Все сидели какие-то пришибленные и мрачные.

-- А если род не пресекся? -- спросил Джереми, явно из академического интереса.

-- Задайте себе вопрос насколько вы нужны этому роду. Вы кто? Новый Мерлин? В лучшем случае появление нового члена семьи просто проигнорируют. А могут и предъявить на вас права. Замечу, что по законам магической Британии, если родственник - маг, то он имеет неоспоримое преимущество в плане опеки над молодым волшебником перед родственником не магом. А раз вы сами заявили о себе... Помните я говорила о добавлении в договор с гоблинами пункта о конфиденциальности? Так вот, без этого пункта гоблины продадут информацию о новом члене рода всем, кто пожелает ее купить. Таким образом, согласно законам, если вы подали заявление, проверили кровь и получили результат, то вы признаете и результат проверки. А раз так, то ваш родственник в магическом мире может подать заявление об установлении опеки, которое будет удовлетворено моментально, а к вашим родителям направят министерских стирателей памяти. В статуте секретности есть только одно исключение для обычных людей - если их ближайший родственник волшебник. А раз ваши родители к вам больше не имеют никакого отношения и у вас новый опекун, то они не могут и не должны знать о магии.

В комнате царило мрачное молчание. Гермиона оглядела всех и вздохнула.

-- Я озвучила две крайности, но может быть и нечто промежуточное. Вас признают и позволят жить с родителями - это тоже возможный вариант. А для кого-то, возможно, и вариант с полным уходом в семью магов лучше, чем сейчас... Бывают ведь и такие родственники, тем более у волшебника, который до десяти лет и силы свои толком контролировать не умеет.

Помолчала.

-- В общем, на этом позвольте лекцию о наследии считать законченной. Следующая лекция будет посвящена теме, как перестать быть маглом с палочкой и стать волшебником. Если у кого будут вопросы по этой лекции - спросите тогда же. Но для начала вопрос: кто считает, что сейчас бесполезно потратил деньги и хочет их забрать?

Тишина.

-- Что, никто?

-- Да ладно, -- махнул рукой Джек. -- Ты тут такого наговорила... Я ж сам чуть не побежал проверяться. Но после такого... Если все и делать, то когда уже станешь взрослым и состоявшимся магом с кучей друзей и союзников. Так что стоит оно того, ей-ей стоит.

Все согласно закивали.

-- Ну тогда, кто хочет присутствовать на следующей лекции, сообщите Джеку. Когда станет ясно количество желающих, он подойдет ко мне, а я скажу где и когда соберемся.

-- Гермиона, а почему ты сейчас не хочешь на вопросы ответить?

-- Потому, -- девочка глянула на часы на руке, -- что отбой через пятнадцать минут, а нам еще до гостиных своих добираться.

-- Ох ты ж... -- Все разом подскочили.

-- Вот куда я ввязалась? Куда? -- ворчала всю дорогу мрачная Гермиона. Она сознательно чуть задержалась, чтобы побыть одной. И теперь добиралась до гостиной в одиночку.

-- И куда же вы ввязались, мисс Грейнджер? -- вдруг донесся до неё мрачный голос из-за спины.

Девочка резко обернулась, заметила говорившего и несколько секунд разглядывала его. Потом вдруг, прежде чем дала себе труд подумать, неторопливо подошла к опешившему Снейпу, ухватила его за руку и торжественно пожала.

-- Профессор, как же я вас понимаю и сочувствую. Возиться с толпой балбесов и пытаться чему-то их научить... -- девочка покачала головой. -- Как я вас понимаю...

Тут сообразила, что ее малость неадекватная реакция может быть понята неправильна, да еще, зная профессора Снейпа, можно предположить, что он посчитает, что над ним так издеваются. Ой-ё-ёй... Решение было принято моментально, Гермиона чуть-чуть приоткрыла сознание и взглянула в глаза профессору. Тот, уразумев, что ему сочувствуют вполне искренне, а порыв хоть и гриффиндорский, но честный, даже растерялся. Причем настолько, что даже не сообразил, что на это можно ответить. Даже про коронное "двадцать баллов с гриффиндора" забыл. И пока он приходил в себя, Гермиона уже развернулась и зашагала дальше. Скрылась она раньше, чем Снейп успел опомниться.

-- Сумасшедший дом, -- он с тоской посмотрел на потолок коридора. -- И, кажется, я в нем совсем не санитар.

Следующие дни ничем особым не выделялись. Рон дулся и с Гермионой демонстративно не разговаривал, а поскольку последней было глубоко фиолетово на его переживания, то она на эту демонстрацию внимания совершенно не обращала, отчего Рон дулся сильнее и еще демонстративнее не разговаривал. Даже Гарри эта демонстрация достала и, когда Рон в очередной раз гордо отвернулся от прошедшей мимо девочки, он, оттащив приятеля в угол гостиной, что-то ему тихо, но эмоционально, высказал. Может он бы по-прежнему не обращал на это внимание, если бы его друг каждый раз, когда Гарри хотел поговорить с Гермионой и обсудить ее исследования шрама, не начинал громко возмущаться по поводу общения с заучкой и занудой. В общем, достал даже тех, кто был с ним в целом согласен.

Закончилось это представление совершенно неожиданно для всех, когда Рон подошел к девочке и протянул руку.

-- Дай списать.

Гермиона, даже не повернув головы, в общем молчании достала свиток и протянула. Джек Сайриз, который стал невольным свидетелем сцены, забыл, как дышать, а когда вспомнил и попытался это сделать, поперхнулся и долго кашлял.

-- И ты его так просто простишь? -- подсел он к Гермионе.

-- Простишь? О чем ты? Мы с ним враги.

-- Но...

-- Я же говорила, что списывать даю только врагам. В данном случае ничего не изменилось.

-- Я тебя совсем не понимаю.

-- Тогда дождись конца года, -- девочка предвкушающе улыбнулась. Джек опасливо глянул на нее и покачал головой.

-- Ну-у... ладно... Но он реально задолбал, признаться. Я несколько раз пытался с Гарри поговорить, но этот тип совершенно невыносим, постоянно что-то начинает говорить о квиддиче, шахматах и братьях.

-- Попробуй с ним поговорить о теории относительности Эйнштейна.

-- Издеваешься, да?

-- Почему? Я на полном серьезе. Тебе не надо даже ее понимать, просто неси околонаучный бред с тем же энтузиазмом, что Рон рассказывает о Пушках Педдл. В общем, копируй его, но только говоря на темы более интеллектуальные. Ну или таковыми кажущимися. Но лучше все-таки обойтись без обмана, меньше шансов запутаться. Есть же у тебя какие увлечения?

-- Гм... -- Тут Джек сообразил и расплылся в улыбке. -- А ведь точно. Надо с друзьями поговорить.

Следующие два дня Рона откровенно троллили. Каждый раз, когда он начинал рассказывать о квиддиче, как рядом тут же собиралось человек пять и начиналась активная дискуссия о применимости законов физики к полётам снитча и бладжеров. При этом за помощью обращались к Рону, как к признанному эксперту по игре. Тот и рад бы сбежать, поскольку даже терминов не понимал, но ему крайне импонировало то, что его считают экспертом и обращаются к нему очень уважительно. Фред и Джордж ухохатывались, но просветить брата, что над ним издеваются не спешили. В разговор втягивали и Гарри. Тот явно несколько раз пытался поговорить с Роном, но безуспешно. В один из дней он сам сбежал, замучившись давать пояснения по терминам из обычного мира, которыми засыпали Рона.

-- Рон, а ведь твой отец вроде бы в министерстве работает в отделе контактов с обычным миром? Неужели ты его не спрашивал про...

-- А вот слышал о...

Гермиона поглядела на все это, на книгу в руке, вздохнула и вышла следом за Поттером. Хотелось ли ей его найти, она и сама не знала, но Поттер нашел её сам, ухватил за руку и уволок в один из классов.

-- Как же я устал от этой вашей войны! -- эмоционально высказался он.

-- А я-то причем? -- удивилась девочка, старательно очищая все вокруг от пыли и грязи. Заметила, что Гарри последовал ее примеру. И даже обычная одежда у него содержится в идеальном порядке - все выглажено, вычищено, починено. Похоже, книга с бытовыми чарами, которую Гермиона заставила его прочитать, не была забыта, а осваивалась весьма активно.