в районе Коростень – Житомир – Бердичев – Винница – южнее Киева противник может перерезать наши тыловые коммуникации, а затем отбросить наши войска на юго-запад.

Чтобы избежать этой опасности, говорилось далее, необходимо принять решительные меры. Обстановка в данный момент похожа на обстановку, сложившуюся на фронте группы армий зимой 1942/43г., в том отношении, что сейчас также необходимо перебросить с правого фланга группы армий на левый (из района Ростова на Днепр) 1танковую армию. Этот путь в настоящее время является единственным выходом для того, чтобы восстановить положение. 1танковая армия должна быть высвобождена из Днепровской дуги и из ее состава не менее пяти-шести дивизий должны быть переброшены в район Бердичева. Этого можно будет достичь только при условии ухода из восточной части Днепровской дуги и отвода линии фронта на уже подготовленные позиции на рубеже излучины Днепра западнее Николаева – Кривой Рог.

Благодаря достигнутому таким путем сокращению фронта можно будет высвободить 12 дивизий. Шесть из них, как указано выше, необходимо перебросить вместе со штабом 1танковой армии на северный фланг группы армий. Остальные должны остаться в подчинении 6армии, которой будет передана также и полоса, занимавшаяся ранее 1танковой армией, для организации обороны по нижнему течению Днепра.

Соединения 1танковой армии, перебрасываемые на северный фланг группы армий, при случае могут нанести удар с востока по войскам противника, продвигающимся на Житомир.

Кроме того, ОКХ должно передать 4танковой армии для использования на ее северном фланге дополнительные силы, чтобы ликвидировать здесь угрозу охвата ее войск. В дальнейшем эти силы можно будет использовать для нанесения удара с запада по главной ударной группе противника параллельно с наступлением 1танковой армии.

Обстановка, сложившаяся в настоящее время на Днепровской дуге, где атаки противника в последнее время ослабли, позволяет предпринять эту перегруппировку без большого риска. Предлагаемый, однако, отвод линии фронта может быть сопряжен с трудностями, если выжидать до тех пор, пока противник начнет здесь наступление.

В связи с этим, а также учитывая обстановку на фронте 4танковой армии, необходимо, чтобы Главное командование быстро приняло соответствующее решение.

Когда, несмотря на наши настоятельные просьбы, до 28 декабря Гитлер еще не принял решения по нашему предложению, а лишь обещал перебросить 4танковой армии несколько дивизий, командование 29 декабря отдало соответствующие приказы. Командованию 1танковой армии было приказано к 1 января передать занимаемый им участок 6армии и не позднее 3 января принять от 4танковой армии участок фронта, занимаемый 4танковой армией от Днепра до района, расположенного примерно в 45 км юго-восточнее Бердичева ( 24 тк, 7 ак). За левым флангом этого участка должен был сосредоточиться 3 ткв составе четырех дивизий ( 6 тд, 17тд, 16 тд, 101 гсд), которые должны были прибыть сюда из Днепровской дуги, а также от 6армии. Затем сюда будет направлено еще несколько дивизий. Если начатая группой армий переброска 1танковой армии не предусматривала перемещения крупных сил, то это было обусловлено ограниченными транспортными возможностями. Это было вызвано также и тем, что командование группы не могло отдать приказ об оставлении восточной части Днепровской дуги без согласия Гитлера, так как это непосредственно отразилось бы на положении группы армий «А». Даже такая инстанция, как командование группы армий, ограничена в принятии самостоятельных решений и нуждается в согласии Главного командования там, где начинается сфера его компетенции – координирование операций в масштабе всего фронта.

На участок, оставшийся за 4танковой армией, должны были быть переброшены силы, выделенные ОКХ ( 46 ткв составе 16 тд, 1 пди 4 гсд).