— Ничего не поделаешь, — пробормотал Грег себе под нос. — Придется тащить ее наверх.

Он осторожно повернул голову женщины, опаса-юь, что она пострадала сильнее, чем ему показалось ;начала, но по-прежнему ничего серьезного не обнаружил. Не исключались, конечно, повреждения внутренних органов, однако в любом случае этой женщине невероятно повезло: при подобной аварии шанс выжить равен одному из миллиона.

Грег вгляделся в нее получше и присвистнул. Ангел в гриме шлюхи! На овальном личике, обрамленном осветленными кудряшками, багровели густо намазанные помадой губы, а на глаза ушло столько туши и теней, что для этого, наверное, потребовался запас целого косметического магазина.

Ее платьице тигровой расцветки выглядело такой же дешевкой, как и грим. Короткая юбка не прикрывала бедер, груди чуть не вываливались из лифа. Грег предпочитал женщин иного типа, но не мог не признать, что эта девица чертовски сексуальна.

Внезапно он вспомнил Джессику и нахмурился. Последние два года Грег заставлял себя не думать об умершей жене, и до этой ночи ему удавалось держать память на замке. Сейчас он увидел ее совсем здоровой, раскрасневшейся, словно только что отошедшей от духовки с печеньем. Странно, что у Джессики могло быть общего с этой особой? Грегу было ясно, что перед ним заурядная шлюха.

Когда до палатки оставались считанные футы, Грег окончательно выдохся и чуть было не уронил женщину. Отодвинув локтем полу палатки, он опустил ее на надувной матрас и рухнул рядом, как загнанная лошадь. Сама женщина была легонькая, но подъем вверх по склону оказался тяжким испытанием. Если бы не отличная спортивная форма, Грег ни за что не справился бы с этой задачей.

Снаружи донесся вой.

— Заходи, Доджер! — позвал Грег. — Не мокнуть же тебе всю ночь под дождем.

Пес залез в палатку и отряхнулся, обдав холодным душем все вокруг себя. Грег усмехнулся. Он поставил палатку для того, чтобы было где обсохнуть после тренировки. Теперь по милости Доджера в палатке стало так же мокро, как и снаружи.

Доджер устроился у его ног. Грег подвесил фонарь под куполом палатки и вынул из непромокаемого пакета специальное одеяло спасателей. Из-за урагана даже воздух тропиков напитался прохладой, а пострадавшей нельзя было мерзнуть.

— Смотри-ка, как она изменилась! — обратился он к Доджеру.

Дождь смыл с лица женщины кричащий грим и распрямил ее локоны, которые лежали теперь влажными прядями на плечах. Мокрое платье прилипло к телу, подчеркивая соблазнительные очертания бедер и груди.

— Черт побери, что она со мной делает?! — пробурчал Грег, укрывая ее одеялом. Он разговаривал с собакой больше, чем обычно, чтобы не признаваться себе, что женщина не оставила его равнодушным. — Прямо хоть выбегай под дождь и ищи себе подружку! Только разве здесь кого-нибудь найдешь?

Впрочем, и в более цивилизованных местах Грег не спешил пускаться на поиски, среди его знакомых женщин не меньше полудюжины охотно ответили бы ему благосклонностью. После смерти Джессики он не мог смотреть ни на одну. Получше укрыв свою неожиданную гостью, спрятав ее бесстыдную грудь, он вновь обратился к Доджеру:

— До чего она все-таки везучая! Наверняка отделалась легким сотрясением мозга.

Доджер помахал хвостом, отчего еще больше усилился запах псины, а Грег подумал, что надо бы разуть женщину. Сняв с нее одну теннисную туфлю, он отметил про себя несоответствие между нарядом профессиональной соблазнительницы и тривиальной обувью.

Развязывая шнурки на второй туфле, он обратил внимание, что она не совпадает по размеру с первой.

— Что за чепуха? — Грег поднес туфли к тусклому свету. Одна из них была шестого размера, с красным витым шнурком, другая — седьмого, с обычным шнурком. — Зачем она напялила шестой размер? Представляю, как она натерла себе пальцы!

Фонарь грозил вот-вот потухнуть, но Грег успел рассмотреть ее ноги. Ногти были покрыты лаком того же ярко-вишневого цвета, что помада на губах, уже смытая дождем. На правой ноге остались следы от туфли, которая явно была мала.

