вниз, глаза закрылись сами собой. Я потерял сознание. Где-то вдалеке я чувствовал, как вода

обволакивает мое тело. Мне было приятно от этого.

Вскочил я от удара по голове. Это был Андрей.

- Ты каким хуем здесь? – поинтересовался я.

- Ключи запасные твои под дверью, идиот, спасли тебе жизнь. Ты должен спасибо еще сказать, что

я успел вовремя, пока ты не затопил соседей.

- Да, спасибо. А теперь позволь мне продолжить спать. Хорошо?

- Приятель, ты неделю не выходишь из дома. Что с тобой?

[61]

- Ничего. Просветление взошло на меня. И я узнал главный постулат.

- И что же это за постулат?

- Бабы суки. Лживые, эгоистичные, хитрожопые суки. Где виски?

- Тебе нельзя больше пить. Ты видел себя в зеркале?

- Мне до пизды. Я хочу выпить в своем доме, и я блять выпью!

- Дело конечно твое, и спорить с алкашом твоего уровня я не буду. Но то что делаешь ты сейчас

это неправильно. Это не повод уходить в запой.

- Что именно не повод? Понимание сути или мое же пиздострадальство?

У меня болело все тело. Назвать это болью было трудно, ведь то, что чувствовал я было намного

хуже, чем просто боль. Я взял себя в руки и поднялся с пола. Передо мной стоял Андрей. Квартира

была вся залита водой. Кругом царил беспорядок, стояла крепкая вонь и духота. Боже, какого

черта я творю?

- Поможешь убрать все это?

- Для начала приди в себя, - сказал Андрей.

Я принял пару таблеток аспирина и через пару часов мне стало лучше. После некоторого времени

вода в квартирке была убрана и вроде все встало на свои места. Как ни странно, от самой

виновницы торжества я получил только одно сообщение «Я вернулась домой». Я не хотел ничего

усложнять и просто задвинул на это. Да у меня был срыв, но главное, что эта пизда ничего не

поняла. Это самое главное. Но как бы я не хотел видеть ее, все же мне придется с ней работать. И

что самое смешное в этом, на работу пригласил ее лично я. Не знаю, о чем мы с ней будем

разговаривать, но первым что нужно сделать, это расставить все точки. Через себя, иначе никак.

Ближе к вечеру мы с Андреем полностью закончили уборку и уже сидели на кухне, попивая

горячий чай. Вокруг валялись бутылки из-под виски, а у мусорного ведра гнил торт.

- Откуда у тебя торт?

- Не знаю. Купил, наверное.

- Ты что-то отмечал?

- Похороны своей самооценки.

- Перестань нести бред. Ты же сам говорил, что она тебя бесит и что ты не видишь будущего, что

она тебе не интересна. Или ты врал?

- Да сам не пойму. Ничего в принципе не изменилось, но на душе все равно паршиво. Я понимал,

что это тупик наших отношений, но, чтобы так их заканчивать. Мне было тяжело это осознать. А

теперь…

- А теперь ты чуть не затопил соседей и не попал на бабки. Ах да, чуть не забыл еще ты спился.

- С этим покончено.

- Навсегда?

- Идиот? Какой же человек в здравом уме в наше время отказывается от выпивки навсегда? На

время. Я перенасытился и мне нужно отдохнуть, начать по-новому думать. Нужна цель.

[62]

- Это правильный подход, приятель. Кстати, я поговорил с директором магазина. Он разрешил мне

работать неполный день, поэтому теперь я с тобой.

После нашего вечернего диалога, Андрей отправился к себе домой, а я завалился спать.

Внутренняя боль разрывала меня, не давая покоя и шанса на глубокий сон. Кое как добравшись

до аптечки я принял несколько таблеток снотворного и только после этого, меня срубило на

повал.

На следующей день меня разбудил телефонный звонок. Это был директор магазина.

- Слушаю, – мой голос походил на вой спившегося бомжа, который звонко раздавался у меня под

окнами по ночам.

- Дима? Это ты? Что у тебя с голосом?

- Я же говорил вам, простуда. Не вылезаю из кровати, – да уж, это точно.

