Проснулись мы благо не от звонка в дверь, однако, и не от поцелуев друг друга, по законам жанра всех романтических фильмов. А от чрезмерно настойчиво трещащего телефона.

Сперва я думала мой, но оказался Тима. Звонившей оказалась какая-то неизвестная мне «дама», что уже с утра хотела знать, что МОЙ парень будет делать вечером. Голубоглазый попытался деликатно объяснить девице, что не свободен и с ней он никак не может провести вечер. Вероятно, до девушки не дошло, поэтому она предложила встретиться в другой день.

Полагаю, тут и не выдержало мое женское самолюбие, и пришлось объяснить милочке: «Чтоб больше сюда не звонила, курица! И подружкам своим недалеким передай!». Тим не стал вырывать трубку, напротив, казалось, наслаждался сим «представлением», за что, впрочем, и получил гневную тираду в свой адрес. Успокоилась я лишь тогда, когда его губы накрыли мои.

— Не хотела бы отправиться за границу? — внезапно задал вопрос Тим, когда варил себе кофе.

Насупившись, я, прищурившись, посмотрела на парня, и несколько подозрительным голосом промолвила:

— С чего бы это?

— Так… Просто, — неоднозначно пожал плечами, но заметив мою приподнятую бровь, вздохнул и выдал: — Твоя бабушка приглашала нас к себе. В Прованс.

«А я думаю, где собака зарыта!» — пронеслось в голове.

— Исключено, — фыркнула, между тем поправляя задравшуюся футболку темноволосого.

Вчера он притащил свою старую футбольную форму, а теперь заставлял в ней расхаживать. Не то чтобы я была против. К чему лукавить, такое его свойское отношение меня больше привлекало, нежели отталкивало.

— Почему? — тотчас же последовал вопрос.

— Мне не по карману, — честно ответила, отпивая из чашки чай.

— Яна, — потер переносицу Тим и простонал. — Я обо всем позабочусь. В любом случае, я бы…

— А я бы не приняла, — категорично оборвала парня.

Да, я позволяла оплачивать парням свой ужин, но поездки, ко всему прочему не дешевые, совсем иное дело. В конце концов, мы едва ли неделю вместе.

— Вот же упертая, — пробормотал, с грохотом ставя свой готовый кофе на стол. — Мы же едем к твоей бабушке, а не куда-нибудь. Жилье есть, уже проще.

— А билеты на самолет? А деньги с собой? Мне мое начальство столько не платит!

Несколько секунд парень буравил меня взглядом, но я показательно от него отвернулась. Я не содержанка какая-то!

— Хочешь, — вдруг несмело раздался его голос, — оно будет тебе больше платить.

Его слова заставили меня, по меньшей мере, озадачится. Я никак не могла уловить смысл. Медленно я повернула голову, а затем скрепя зубами изрекла:

— Какое ты имеешь отношение к моему начальству?

В моей голове все стало проясняться. И к тому выводу, к которому я приходила, меня отнюдь не радовало.

— Прямое, — смело заявил он.

— Так, значит это твой маленький бизнес? — подорвалась я с места, крича.

Я готова была убить парня. Зачем нужно было устраивать этот цирк? Не мог сказать, что к себе на работу берет? Вот почему Никита однажды назвал его «начальство», вот почему его слушались. Внезапно, я почувствовала себя круглой дурой. Все знали, кроме меня.

— Яна, — встал парень напротив и взял мою руку, которую я тотчас же поспешила выдернуть.

— Послушай, — вздохнул, проводя рукой по волосам, — тебе нужна была работа, а мне бариста. Если бы не ты, то нашел бы кто-нибудь другого.

— Почему ты мне сразу не сказал? — глухо отозвалась.

Тим покачал головой, а затем притянул меня к себе, кладя подбородок на мою макушку.

— Ты бы не захотела у меня работать. — И прежде чем я бы успела возмутиться, голубоглазый добавил, — и не спорь! Ты бы послала меня и мои предложения куда подальше, или как всегда решила бы, что я таким способом решил затащить тебя в койку.

Мне хотелось злиться на парня, дотянуться руками до его шеи и крепко сжать, однако когда его руки успокаивающими нежными движениями поглаживали мою спину, я забывала обо всем.

