Сегодня мои мама и папа собираются пожениться. Я никогда раньше не была на свадьбе. Это так весело. И как цветочная девочка, я надену действительно красивое платье. Оно длинное, белое, с кучей оборок. Вроде похоже на платье «Модной Нэнси», только гораздо красивее. Мама Дрейка, моя новая бабушка, купила его для меня.

Свадьба проходит на заднем дворе большого бабушкиного дома. Здесь, похоже, миллиард людей, которые наблюдают, как мама и папа женятся. Включая всех Опасных Рейнджеров! Моя очередь идти к алтарю. Я репетировала вчера вечером, так что знаю, что нужно делать. Я просто должна улыбаться всем людям и выбрасывать лепестки из цветочной корзинки, которую держу. Дрейк ждет меня у алтаря и показывает мне большие пальцы, улыбаясь. Он выглядит таким красивым! Рядом с ним стоят тетя Лулу, подружка невесты, в платье красного цвета, как мой плащ, его друг Брок, шафер, и моя бабушка.

Когда я добираюсь до алтаря, Дрейк обнимает меня, а многие люди в толпе говорят «Оуу!» А потом начинает играть знаменитая песня «Here Comes the Bride». Я оборачиваюсь и смотрю, как мамочка идет по проходу. Папа Дрейка, мой новый дедушка, держит ее за руку. Она такая красивая в своем платье Золушки – как принцесса – и она улыбается, хотя думаю, что мамочка напугана.

- Я люблю тебя, мамочка! – кричу я, и все смеются. Также как и Дрейк, тетя Лулу, и Брок, который заставляет толпу смеяться еще громче, когда свистит на нее. Дядя Брок забавный! Мама думает, он женится на тете Лулу и станет моим настоящим дядей.

Мама с дедушкой подходят к алтарю, и папа заключает маму в объятия. Они выглядят такими счастливыми вместе. Отпустив маму, папа берет ее руку и мою тоже. Священник, который венчает их, начинает говорить; он похож на Санта-Клауса и имеет очень глубокий голос.

Бла, бла, бла, бла, бла. Почему свадебные церемонии занимают так много времени? В мультфильмах и моих книгах с картинками они просто говорят «Беру» и живут долго и счастливо. Преподобный перестает говорить (Фух! Наконец!), и мама с папой обмениваются клятвами. Я внимательно слушаю, что говорит Дрейк… он говорит, что женится на нас обеих, на маме и мне… что будет заботиться о нас вечно. У мамы слезы на глазах; не понимаю, почему она плачет. Свадьбы должны быть счастливыми, верно?

Когда Дрейк заканчивает, мама произносит свою клятву. Она говорит о том, как сильно она любит Дрейка и как ей повезло, что нашла его.

- Спасибо, что ты часть моей жизни. И нашей драгоценной дочери тоже. Мы будем любить тебя вечно, - ее голос тихий, а по щекам текут слезы. Я сжимаю ее руку. – Не плачь, мамочка, - говорю я ей. И она сжимает мою руку в ответ.

Мама и папа обмениваются кольцами. Священник объявляет их мужем и женой. Они целуются и все кричат «УРА!» Я тоже! «Ура» для моих мамы и папы!

Я поворачиваюсь лицом к толпе и пою так громко, как могу.

- Если вы счастливы и знаете это, хлопайте в ладоши!

Хлоп. Хлоп.

Все присоединяются, когда я пою остальную часть песни…

- Если вы счастливы и знаете это, и вы действительно хотите показать это, кричите «Ура»!

«Ура!»

«Ура» для моих мамы и папы. После свадьбы у них начнется медовый месяц, а я останусь с бабушкой и дедушкой в их большом доме. Не могу дождаться. Мы с дедушкой будем печь кексы. А бабушка даст мне больше уроков по фигурному катанию и научит новым трюкам.

Мама говорит, что я самая счастливая девочка в мире.

Да!

Я… Тайсон «Могучая» Хэнсон.

- Дрейк, куда ты меня везешь? – спросила я, прислонившись к нему на заднем сиденье лимузина с завязанными глазами. Благодаря быстрой скорости автомобиля, я была уверена, что мы едем по одной из многочисленных переплетающихся автострад Лос-Анджелеса.

- Это сюрприз, моя прекрасная жена, - отвечает он с озорством в голосе.

Жена. Он назвал меня своей женой. Это было мое любимое новое слово из четырех букв (и его тоже), и мне не потребовалось много времени, чтобы привыкнуть.

