Теософия, если и выражает что-то, то только истину; а истина должна без какой-либо дискриминации, отбросив всякую партийность, обращаться равно с чтимым, как и с опальным сосудом. Никакая теософская публикация никогда не помышляла о том, чтобы использовать грубый – или, скажем, очень откровенный – язык Осии или Иеремии; однако поскольку эти святые пророки являются столпами христианской Библии, а Библия имеется в каждой благочестивой семье, будь она аристократической или плебейской, и поскольку Библию читают со склоненной головой и искренним уважением молодые невинные девушки и школьники, то как же наши христианские критики – в какой-нибудь околонаучной статье – могут употреблять грязные выражения? Вполне возможно, что те выражения, которые сейчас кажутся предосудительными, поскольку они относятся к библейской тематике, встретят громкими аплодисментами, если они будут направлены против какой-либо языческой системы верования (см. некоторые миссионерские издания). Немного милосердия, любезные читатели, милосердия и, прежде всего, справедливости и еще раз – СПРАВЕДЛИВОСТИ.

Справедливость требует того, чтобы читатель, если какая-либо статья в нашем журнале не находится в гармонии с его собственными идеями, рассматривал бы ее не просто как предмет критики, а скорее как проблему, требующую своего решения. Пусть он попытается извлечь отсюда урок, заключающийся в том, что его могут научить только те взгляды, которые отличаются от его собственных. Пусть он будет терпимым, даже если и не поистине милосердным, и отложит свое суждение до тех пор, пока не извлечет из статьи ту истину, которая в ней содержится, прибавив это новое приобретение к своему багажу. Враги могут научить лучше, чем друзья; и только в том случае, если читатель «Люцифера» проникнется истиной, он сможет справедливо соотнести то, во что он верит с ошибками неугодной статьи в дебете счета.

Некоторые авторы считают, что каббала возникла позже христианства, – но ее корни уходят в еще более глубокую древность. В книге пророка Даниила нет никаких упоминаний о ней. Идея об эманации является, так сказать, душой, существенным элементом каббалы; эти идеи, как и зороастрийские, были заимствованы из Персии.

Согласно каббале и Заратуштре, все то, что существует, эманировало из источника Бесконечного Света.

Царь Света есть все. Он является действительной причиной всего сущего; Он – это безграничный Эйн Соф. Один лишь Он есть Он. В нем нет никакого Ты, но он не может быть познан, он есть «закрытое Око». Вселенная – это раскрытие Царя Света, и она лишь содержится в нем. Его качества проявляются в ней, многообразно видоизменяясь и в различных степенях, и потому своим святым сиянием, как некой мантией, он облачен в молчание. Все является эманацией из его существа, причем ближайшее к нему наиболее чистое, а по мере удаления теряется и чистота. Перед творением все наполнил Первичный Свет, так что вообще не было никакой пустоты; но когда Вседержитель, обитающий внутри этого света, решил обнаружить свое совершенство в мирах, он удалился внутрь себя самого и создал вокруг себя некое пустое пространство. В эту пустоту он испустил свою первую Эманацию (основу основ – гермафродита), луч Света, который есть причина и принцип всего сущего, соединяющий в себе порождающую и понимающую силу будучи отцом и матерью в высочайшей тайне, пронизывающей все, без которой ничего не может существовать.

Из этой двойной фигуры, обозначаемой двумя первыми буквами имени Иегова, изошла первая форма Бога, Тиккун, универсальная форма, идея и всеобщее вместилище всех существ, соединенных с Безграничным посредством первичного луча. Он есть Творец, Хранитель, тот, кто вначале вдохнул жизнь в мир. Он – это Свет Света, обладающий тремя первичными божественными силами: светом, духом и жизнью. Ввиду того, что он получил то, что дает, этот свет и жизнь, он считается равным образом порождающим и понимающим принципом, как первочеловек Адам Кадмон, и потому человек называется миром «или микрокосмом макрокосма». Адам Кадмон проявил себя в десяти эманациях, которые на самом деле не являются реальными существами, но суть формы жизни, носители всемогущей силы, типы творения. Они таковы: Корона, Мудрость, Рассудительность, Великолепие, Строгость, Красота, Победа, Слава, Основание, Царство. Мудрости они дают имя Ях, Рассудительности – Иегова, Великолепию – Эль, Строгости – Элохим, Победе и Славе – Саваоф, Царству – Адонай. Все они являются атрибутами Вседержителя, проявленного в его деяниях, благодаря которым возможно узнать и постигнуть Его. Каббалисты дают им также и другие названия, кроме этих. Синоним Короны – Оа, Свет – Мудрость, Нус и Логос, гностическая София. Рассудительность – это река, которая вытекает из Парадиза, источник священного елея. Строгость: дурной и черный огонь; Красота: зеленый и желтый цвет. Символ Красоты – это сверкающее зеркало, а ее титул – Муж Церкви. Победа – это Иегова Саваоф, ее символом является правая колонна (столп Иохин); Слава, левая колонна (столп Боаз), называлась также древним Змием, а также Херувимом и Серафимом. Основание и Строгость – это древо познания добра и зла, Ной, Соломон, Мессия; все это термины, устанавливающие вечный союз, существующий между Вседержителем и всем тем, что произошло от него. – Он привлекает в себя души, которые утратили свою первоначальную чистоту. Царство – это истребляющий огонь, Жена, Церковь. Связи сефирот, или эонов, между собой каббалисты изображали при помощи ряда кругов, пересекающихся таинственным образом до ad infinitum [бесконечности], или, по другому, посредством фигуры человека или дерева, образованных этими кругами. Числовое значение этой фигуры человека, Син Анпин, состоит из цифр 2, 4 и 3. Ассирийские армии всегда сопровождали маги, несущие огонь, видимое присутствие божества, в котором идолы народов-противников истреблялись, согласно Моверсу, – «дымом или огненными столбами, движущимися перед ассирийскими армиями»; и при Исходе из Египта Господь идет впереди израильтян в виде «облака днем и огненного столба ночью». «Вид же славы Господней на вершине горы был перед глазами сынов Израилевых, как огонь поядающий» [Исход, XXIV, 17]. Это есть и огонь философии, и огонь теологии.

Моисей видит Бога в пылающем кусте. Низшие слои общества предаются поклонению Апису. Моисей был вовлечен в поклонение огню на Горе. «Господь говорил вам на Хориве из середы среды огня» [Второзаконие, IV, 15]. «Слышал ли какой народ глас Бога, говорящего из среды огня, и остался жив, как слышал ты?» [Второзаконие, IV, 33]. «Лицем к лицу говорил Господь с вами на горе из среды огня» [Второзаконие, V, 4]. «И сказал Господь Моисею: возьми всех начальников народа, и повесь их Господу ПЕРЕД СОЛНЦЕМ, и отвратится от Израиля ярость гнева Господня» [Числа, XXV, 4]. Евреи не держали в своем сердце образов богов и воплощенных величественных символов и представлений, а христиане имеют идолов, не придавая им никакого значения.

Е.П. Блаватская