И как книги, разные лица могут рассказать о столь многом, зачастую о том, для чего нет слов ни в одном языке. И именно это притягивает меня. Что может быть заманчивее, чем возможность открыть для себя особую тайну чужой души… может, разве что тайны ушедших легенд и героев… не знаю. Но магистр притягивал к себе. У меня было слегка печальное ощущение, что я видела его задолго до того, как переместилась сюда. Да… едва ли я могла с кем либо его спутать. Может, спросить? О чем… сказать. Что то вертится на языке, что то важное…

— Все в порядке? — тихо спросил магистр.

— Я не знаю. — честно ответила я.

— Ты помнишь что было? — магистр не сводил неподвижного взгляда с огня.

— Да. Конечно, я все помню. Но так хочется забыть.

— Амет…

— Что?

— ты помнишь.

Я не могла сказать, что понимаю о чем бредит магистр.

Он посмотрел на меня. Мне показалось, что он будто все еще испытывает боль. И что ему до того больно, что он не может скрыть это от меня. Хоть и напрягает все силы на это. И мне стало страшно. Я ведь не знаю, что с ним сделали. Вдруг что то непоправимое. Но через секунду он вздохнул и снова вперил немигающий взгляд в огонь. И снова вроде как он казался просто сильно уставшим. Мы не произнесли ни слова до самого рассвета. Так и просидели у огня.

Как только рассвело, мы заказали завтрак и вскоре уже, выйдя из портала, шли к воротам универа. Там уже все гудело как улей. И десятки адептов вышли на площадку перед зданием замка чтобы увидеть нас, вернувшихся из плена после внезапного исчезновения. Их возвестили о том, что мы живы всего пару часов назад, так что все были на ушах.

Магистр Сибилла встретила нас у самых ворот. На ней лица не было. Видно, она провела немало бессонных часов, пытаясь нащупать нас поисковым заклятием. Мы вошли в замок, сопровождаемые сотнями взволнованных взглядов. И любопытных: ведь за нами вели связанного ученого. Моего заклятого врага. Нашу нить к заказчикам. Ведь ему явно кто-то нас заказал. Дал наводку. И этот кто-то, возможно, сейчас находится снаружи в толпе адептов.

Преподаватели ждали в полном составе в кабинете директора. Мы расселись на диване в приемной, директор же на минуту зашел в боковую комнату и отдал распоряжения преподавателям, препоручив им заодно и ученого. Я возмущенно сопела.

Вернувшись, он мягко обьяснил мне, что это не самая лучшая идея — брать на себя ответственность за смерть этого человека.

— Он того не стоит. И если убьешь его сейчас — будешь жалеть. Сейчас лучше попробовать отдохнуть и оправиться от всего этого. — магистр взял меня за плечи. И посмотрел в глаза. — Я понимаю. Я знаю, что ты чувствуешь. Но я не могу позволить ни себе, ни тебе замарать себя об это существо. Не сейчас.

От его жеста мне стало немного полегче. Я кивнула.

— Спасибо. Без вас мы бы не вышли оттуда. — С благодарностью произнесла я. И чуть сжала его руку своей. Он улыбнулся. Но покачал головой.

— нет. Не слушаешь ты меня. Но повторю ещё раз. Если хоть один из связки боевых магов даст слабину, то не выживет никто. Мы выбрались вместе. И я горжусь вами: вы не оплошали. И еще кое что: зачеты по некоторым дисциплинам вы трое сдавать не обязаны. Я распоряжусь об исключительном праве.

— Спасибо, сэр! — воскликнул Лемор.

Затем Белка и Лемор вышли из кабинета, причем оборотень практически нес подругу на себе. я сказала им, что приду позже. Преподаватели вышли и увели профессора. Так что стало очень тихо. И мы могли поговорить с магистром наедине. Меня снова мучала неизвестность. Я чувствовала себя уязвимой и слабой после плена и пыток, а ещё больше — от того, что некто знал все обо мне, а я нет. Я надеялась найти ответы если не на все, то хотя бы на часть вопросов. Магистр усадил меня в кресло, в котором я обычно сидела во время наших занятий артефактной магией. Затем он порылся в глубинах своего шкафа с утварью, и выпив из какого-то сосуда, вернулся к столу с большим подносом шоколада.

Я привычно слопала здоровенный кусок и успокоилась. Меня всегда успокаивала привычная обстановка.