- Кстати, ты выглядишь сексуальной, как грех в этой кружевной черной маске, - прошептал Дрейк мне в шею, прежде чем уткнуться в нее. – И это выглядит чертовски жарко с твоим свадебным платьем. Я почти поддался соблазну трахнуть тебя прямо здесь, в лимузине, но мы практически добрались до места назначения.

- Дрейк, ты сводишь меня с ума, - простонала я, когда он поцеловал то чувствительное местечко под моим подбородком, которое заводило меня каждый раз.

- Это моя работа. Скажите мне, миссис Хэнсон. Вы мокрая от желания? – выдохнул он, его рука прикоснулась к моей лодыжке и начала пробираться под слоями тюля, которая украшала мое платье.

Я откинула голову назад, когда его рука поднялась по моему бедру и проскользнула под моей подвязкой и трусиками. Он погладил мои чувствительные складочки, большим пальцем кружа по моему пульсирующему клитору.

- Иисус, Ди-детка, ты такая мокрая для меня. Боже, ты делаешь чертовски трудным… сопротивление тебе.

В своем воображении я могла представить, как его твердо-каменный член натягивает его брюки. Это была огромная палатка. Было удивительно, как ясно можно увидеть это с завязанными глазами. Он поднес мою руку к паху и подтвердил то, что я себе представляла. Под моей ладонью был тот самый твердый горячий холм из плоти, который воспламенял меня. Он был также готов для меня, как и я для него.

- Ты уверен, что у нас нет времени для «по-быстрому»? – пробормотала я, борясь с желанием расстегнуть его ширинку.

Он засмеялся.

- Ты похотливая маленькая девочка. Это не тот способ, которым я хочу тебя трахнуть. Никаких быстрых перепихонов сегодня. Я собираюсь трахать тебя так, как будто завтра никогда не наступит. – Машина замедлилась, а затем остановилась. – Кроме того, мы здесь, в нашем конечном пункте назначения.

- Могу я сейчас снять маску? – спросила я, одновременно ощущая себя немного разочарованной и очень возбужденной.

- Пока нет.

Я услышала, как открылась пассажирская дверь, и в ушах раздался знакомый грохот. Я с трудом задышала. Это было то, о чем я подумала? Я продолжала задаваться вопросом, когда Дрейк помог мне выйти из машины, а затем поднял меня на свои сильные руки.

- Дрейк, мы в…

- Ага. – Я уже могла представить гордую ухмылку на его губах. Мне захотелось укусить его. – Мы на пирсе Санта Моники. Я думал, что мы начнем нашу первую ночь в качестве мужа и жены с некоторым весельем и острыми ощущениями.

- Разве нам не хватило веселья и азарта на свадьбе? – спросила я; воспоминания о незабываемом вечере кружились в моей голове, пока Дрейк нес меня через шумный пирс. Бьюсь об заклад, что все смотрели на нас – на этого великолепного, как кинозвезда, мужчину в смокинге, несущего свою невесту в маске и свадебном платье к парку с аттракционами. Все еще захмелевшая от всего шампанского, которое я выпила на свадьбе, я чувствовала, как краснею, а мое сердце начало учащенно биться, когда оглушительные крики заполнили теплый ночной воздух. Черт!

- Ты ведешь меня на американские…

- Ага. Я все заранее подготовил, чтобы нам не пришлось ждать в очереди.

Я сглотнула. С растущим звуком криков, мы очень быстро приближались к предстоящей поездке.

- Это единственная поездка, которую мы совершим. Ты будешь кататься на мне всю оставшуюся ночь. И у меня есть очень вкусный корн-дог, который ты получишь позже.

План на остаток ночи звучал аппетитно, но мысль о поездке на американских горках связала мой желудок в узел. Вы бы решили, что сделав это раньше, прокатиться еще раз будет легче и менее пугающим, но зная, как было страшно, это делало поездку гораздо хуже.

- Придется ли мне одеть эту маску? – запинаясь, спросила я.

- Нет, Ди-детка, я сниму ее, как только мы сядем. Я хочу, чтобы ты видела открывшийся ночной вид. К тому же, я уже соскучился по твоим глазам.

Несколько минут спустя, мы сидели на заднем сиденье последней вагонетки. Защитные поручни опустились, все было готово к старту. Моя маска сейчас была поднята, я должна сказать, что пирс выглядел красиво, ночью все сверкало. Как шкатулка с драгоценностями. Затем, к моему удивлению, в ясно-синем небе проплыл дирижабль компании «Goodyear».