- Вижу тебе не лучше. Ты вообще лечишься?

- Да лечусь, – я кинул взор на бутылки, которые были опустошены и благополучно валялись возле

моей кровати, – только у меня свои метода лечения.

- Хм, понятно. У нас просто народу мало. Многие новички опять уволились. Осталось только

четверо. А ну, и Диму я позвал на неполный день, как Женю. Но это все равно мало, особенно для

выходных. Поэтому думал, что может ты поможешь нам.

Думаете он волновался за меня? Нет, он кичился только за свою директорскую задницу, которую

имели его начальники. Но, как бы плохо мне не было, я понимал, что нужно чем-то заняться.

- Да, я выйду завтра. Мне самому надоело болеть уже.

- Ну, – директор сделал небольшую паузу – а ты точно в порядке? По голосу и не скажешь.

- Я в норме. Небольшое осложнение. Пустяк. Я выйду.

– Тогда жду завтра утром, без опозданий, - Александр Андреевич немного взбодрился от этой

новости.

Я положил трубку. Нужно было прийти в себя до конца, сделать себе кофе и начать этот

гребанный день. Вся квартира была завалена пустыми бутылками из-под виски, пива, водки.

Раскрытые и недоеденные пачки чипсов, печенья, тухлый торт, который валялся возле мусорного

ведра. Коробки из-под пиццы. Из-за этого в комнате стоял довольно зловонный запах. Я открыл

все окна и продолжил уборку.

Убрав все следы, которые говорили о том, что здесь когда-то творился сущий ад я направился к

холодильнику, ибо был голоден, как зверь. Весь поек, который был у меня в течении недели

вышел из меня. По моим догадкам, как и оказалось в холодильнике не было ничего, кроме пустых

бутылок. Я отправился в магазин.

Погода испортилась в край. Было довольно мрачно и темно. Все кричало о безысходности.

Темные пустые деревья, опавшие огненного цвета листья и черное небо, которое обрушилось на

этот город. Впечатление мрачного фильма, оказывало на меня нынешняя погода. Летом все

иначе. Даже если у тебя плохое настроение, оно не может быть вечным, ибо то солнце и чистое

небо не дадут тебе ходить хмурым слишком долго. Сейчас было все иначе и чувство одиночества,

и резкое внутренне покалывание не отпускали меня ни на секунду.

[63]

Придя домой я все же умудрился наполнить свой желудок едой. После трапезы меня вновь

вырубило на кровати, и я проспал до самого вечера.

И вот опять. Стук в дверь. Тяжелая голова, которая приказывает моей заднице пошевелиться. Кого

там блять принесло? Пристальный взгляд в дверной проем. Ира. Черт.

- Привет – я открыл дверь.

- Привет? И это все, что можешь мне сказать? – ненавижу эту фразу.

- А что такое?

- Где ты пропадал все это время? – она зашла в квартиру, – я обзвонила твой телефон.

- Послушай, я сильно болен, поэтому не мог ответить.

- Ага, а лечишься ты бухлом, видимо. Но, а как по-другому объяснить эти бутылки, – оказывается, я

не доглядел. Зал не был убран до конца.

- Ну да, хорошо. Я пил.

- Кто она, скажи.

- Ты о чем?

- Скажи ее имя! Телки! Твоей телки!

- Ты чего это завелась так. Может тебе воды принести, – у Иры были безумные глаза, а еще она

довольно резко приписала меня в список своих парней.

- Послушай, лучше скажи мне все сразу. Я не из тех, кого можно просто так наебывать. Я все вижу!

- Да? И что же ты видишь? – я прошел на кухню и присел. Желание выпить не покидало меня.

- Ты бухал целую неделю с кем-то. Другого объяснения я не вижу, – она встала напротив меня,

такая озлобленная и воинственная.

- Бухал и что? Я пил один. И не так много, хочу сказать.

- Да от тебя разит за километр какой-то бодягой. Посмотри на кого ты стал похож.

- Может мне нравится.

- Ха, – усмехнулась она, – нравится ему. Мне это не нравится, пойми. Или ты думаешь, что можно

так просто отделаться и делать невинное выражение лица.