Кормчий глянул на него с сомнением, будто подтвердились его худшие предположения.

- Прав весин, ничего ты не помнишь. Волна, видать, тебе память отшибла.

Сашка нахмурился:

- Да что вы все загадками разговариваете? Ну не помню, так расскажи!

- Отчего ж... Как нас в первый раз накрыло, волна сбила меня с ног. Кормило мотнулось - и прямо в лоб мне... Ты же подскочил, помог подняться, и мы вместе стали лодью носом к волне поворачивать. А потом нас накрыло второй раз. И смыло тебя... Воины к тому времени все крючья уже порубили, и драккар, что с нами сцепился, пошел ко дну... Потом мы гребли, ставили запасной парус. А посреди ночи Рысенок завопил, что чует тебя в волнах...

- Понятно... - Савинов помолчал. - Много народу потеряли?

- Нет, Медведкович. Вот если б не твой приказ держаться да сбросить брони - половина б утопла. Никто ведь ничего и сообразить не успел. В самый-то разгар боя... Потеряли всего шестерых, да с десяток человек поранено. И утонуло трое... Кстати, у нас полон. Пятеро данов, что у нас на палубе оставались, не успели обратно перескочить. Их счастье, а то бы утопли с остальными... Эти пятеро работали вместе со всеми, и на веслах, и с парусом.

- Значит, по Правде, придется их отпустить, - решил Савинов. - Или, ежели захотят, взять в дружину... Куда сейчас правишь?

Ратимир, прищурившись, посмотрел на солнце, встающее слева по корме.

- Ночью ветер переменился, а то можно было на Волин пойти. Ольбард давно там, наверное. А нам придется в Рерик возвращаться. Ветер теперь туда, а с таким парусом только по ветру и ходить.

Сашка усмехнулся про себя: "Действительно", однако вслух произнес другое:

- Обломок реи, с которым я плавал, за бортом остался?

- Нет, воевода, тебя ведь от него не оторвать было. Так вместе и выволокли...

- А раз он здесь, почему бы нам не вернуть его на подобающее место? Обломок реи на обломке мачты - глядишь, и с парусом управляться понемногу сможем.

Ратимир озадаченно поскреб в затылке:

- И то верно! Как же это я проглядел...

Глава 5

Проба крыла

Смотри мне в глаза,

Мне нужен твой взгляд.

Сегодня я способен дать бой,

Сегодня я трезв.

Я говорю тебе:

Сделай шаг.

Пока деревья спят,

Ты можешь верить мне...

Константин Кинчев

К полудню волнение на море почти успокоилось. Но ветер задувал неплохо. Искалеченную мачту "модернизировали" по Сашкиному проекту, и "Медведь" пошел быстрее. И это было совсем неплохо, потому что в шторм исчезло несколько бочонков с пресной водой и еще в нескольких вода оказалась подсоленной.

Савинов проверил запасы продовольствия и попытался сделать расчет на оставшиеся два дня пути. Как закончил, к нему подошел Рысенок. По всему видно - хочет сообщить нечто важное.

- Что у тебя?

- Тут такое дело, - парень чуть замялся, подбирая слова, - я... В общем, Ярина Богдановна мне привиделася...

- Когда?!

- Да вот пока ты, Медведкович, спал, она и приходила.

- И что? Она сказала что-нибудь? Здорова ли? Да не молчи ты!

- Сказала: тянет тебя за Кромку. Сказала: можешь совсем уйти...

- Почему же она ко мне не пришла, не сказала сама?

- Не слышишь ты ее... - тихо сказал Рысенок. - Уж очень крепко держит тебя Кромка. Я думал: то думы твои... А вот оно как. Она ведь пыталась, звала... Не долетают ее слова...

- Но ведь раньше я слышал! - Савинов вдруг понял, что ему страшно. Он тут носится, как дурень с писаной торбой, со своим выбором, а выходит, выбора уже и нет!

- То раньше, Олександр Медведкович... Раньше совсем другое дело было. Ты лучше припомни: что случилось после того, как поранили тебя? Ведь тогда я тоже видел жену твою, Ярину Богдановну, как она ночью к тебе беспамятному приходила. Я ж тогда на страже у двери стоял, узнал ее да впустил... У нас дома многие так могут: кудесники или женщины-большухи, которые в роду старшинство имеют. Мать моя так же делала, когда отец на охоте пропал...

"Так все-таки не сны это были! - На душе от этой мысли стало теплее. Не сны... А что случилось с тех пор..." И Савинов вспомнил. Впрочем, тут и вспоминать нечего! Единственное, что было ну просто из ряда вон, так это когда его выбросило в Тот мир прямо с борта лодьи, посреди шторма. Наверное, это оно и есть - то самое усиление "тяги Кромки"! И если рассуждать логически, дальше будет еще хуже...

- Ну и что присоветуешь? - мрачно спросил он.

- Не знаю я, воевода, что тут присоветовать... - Рысенок почесал белобрысые патлы, испачканные оружейной смазкой. - Насчет Кромки - то дело твое. Я об этих вещах мало знаю. Хотя наш старый кудесник, сказывали, мог оттуда людей возвращать. Значит, как-то противиться тяге этой можно... А насчет того, что жены своей зова не слышишь, так, может, у нее просто сил недостает. Исхудала вся - видать, нездоровится ей... Может, ты сам позовешь? Глядишь, и вскроется стенка-то?

- И как звать? - быстро спросил Савинов. Рысенок с сомнением посмотрел на него: не шутит ли воевода? Ужель сам не ведает?

- Давай рассказывай, - подбодрил его Сашка. - Я и ваши методы, способы то есть, знать хочу. Чтобы не разминуться с ней где-нибудь в горнем Мире...

Объяснение, видимо, парня устроило, потому что он деловито и обстоятельно принялся излагать свою методику. Она оказалась на диво простой. Садишься или ложишься так, чтобы тебе никто не мешал. Неплохо, чтобы рядом была вода, в которую можно глядеть, или костер, хотя можно использовать и облака и звезды. Садишься и вслушиваешься в себя, пока не услышишь каждую жилку и самые малые токи крови. Тут главное не уснуть, а смотреть на помощника, то есть на воду, огонь или ветер, и дать ему унести себя туда, куда желаешь. Занятие это опасное, поэтому неплохо сказать заговор или заклятие, чтобы стихия не занесла куда-нибудь за тридевять земель. Но если Силы много, тогда достаточно просто держать перед мысленным взором место, куда хочешь попасть, и человека, которого зовешь.

- Значит, так. Сажусь в затишке, прислушиваюсь, потом представляю себе наш двор в Белоозере...

- Нет-нет! Зачем в Белоозере? Да я ведь не сказал тебе... Ярина Богдановна с братом своим Жданом в Ладогу подалась. Надеялась, видно, что ближе будет к тебе и услышишь ты ее. И мы никак мимо Ладоги не пройдем! Вот вы пораньше и встретитесь...