— А ты, значит, не пытался затащить меня в койку? — скептически проворковала, и, не удержав свои руки в узде, обняла парня за шею, между тем поднимая голову, дабы посмотреть в эти бесстыжие глазенки хитрого лиса.

— Ну, может чуть-чуть, — криво улыбнувшись, пожал плечами.

— Гад, — ударила парня по плечу. — Мог бы и соврать.

Тим в ответ мне лишь усмехнулся, а затем на ухо прошептал:

— Так что мы едем в Прованс?

Я более чем уверена, что по моей недовольной кислой роже было все предельно ясно, но очевидно этот наглец все же ожидал ответа. А так, как наглости у него было сверх всякой меры, то вероятно еще и положительного.

— Нет, — буркнула.

— Даже если начальство…

— Не смей, — шикнула, не дав закончить. — Или я уволюсь, и пойду работать на другое место.

— Да щас! — прорычал темноволосый. — Кто ж тебя отпустит та, рыжая?

— Вообще-то крепостное право давно отменили, — хмыкнула.

— Так или иначе, но на другое место ты не пойдешь, — промолвил, а затем едва ли слышно, — так, ты под присмотром.

— Ага, так вот зачем ты меня еще к себе устроил? Что бы я была под присмотром? — не по – доброму прищурилась.

— Конечно, — не стал отрицать. — Ты ж птица у нас вольная, а так я знал, где ты, что ты и не беспокоился.

— Ага, беспокоился он, — фыркнула. — От баб своих не отходил.

— От каких еще баб? — изумленно раскрыв глаза, спросил.

Должно быть, голубоглазый либо действительно хороший актер, либо и правда, порой не догадывался, что большую часть времени флиртовал с девушками.

— Та, что была в машине. Те, что давали номер телефона.

— Я уже говорил, что с той блондинкой, — и тут прервался, когда я недовольно поморщилась.

— Ты даже имя её не запомнил!

— Только потому, что все мои мысли о тебе, — поспешил реабилитироваться парень.

И хоть он слукавил и, безусловно, подлизывался, мне понадобилась вся сила воли, дабы не накинуться на этого черта с поцелуем.

— Так вот. У нас ничего не было, а номера я все выкинул. Просто хотел тебя позлить, — словно нехотя признался Тим.

— Вот и хорошо, — кивнула головой, явно довольная его ответом. — А насчет Прованса, мы не так долго вместе, Тим. Давай не будем спешить, — взяла за руку парня и сжала.

Он некоторое время молчал, будто собирался спорить до последнего, однако увидев мое жалостливое лицо все же сдался, а после чмокнул в нос и пробормотал:

— Вернемся к этому позже, птичка.

В целом, так и протекали наши отношения. У нас не было все гладко, мы довольно часто ссорились, пререкались, но вместе с тем нам было вместе комфортно. Я ощущала себя нужной, желанной, да и сама я Тима желала.

Мы могли спорить до посинения, а затем в одну секунду разразиться смехом.

Многие наши знакомые, по меньшей мере, были ошарашены. До них никак не доходило, как мы сошлись. Все говорили, что мы слишком разные (в частности, знакомые Тимура), а мне казалось, что эти люди просто не знают настоящего Тима и меня.

Они не знают, что на самом деле он сладкоежка, что любит историю больше всяких боевиков, что даже когда я буду его кусать, царапаться и рычать, он возьмет меня в охапку и скажет: «Не отпущу!».

Мы дополняли друг друга, как это и должно быть.

— Прикольный фильм, — прокомментировав Тим, стоило нам только выйти из зала кинотеатра.

— А по мне, так пошлятина, — хмыкнула, между тем выкидывая ведро попкорна в урну.

Глаза парня озорно вспыхнули, и, притянув меня к себе, голубоглазый томно прошептал:

— Пошлятина, это то, что я собираюсь с тобой сделать.

Я хихикнула и толкнула в плечо этого засранца, отскакивая на метр.

— Ты сначала догони!

Я побежала к выходу, под крики охраны и требования «немедленно остановиться!», но адреналин уже побежал в крови.

Оглянувшись, я заметила, что парень не отставал, а учитывая, что именно он из нас двоих занимается профессионально спортом, можно было прийти к выводу, что шансы убежать у меня невелики.