— Ты справляешься с Буревестником и Медведями, но Чет Мюхлер лишил тебя дара речи? — он ткнул локтем Кена, прошедшего в дом за мной. — Тебе нужно переходить к действиям, ведь другой представительный Иной может ее увести. Ты потерял преимущество.

— Я не жму руки, — сказала я. Кваскви раздражал. Но я была рада, что рядом был шутник, а не обвинитель.

— Конечно, — сказал Чет, вытирая ладони о штаны. — Прости, — он ушел к дивану. Пряди спутанного хвоста волос Элизы подрагивали от ее дыхания. Она выглядела уязвимо, пока лежала там. — Посмотрите, — он отодвинул простыню.

Кто-то порезал спину Элизы. Фарфоровая кожа явно была семейной чертой. И она идеально контрастировала с красными глубокими ранами. Генри охнул, спрятал лицо в изгибе локтя. Джордж повел его к входной двери.

Кваскви подошел ближе.

— Это узор.

— Да, — сказал Чет. — Треугольники. Я такого еще не видел. Вряд ли это Иные.

— Я это видел, — сказал Кен. — В квартире Кои.

Я заставила себя посмотреть на истерзанную кожу Элизы, сглотнув едкий вкус картошки в горле. Кен был прав. Это были три пересекающиеся треугольника. Мои ноги столкнулись со стеклянным столиком раньше, чем я поняла, что пятилась. Я резко опустилась на книгу с фотографиями кофеен Портлэнда, такую же я подарила Марлин на Рождество в прошлом году.

— Нет, — сказала я. Больше доказательств. Тот, кто устроил погром у меня дом, напал на Элизу. И убил Дзунукву.

Кен описал цитату и символы в моей квартире.

— Это другая часть цитаты из Замка ведьмы. «Что в смертном сне тебе приснится». Это вызов баку. Иначе зачем упоминать сны? — Кваскви повернулся ко мне, пылая гневом. — От этого нельзя больше прятаться, Кои. Больше никакой лжи.

Входная дверь распахнулась, вошел Пон-сума. Его ладони были в грязи, распущенные волосы спутались с листьями и прутиками. Он был только в шортах. Чет взглянул оценивающе на голую тонкую грудь Пон-сумы, на ней не было волос. Чет укрыл спину Элизы простыней. Хоркью Камуи сказал Кваскви:

— Человек. Других следов нет.

— Тогда сойки правы, — Кваскви толкнул меня в спину. — Теперь ты. Получи картинку того, кто это сделал. Мне нужно описание. Мы найдем гадов.

— Это не все, — перебил Пон-сума. — Фраза на тротуаре кровью свиньи.

Мою грудь сдавило. О, только не еще одно упоминание снов.

— И что там говорится?

— Весь мир — сон, а смерть — толкователь.