Поиск
* * *
Между нами невеликая разница —
Ты на этом, я на том краю пропасти…
К нам обоим рифмы строк ластятся
В шаловливой и шалеющей робости.
Мы слова не произносим — бессмысленно,
А молчание опаснее золота.
Тает осень календарными числами…
Бьют часы по сновидениям молотом…
Рассыпаются забытые образы…
Образа со стен манят в непорочное…
Отхлебнём ромашковый сок росы,
Чтоб все встречи завершать многоточием.
В чистом небе облака ждут ступенями,
Словно к Господу пречистая лестница…
Полустертыми коснуться коленями
Исцеляющего холода месяца.
Забывая слог утерянной нации
В пятом томике пророчеств Губанова…
Вот, снегами облетели акации, —
Лепестки уже не клеятся заново.
В одиночку не придет покаяться,
Вскинув крылья хладнокровным движением,
Но вдвоем мы на мгновение справимся
С всеобъемлющим земным притяжением,
А потом и наши душе свободные
Вспыхнут в синь и воспарят с херувимами!
Что бы ни было — всё Богу угодно ли?
Не смотри на дно..
Не надо…
Любимая…
* * *
Избегая встречаться взглядом — глаза в глаза
Разведенные, как в Петербурге мосты.
Если я — против, то ты — за,
Или иначе, и против — ты…
Если я — кровля, то ты — венец.
Бывает по-разному, но в основном,
Если я — начало, то ты — конец.
Если ты — море, то я — дно…
Если я — вечер, то ты — день…
Говорю о себе, словно я предмет?
Я отбрасываю тебя, как тень,
И хочу уйти, и спасенья нет.
Сам себя порой умоляю — встань!
Повернись лицом! Неплохая мысль…
Я — мужское, ты — женское. Инь — Янь.
Если это вечно, то где смысл?
Умиляясь нелепости всех обид,
Но никто не помнит, сколько их есть…
Убеждение — тот, другой, не простит…
Вызывает жалостливую месть.
Вечно разные… Я — камень, ты — снег…
Ввек единые! Я — небо, ты — стон…
Посторонний поморщится человек
И сотрет настоящее, как сон.
Я хотел бы подправить скупой сюжет,
Изменить героев, спасти финал.
Прикоснусь к микрофону, но звука нет,
И безмолвно скалится полный зал.
* * *
На гребне выцветшего дня,
Сбежав из бытового рая,
Ты поцелуешь грудь огня,
Того костра, где я сгораю.
Лаская сладостную боль,
Подняв бокал с искристой пеной,
Морская бешеная соль
Шершаво ластится к колену.
Но сквозь желанье и испуг,
Увидев истинного бога,
Ты поддаешься зову рук
И ждешь меня, как ждут итога!
Ты цедишь вечер сквозь стекло,
Ведешь пустые разговоры,
Они плодятся и назло
Легко перетекают в ссоры.
Здесь нет меня. И пламя вверх
Возносит то, что было мною.
Какой-то полоумный стерх
Сзывает нечисть к звездопою.
Реальность вымерших химер
Тебе царапает затылок,
А с полки падает Бодлер,
Шурша страницами бескрыло.
Ах, эта бренность на слуху…
Поднимешь книгу и застыло
Прочтешь случайную строку
О том, что ты меня — любила
* * *
Вновь за окном акварельным пятном Осень,
Где медный клён швыряет на землю латы.
Мы друг у друга уже ничего не просим,
Медленно пряча остынувших встреч заплаты.
Небо прострочено птицами чёрной строчкой,
Парят в небесах лоскутья былого лета.
Глаза становятся лишь пустой оболочкой
Души, от которой нельзя получить ответа.
Любимые руки ласкают всё ту же книгу,
А взгляд устремлён в какую-то даль, вне текста.
Ты словно гадаешь над ребусом или интригой,
Мгновенно меняя события, век и место.
Я давлю рёбра тюбикам с разной краской,
Ищу на палитре эквивалент поцелуя.
Он будет такой же цветной, яркий и страстный.
Легко умереть от счастья, его рисуя!
Воткнуть своё сердце в раму, как это мило…
А стены сжимают плечи, и давит крыша.
О, если неспешно припомнить всё то, что было,
То хочется выть и просить наказанья свыше.
Вот месяца нож взлетает движеньем плавным,
А строчки сжигают лист, все ближе и ближе,
И муза стучится в створки души, как в ставни,
В надежде, что если не пустят, то
хоть услышат…
* * *
Сколько бога ни просили —
Наказанье выше силы,
Но восходит, как мессия,
Спас Кровавый над Россией.
Пой, казак! И ногу в стремя…
В память тех, кто был с тобою.
Тех, кого крестило время
Плахой, плетью и петлею.
Плачь, казак! Иные кони
Унесут нас против воли,
Вдаль по линиям ладони,
В мир без зависти и боли.
Пей, казак! У колоколен
Негде грешным притулиться,
Чтобы в черном русском поле
Хоть на миг тоской забыться…
И услышать перезвоны
До того, как станут пылью
Золоченые погоны
На архангеловых крыльях…
ЭЛЕГИЯ
По коням, по коням, по коням!
Из ножен клинки и вперед.
Атака не знает покоя,
И кони распластаны влет.
Покуда стальное оружье
От крови не станет теплей.
Вперед под гвардейские ружья
И лающий рев батарей.
Всё ближе дыхание смерти
Судьба или есть, или нет?
И пуля, летящая в сердце,
Всего лишь сорвет эполет.
Полощутся флаги двух армий,
Вздымая кровавую пыль,
Ложатся французские парни
В просоленный русский ковыль.
Шрапнелью очертит упрямо
Короткий наш путь на земле,
Чуть всхлипнет прощальное «мама»
Хорунжий, качнувшись в седле.
И память настырная стонет,
И в небе лазурном с утра
Огромные белые кони
И бурки и кивера…
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: