1. Букв. «Намзитара об Энлилс фезит/мечтаст (?)». Глагольный корень золь, условно переведенный С и вил см «идет, следует» (Намзигара за Энлилем идет), такого значения не имеет и перевод дан по контексту. Перевод первой строки — интерпретационный, разъяснительный, ибо в противном случае текст останется непонятным. Таким же способом раскрывается прямо в переводе имя Намзитары и, соответственно, в строке 18 — эпитет Энлиля — Намутара.

б. Букв. «Я пасу овец у жреца гуда (храмовая жреческая должность)». Судя по дальнейшему, речь идет о работе Намзитары у жреца не в храме Энлиля, а в каком-то ином, и строку 4 следует понимать, что Намзитара посетил храм Энлиля, может быть для молитвы,

16. Букв, «тот, кто решает (определяет) судьбы». Грамматически должно звучать му-нам-тар-ра. Неправильное образование, видимо, взято специально, чтобы подчеркнуть близость не только смысла, но и звучания: нам-зи-тар-ра — нам-му-тар-ра.

17—18а. Букв. «Когда Энмсшару, брпта отпа твоего (общее значение: "предка"), поволокли на веревке (?), от "энлильства" (т. с. господства) отставили, — "вот, отныне, словно господин (верховный жреп?), судьбу (птицу) я узнаю" — (он сказал)».

20. OieayeT, видимо, понимать: придут для грабежа или воровства.

27. Сивиль видит в си-са нечто близкое пребендарию: в католической цер кви — земля, дающая доход (пребенду), при должности, передающейся по наследству.

ЛЕВ СХВАТИЛ КОЗУ БЕЗЗАЩИТНУЮ

ПТИЦЕЛОВ, ИМЕЯ С СОБОЙ ПИВО...

В НОРУ ВБЕГАЕТ ЛИСИЦА...

Перевод по изданиям: АШег В. Paradoxical Proverbs and Satire in Sumenan Literature. — Journal of Cuneiform Studies. 27 (1975). N 39, 40, 38. 31, 19, 20. 32, 33: Kramer S. N., M. Cijj, H. Kililyag, Rvc New Sumenan Texts. — Bellclen 16. Ankara, 1952. P. 363—365, N 1—7, 10; Young G. D. Utu and Justice. — Journal of Cuneiform Studies. 24 (1972). P. 132; Alsrer 8. Sumerian Proverb Collection Seven. — Revue d'Assyriologie et d'Ar-cheologie orientalc. 72. N 2. 1978. N 24, 48, 77: Sjdberg A. The Old Babylonian Edubba. Sumerological Studies in Honor of Th. Jacobsen. — Assynological Studies. 20. 1975. P. 159. '

В дополнение к сборнику «Поучений Шуруппака» приводится еще ряд басен и пословиц из многочисленной сокровищницы дошедших до пас памятников народного творчества. Игра слов, меткость непосредственных наблюдений, богатое употребление риторических и звуковых фигур отличают эти миниатюры. Как и в случае с «Поучениями Шуруппака», интерпретация их не бесспорна и часто субъективна, поэтому многие выражения переведены иначе, чем у других издателей текста, что в комментариях не всегда оговорено — интересующийся читатель может обратиться к соответствующим изданиям.

А. ЛЕВ СХВАТИЛ КОЗУ БЕЗЗАЩИТНУЮ

5. Игра слов и словосочетаний: умум {димь — «кричать, звать», но и «обманывать»?) и му-ум-мум — «мое ими». Слова стоят в начале и в конце стро-' ки, обрамляя ее.

7. Новая игра слов, основанная на значениях глагола бур — «обходить вокруг» и «освобождать».

9. Обыгрывает значения бур и умум, что не удалось передать в переводе.

Б. ПТИЦЕЛОВ, ИМЕЯ С СОБОЮ ПИВО...

б—ба. В тексте е-сиг — «птица» и буру5 — «воробей» или «ласточка».

12—13а. Неясно, относятся ли эти строки действительно к служанке или к жене.

13. Знак в начале строки неясен. Альстер читает ете{1) — «язык», В таком случае значение фразы может быть близким нашему: «прикуси-ка язык».

В. В НОРУ ВБЕГАЕТ ЛИСИЦА...

Пословицы, приведенные здесь, взяты из разных сборников, и нумерация не соответствует порядку расположения в сборниках.

I, 5. Неясно, кто произносит эти слова — собака или лисица. И тот и другой вариант возможны.

П. По-видимому, относится к ребенку. Имя ба-ан-ду («он бежит», «бегун») и выражение ба-ан-дуг («его назвали», «говорят») обыгрываются по созвучию.

VII. Русский аналог — «не бей лежачего».

VTII. Нингишзнда связан со смертью (с подземным миром). IX, 2. Букв. «Не знает задерживающей (останавливающей) руки». XV. Пословица записана на табличке круглой формы, следовательно ученической. На одной стороне — запись текста, на другой — цифры.