— Ладно, чего только не случается на свете! Грег подоткнул одеяло ей под ноги, потом снял с себя плащ и, швырнув его в угол палатки, стянул рубашку. Внезапно за его спиной послышалось какое-то шевеление, и Грег обернулся. Женщина сидела на матрасе, одеяло почти не прикрывали ей грудь, глаза были широко открыты. Еще в машине, проверяя реакцию ее зрачков, он подумал, что глаза у женщины какого-то необычного цвета, а сейчас смог уточнить определение: глаза у нее были ярко-зеленые, ресницы коричневые, тонкие брови изящно загибались к вискам. Это были такие потрясающие глаза, что у него перехватило дыхание.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он. Женщина пробормотала какое-то слово — Грегу послышалось, что она сказала «возбуждение», но уверенности не было. Сейчас, с мокрыми волосами, спасенная казалась шатенкой, и это гораздо больше подходило к цвету ее глаз. Впрочем, Грегу никогда не нравились крашеные блондинки.

— Ты меня так возбуждаешь! — внезапно совершенно отчетливо произнесла она. Грег с изумлением уставился на нее. Что за бред?! Вид женщины совершенно не соответствовал ее словам: она смотрела на него с отчаянием.

— Лучше приляг, — посоветовал он. — У тебя шок. Я смогу доставить тебя в медпункт только утром. Дорогу размыло ливнем.

Она смотрела на него — или сквозь него? — с непонятной настойчивостью. Этот взгляд почему-то взволновал Грега. Такого волнения он давно не испытывал. Батарейки в фонаре сели почти полностью, но и этого затухающего света было достаточно, чтобы видеть покачивание ее грудей с ожившими, словно тянущимися к нему сквозь тонкую ткань сосками. Его бросило в жар, дыхание перехватило.

А она знай себе лепетала что-то про «возбуждение». Боже, кого это он спас? Шлюху по призванию?

— У тебя шок, — повторил Грег. — Тебе нужен покой.

Но она подалась к нему, благо для этого в тесной палатке не потребовалось большого усилия. На Грега пахнуло ее жаром, она дышала часто и прерывисто:

— Дай мне хотя бы один шанс! Я постараюсь, чтобы ты меня полюбил...

Женщина смотрела на него невидящими глазами, и Грег догадался, что здесь что-то не так. На его верхней губе выступил пот. Он вытер лицо тыльной стороной ладони. Каких только женщин не встретишь на свете! Он перепробовал всяких, но здесь, сейчас ему было не до баловства.

— О любви забудь, — попробовал отшутиться он. — Я согласен принять благодарность в виде простого «спасибо» и коробки дешевого шоколада.

— Любовь... — прошептала она, завороженно глядя ему прямо в глаза.

Женщина придвигалась все ближе, он ощущал тяжелый аромат дешевых духов. Наконец ее грудь прижалась к его груди, Грег шарахнулся от нее, но в тесной палатке деваться было некуда.

Внезапно он сообразил, что за все это время она еще ни разу не мигнула, и почувствовал, что волосы шевельнулись у него на голове. Что с ней? Он поводил рукой перед ее лицом — никакой реакции. Глаза остались распахнутыми, ресницы не шелохнулись.

— Да она в трансе! — пробормотал Грег и сам удивился, как сдавленно звучит его голос.

Со стоном — то ли боли, то ли вожделения — женщина обвила руками его шею.

— Я постараюсь, чтобы ты меня полюбил. Пожалуйста! Дай, я тебе покажу...

Грег нисколько не сомневался в ее способностях — он мог судить о них по собственной реакции. Сквозь тонкую ткань платья он ощущал ее набухшие, затвердевшие соски, раскаленный, чувственный взгляд казался осязаемым. Губы, будоражаще близкие, приоткрылись, она провела по ним кончиком языка, и Грега захлестнуло ее теплом. В нем вскипела кровь, сердце стучало, словно африканский барабан, рокочущий в жаркой ночи.

Она положила его руку себе на грудь, заставила прикоснуться к напряженному соску. Как Грег ни старался, ему не удалось справиться с собой: он взвесил на ладони тяжелую грудь, попробовал на ощупь упругость соска.

Что он делает?! Она либо находится под воздействием наркотиков, либо сошла с ума. Ей требуется помощь, а не секс! Грег уложил ее на матрас, но она поняла его действия по-своему и вцепилась в его плечи, потянув за собой. От неожиданности Грег потерял равновесие и оказался рядом с ней на матрасе. Теперь она прижималась к нему всем телом, и Грег чувствовал, что еще немного — и он потеряет контроль над собой. Собственная реакция оказалась для него сюрпризом; еще удивительнее было внезапно вернувшееся к ней спокойствие. Теперь она казалась отрешенной, вообще походила на пришелицу с того света. Нет, с ней определенно было не все в порядке.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: