Суббота. День переезда. Все было упаковано. Коробки, заполненные обернутой посудой и стеклом, а также книгами Тай и моими художественными материалами, стояли на полу в гостиной. Все мои картины были сняты со стен, завернуты в пузырчатую пленку и упакованы в картонные коробки. Огромная плюшевая игрушка Тай, Фрогги, сидела прямо напротив одной из них. Она поедет с нами в грузовике. Фрогги выглядел грустным, по крайней мере, я так думала. На моих глазах проступили слезы в память о Дрейке, выигравшем крупногабаритную амфибию на пирсе Санта-Моники. И о том невероятном вечере, который последовал после. Хотя я жила в этом доме в течение непродолжительного времени, в нем осталось так много воспоминаний. Для меня было невозможным мысленно упаковать их. Все, куда попадал мой взгляд, мне напоминало о Дрейке.

Вскоре дом будет снесен, освободив место для многоквартирного дома, который захватит также пустующий участок по соседству. Я только хотела, чтобы мои воспоминания о времени, проведенном с Дрейком, были разрушены вместе с домом. Ни минуты не проходило без мыслей о нем. Несмотря на мой вчерашний разговор с Броком, я знала, что шансы вернуть в свою жизнь Дрейка были невелики. Да, вчера он приходил увидеться со мной. Но дважды такого не могло случиться. Пришло время отпустить его.

Грузовик скоро будет здесь. Мы с Лулу наняли несколько грузчиков вместе с грузовиком, чтобы помочь нам с большими вещами и забрать некоторую мою мебель, которая была в хранилище. Надеюсь, Лулу, которая выбежала за пончиками в кафе, вернется до того, как они появятся.

С тяжелым сердцем и небольшим запасом времени, я провела последнюю проверку. Осталась одна картина. Я тайно начала и практически забыла. Я спрятала ее под кроватью. Портрет Дрейка с Тай на плечах в тот день, когда мы были на пирсе. Я воссоздала этот образ в памяти. Глядя на него, мои глаза наполнились слезами. Я идеально запечатлела момент, блеск в прекрасных голубых глазах Дрейка и ликование, написанное на лице моей девочки. Глубоко вздохнув, я не знала, должна ли ее оставить. Пусть ее снесут вместе остальным домом. До того, как разразиться слезами, я импульсивно перенесла ее в гостиную и решила, что она поедет со мной на заднем сиденье пикапа. Не уверена, что повешу ее на своем новом месте, но, однажды, я наберусь смелости и закончу портрет. Я хотела, чтобы у Тай была эта картина. Знать, что когда-то в ее жизни был хороший человек, который любил ее всем сердцем и душой. Как будто она была его собственной. Может быть, однажды они снова встретятся.

Прислонив картину к стене, я осмотрела пространство. Все выглядело хорошо. Несмотря на мое мрачное настроение, я напомнила себе, что мы с Тай собираемся жить в лучшем месте, не так далеко отсюда. С весьма солидным вознаграждением, которое наш домовладелец предоставил нам за выезд из помещения до окончания срока аренды Лулу, я смогла позволить себе хорошую, хотя и небольшую, двухкомнатную квартиру в безопасном многоквартирном доме, где посетители должны были использовать систему внутренней связи, чтобы иметь доступ к квартиросъемщику. Лулу переезжала в однокомнатную квартиру в том же здании, хотя у меня было предчувствие, что она скоро переедет к Броку.

- Мамочка, когда приедут грузчики? – спросила Тай, забегая с заднего двора, где она играла. В удивительно хорошем настроении и в восторге от нашего переезда, моя милая, драгоценная девочка была одета в комбинезон и, в наделяющий ее силой, красный плащ Дрейка. Я не думала, что она когда-нибудь снимет этот плащ. И, честно говоря, я надеялась, что не будет этого делать еще очень долго. Кроме моей сувенирной кружки с пирса Санта-Моники и некоторых фотографий, которые я не смогла заставить себя удалить, это была моя единственная связь с Дрейком. И очень особенная.

- Очень скоро, - ответила я.

А затем раздался звонок в дверь. Грузчики? Я не была уверена, так как не слышала, чтобы грузовик подъехал к дому. Возможно, они припарковали его в конце улицы. Потом последовал громкий стук. Мое сердцебиение ускорилось. Мог ли шанс появиться снова? Мог бы это быть Дрейк?

Когда Тай последовала за мной, я поспешила к входной двери и посмотрела в глазок. Я моргнула. Это был не тот, кого я ожидала. Что она здесь делала? Меня затошнило. Она была последним человеком, которого я хотела бы видеть.

Криция. Наши глаза встретились.

- Чего ты хочешь?

- Пожалуйста, открой. Я просто хочу поговорить с тобой несколько минут и извиниться за свое поведение.

Меня охватило тошнотворное чувство, пока я обдумывала ее слова, задаваясь вопросом, откуда она знает, где я живу. Дрейк рассказал ей?

- Пожалуйста. Мне нужно только пять минут. Это действительно много для меня значит.

- Мамочка, кто там? – услышала я слова Тай, пока размышляла, что делать. Последнее, что я хотела, это стычка с Крицией. Более того, какая польза от ее извинений? Это было бы как втирать соль в рану и разжигать еще больную дыру в моем сердце.

- Пожалуйста, Диандра. Я не уйду, пока ты не откроешь дверь. Мне нужно поговорить.

Она звучала отчаянно и искренне. И она на самом деле правильно назвала мое имя. Я колебалась. Затем, дрожащей рукой, я отомкнула двойной замок и распахнула дверь.

Я сразу же пожалела о своем решении. Возвышаясь надо мной в своих шпильках и сексуальной одежде, она одарила меня медленной, ядовитой ухмылкой. У меня скрутило в животе.

- Заходи. – Чем скорее она уйдет, тем лучше.

- Убирайся с моего пути, сука!

О, Боже мой! Этот голос! У меня сердце ушло в пятки. Я моргала слишком часто. Прежде чем я снова моргнула, Кайл оттолкнул Крицию в сторону, отправив ее на асфальт, а затем ворвался в дом.

- Что ты здесь делаешь? – спросила я в панике. Безумие мелькнуло в его глазах. Он определенно был под кайфом.

- Мамочка, кто этот человек? – спросила Тай, страх поднимался в ее голосе, когда она цеплялась за меня.

Мое сердце бешено колотилось, я убеждала ее бежать в нашу спальню и запереть дверь.

Но было слишком поздно. Прежде чем Тай успела сделать шаг, он отнял ее у меня.

- Мамочка! – закричала она.

- О, Боже мой! Отпусти ее! – Я царапала Кайла, как дикое животное, когда он вырывал дверь, перебрасывая Тай через плечо.

- Какого хрена, Кайл? Что ты делаешь? – услышала я бормотание Криции, спотыкающуюся о свои ноги. Не обращая на нее внимания, я практически сбила ее с ног, когда выскочила из дома, адреналин мчался по моим венам.

- Тай, детка! – закричала я изо всех сил, пока бежала за ней по узкой виляющей дорожке. Мой худший кошмар стал явью. И с каждым шагом они все дальше отдалялись от меня.

- Мамочка! – рыдала моя малышка, протягивая мне руки.

- Тай! – завизжала я, мои рыдания заполнили мои уши. Мое сердце разрывалось над каждой неровностью и трещиной тротуара. Мои легкие и ноги горели. Каждый вздох, каждый шаг отдавался болью. О Боже. О Боже. О, Боже мой. Как это могло произойти?

- Кто-нибудь, помогите мне! – кричала я на весь район, оставаясь без внимания. – ПОЖАЛУЙСТА! Почему меня никто не слышит?

Я отставала от них, по крайней мере, на пятьдесят футов, когда Кайл добрался до своего Dodge. Слезы слепили мои глаза, когда он направился к водительскому месту и открыл дверь. Моя злая маленькая девочка стучала и пинала его.

- Прекрати, маленькая соплячка, - услышала я, как он прорычал.

- Отпусти ее! – умоляла я. О, пожалуйста, отпусти ее! Задыхаясь, я продолжала бежать, не отрываясь, смотрела на Кайла, когда он бросил Тай в машину, а затем запрыгнул за руль. Он попытался завести разбитую машину, но она не поддалась. Удача! Это дало мне больше времени, чтобы нагнать их. Но когда я двигалась изо всех сил, превозмогая боль, случилось непостижимое. Моя нога попала в трещину на тротуаре, и я почувствовала, что устремляюсь вперед. О, Боже, нет! Я собиралась упасть. Пытаясь остановить импульс, я сделала два неловких шага вперед, но ничто не могло остановить меня от падения на тротуар. Когда я ударилась о землю, жгучая боль обожгла мои ладони и колени. Уверена, что поцарапала их и порвала джинсы, но, не глядя на степень поражения, я начала взбираться на ноги, когда Кайл попытался снова завести машину. На этот раз мотор завелся.