НЕКИЙ СТАРЕЦ К ЦАРЮ ОБРАТИЛСЯ...

Рассказ о старике и девушке

Перевод по изданию: Atster В. A Folktale in Studies in Sumerian Proverbs. — Mesopotamia. 3. Copenhagen, 1975. P. 90—96.

Скалка-притча демонстрирует нам сюжет, распространенный в мировом фольклоре, где даны задача-загадка, мудрец-толковитель (нередко им бывает мудрое дитя) и получение желаемого, часто магического, объекта, в данном случае — молодой девушки престарелым мужчиной. Также обыгрывается популярная в мировом фольклоре (см. Каталог Аарне-Томпсон (AaThB75 + 921) = = AaTh9l5), особенно часто— восточном, тема омоложения с помощью де-нушхи, Однако начало и конец текста разрушены, и поэтому нет возможности классифицировать его более точно, хотя, насколько можно судить по настроению памятника, в конце речь должна будет пойти о счастливом исходе, а не об осмеянии героя, как то иногда дает фольклор, Подробнее см. Афанасьева В. Шумерский литературный текст с фольклорными мотивами. — Сб. Памяти 8. Г. Луконина. СПб., 1995. С. 55—59.

9—13. В нашем толковании (у Альстера иначе) старец задает царю загадку, выражаясь иносказательно. Именно поэтому царь вынужден обратиться к мудрецу. В тексте зикрум (аккадское слово) — «муж», однако он выступает в функции мудреца, что и добавлено в переводе.

27—35а. Старец уже более откровенно раскрывает всю бедственность своего положения, однако все еще говорит загадками и образами, возможно оттого, что ему неловко говорить прямо.

31. Или мангуста (так у Альстера). Знак, однако, обозначает род мыши.

34—35. Скорее всего, речь идет не о сыне и не о служанке, а о потере старцем сексуальной силы, о чем он опять-таки говорит иносказательно.

ЦАРЕВУ ПОСЛАНЦУ, ЧТО В ПУТЬ ОТПРАВЛЯЕТСЯ..,

Послание Лудингиры

Перевод по изданию: Civi/ M. The «Message of Ludingirra lo His Mother...», — Journal of Near Eastern Studies. Vol. 23. N 1. 1964. P. 2—11.

Сохранилось четыре шумероязычны* таблички старовавилонского периода текста «Послания Лудингиры», причем один из колофонов содержит имя царя Самсуилуны (1749—1712 гг. до н. э.), а также два очень фрагментарных трехъязычных текста из архива Богазкёя — ш ум еро-акк ад о- хеттская версии. Этот литературный памятник составлен в форме письма, и введение начинается стереотипным обращением частных писем: «Такому-то передни (скажи)...» Посол, отправляющийся в Ниппур, получает от некоего Лудингиры поручение — найти его мать Шат-Иштар и передать ей от него, нежно любящего се сына, приветы. Содержание самого текста составляет перечисление пяти групп признаков, по которым посланец должен узнать мать и каждая из которых представ-! ляет собой маленький гимн-вое хваление. Лудингира — «человек бога», распрсн страненное шумерское имя и, возможно, в данном еггучае литературное имя определенного героя, принятое в писцовых сочинениях; сравни плач Лудингиры] по супруге Навиртум и по отцу (см. ниже). Характерно, что имя матери ужа аккадское: «Шат-Иштар», что означает «принадлежащая богине Иштар»,

Описание матери Лудингиры изобилует сравнениями и выражениями, более приличествующими описанию юной возлюбленной, чем матери, и на это уже обращено внимание исследователей; Купер (см. Cooper J. S. New cuneiform] Parallels to the Song of Songs. — Journal of Biblical Literature. Vol. 90, Pt, 2. 1971. P. 157—162) приводит параллели с библейской «Песнью песен», а также с рядом других текстов явно эротического содержания — например, сравнение в строке 35 — «сад наслаждения» и название песни № 26 в каталоге любовных песен из Ашшура: «Сад твоих прелестей (наслаждения) он ищет». Исследователями высказывалось предположение, что речь идет не о реальной матери Лудингиры, но о богине Инанне, со ссылкой на имя матери. Нам все же представляется, что именно или матери, равно как и строка 16 текста: «Как за кумирней Инанны присмотреть, ей ведомо», может говорить о какой-то связи женщины с богиней Инаиной, о выполнении службы в культе богини, но не о том, что речь идет непосредственно об Инанне, Скорее другое — автор текста для описания достоинств матери воспользовался набором эпитетов и признаков из стереотипного арсенала обрядово-любовной или просто любовной лирики} отсюда и аналогии с библейским произведением, автор которого также воспользовался характерным для древневосточной поэзии топосом: так, сопоставляемые Купером строки 22—31 шумерского текста и 5:10—16 «Песни песен» дают: первое — описание матери, второе — во:£Люблснного невесты.