Я подумала с минуту. Голова гудела ощутимо мешая мыслительному процессу.

— Что с нами будет? — задала я вопрос, не особо надеясь на ответ.

— У нас есть пленный. Он расскажет всё. И мы решим, что делать. Но одно мне ясно: игра зашла за границы дозволенного, а этот факт развязывает мне руки. Теперь я не буду ограничивать себя в средствах. Я использую влияние дружественных кланов, магов при наместнике и собственное оружие врага — услуги гильдии наемников.

— Ясно. Но где, где мы сможем быть в безопасности?

— Нигде, пока враг не побежден. — Не стал скрывать магистр. — никакие стены не дадут безопасного приюта. Вы и я в связке. И так будет, пока… Пока все не кончится.

Я обхватила плечи руками. Да. Тут нужно что-то посильнее шоколада, чтобы не впасть в депрессию.

Магистр избегал смотреть мне в глаза. И мне не удавалось поймать его взгляд. И я заговорила, чтобы нарушить неприятную тишину.

— Вы тогда сказали кое-что… Вы называли меня Амет. Что это значит? Вы что, дали мне что-то вроде боевого прозвища?

— Прозвище… Да. Так и есть. Ты ведь не против? — изменившимся голосом ответил магистр.

— Ну… Э… Обычай, да? Ну я не против.

Магистр встал с кресла и, откатив стол в сторону, придвинул свое кресло напротив моего. Затем он сел и взял мою руку в свои. Я не успела удивиться, как поняла, что он передает часть своей энергии. Я запротестовала.

— Вы не должны. Вы потратили столько сил, чтоб доставить нас сюда… Я в порядке, не нужно! — я выдернула свою руку из его, хотя мне и не хотелось этого делать. Я была истощена и очень нуждалась в пополнении резерва. К тому же его прикосновения приносили чувство защищенности и покоя. А их так не хватало мне сейчас…

Магистр вздохнул. — Амет, я хочу попросить тебя простить меня за то, что позволил этому случиться. Я обещал защиту. И подвел. Прости.

По его взгляду я поняла, что это действительно очень мучает магистра.

— Прощаю. Но, учитывая, что именно я — причина всего, то…

— Не ты. Твоя сила. Твой дар — причина всего. Но кто-то должен был стать его носителем и властелином. И я очень рад, что это ты. Я никогда не обучал более талантливого и упертого адепта чем ты. Но нужно помнить, что человек — не приложение к таланту, а совсем наоборот.

— Я это запомню. — сказала я.

Магистр снова взял мою руку. — Я могу угадать, о чем ты сейчас думаешь: тишина приносит боль. В тишине приходят мысли и воспоминания.

Я недоверчиво покосилась на него и кивнула. Нетрудно догадаться.

— И поверишь ли, я не хочу оставаться один сейчас. — сказал он, задумчиво чуть сжимая мои пальцы в своей руке. Он беспомощно взглянул мне в глаза. И что-то вдруг щелкнуло в моём мозгу. Я вспомнила, где я видела его ещё до первой нашей встречи в универе.

Два года назад. Постановка пьесы Ноэля Кауарда. Магистр был в главной роли. «Частные жизни». Весь спектакль я следила, как помню, в основном за его игрой.

Я треснула свободной рукой себе по лбу.

— Вот дырявая голова! Вы же были в «Частных жизнях». Я видела вас на подмостках. — радостно выдала я. В голову полезла мысль попросить у него автограф. Но потом я вспомнила, что у меня есть копия договора с его подписью. Смешно…

Магистр был удивлен не меньше моего. — у вас отличная память на лица…

— Но как вас занесло на сцену, магистр?

— Я бываю в вашем мире так часто, как могу. Он очень интересен. И я неплохо провел время среди труппы актеров играя в той пьесе. Всего было семь сеансов, потом я вынужден был возвращаться. Но какое удивительное совпадение, мда…

— Мне показалось, что та роль написана для вас. Даже трудно представить кого-либо другого. Фантастика.

— Я рад, что вам понравилось. Что ж, теперь по крайней мере я знаю, почему вы так пристально изучали меня при первой встрече здесь. Хм…

Мы помолчали. За окном ливанул дождь. Первый зимний дождь. Магистр грел мои замерзающие руки в своих ладонях и молчал, хотя на его лице все ещё отражалось беспокойство.