Штука Анастасия Викторовна

Агентство Социальной Адаптации Людей и Нелюдей

Часть первая. Незаконченное дело.

Солнечные лучи вызолотили красные черепичные крыши домов. Кое-где открывались окна, из них выглядывали растрепанные после сна люди, неохотно встречающие новый день и желающие убедиться в том, что он не подкинет им никаких погодных сюрпризов, как предыдущие. Молодая светловолосая женщина в ярком платьице с кокетливым бантом на талии поливала цветы на изящном балконе, заинтересованно поглядывая вниз, на стоящего возле дома высокого, крепко озабоченного чем-то мужчину, нервно теребящего галстук. Она уже несколько минут усердно лила воду из лейки исключительно в один горшок, с нетерпением ожидая, когда же холодные капли начнут стекать с керамической подставки и капать на гладко зализанную и уложенную каким-то косметическим гелем прическу. Это продолжалось уже три дня, но мужчина, переминающийся с ноги на ногу под балконом, имеющий, как успел убедиться весь квартал, странную привычку приходить на рабочее место гораздо раньше положенного срока, опережая даже хозяина конторы, так до сих пор и не понял, откуда берется вода, разрушительно действующая на его гладко уложенные волосы, которые, намокая, начинали забавно виться...

На углу, у высокого фонарного столба, обнесенного декоративной решеткой, не торопясь, чинно устраивалась на свое обычное место хрупкая старушка, осторожно, с нежностью и бережностью извлекая из чистенькой, свежеокрашенной тележки свежие цветы, расставляя их в заранее установленные керамические вазы с водой. Ее внук, проказливый парнишка с хитроватым взглядом, курносый и усыпанный веснушками, крутился подле, помогая бабушке, передавая ей с большим вкусом составленные букеты. Он то и дело отвлекался на упитанного ослика, норовящего схватить его за длинный рукав просторной светлой рубашки, отрываясь от дела, получая легкий воспитательный подзатыльник.

Дородный, высокий мужчина с импозантной и представительной внешностью, с собранными в короткую косицу темными волосами, неспешно спустился по ступеням большого двухэтажного дома в старинном стиле, неторопливо прошел к огромному окну-витрине, открывая медные, до блеска начищенные ставни, украшенные золотистыми завитушками. Пекарь, как всегда, был предельно точен и пунктуален. Он на протяжении многих лет открывал свою лавку в одно и то же время, как раз тогда, когда большие белоснежные ромашки занимали свое место в вазе. Она не знала, были ли эти два события как-то связаны между собой, но повторялись они изо дня в день.

Отпив глоток чая, женщина досадливо поморщилась и отставила изящную чашку из белоснежного фарфора на специальную подставку на подоконнике. Пока она наблюдала за тем, что происходит на улице, он успел остыть и приобрел горьковатый и неприятный вкус. Подобной горечью отдавали и дела, которые им предстояли сегодня.

С огромной неохотой отвернувшись от окна, она обвела долгим взглядом просторную комнату. Каждая деталь в уютной и красивой обстановке напоминала о Джероме. Словно наяву она увидела его невысокую, худощавую сутулую фигуру в простом сером костюме. Седые волосы отчаянно нуждались в стрижке, подбородок с одной стороны лица был гладко выбрит, а со второй - щеголял густой щетиной, которой бритва не касалась пару дней, как минимум. Он с сосредоточенным выражением обтирал цветастой тряпкой полки в книжном шкафу, не в силах усидеть на своем месте даже если свободного времени у него было в обрез...

С силой тряхнув головой, Стелла прогнала не прошеное видение. В груди неприятно защемило, как бывало всегда, когда она думала о мужчине, умершем три месяца назад. Джером обладал невероятно редким даром, он был лекарем душ, долгое время работал в Хантаре - главной крепости столицы, помогая пострадавшим людям прийти в себя после самого большого потрясения в жизни, осознать случившееся, и научиться жить дальше. После того, как двое его учеников закончили обучение и начали самостоятельную практику, он добился того, чтобы им дали постоянное место, а сам открыл агентство, наконец-то исполнив мечту всей жизни. У судьбы странное чувство юмора, в этом она убеждалась уже не раз. Он много лет работал вместе со стражниками, постоянно сталкиваясь со всевозможными опасностями, подстерегающими на каждом шагу. И умер от острых клыков озверевшего оборотня, вырвавшегося из клетки на заполненные людьми улицы средь бела дня. Стелла выследила его в тот же день и убила... Но его смерть не смогла вернуть Джерома... Мужчина закрыл собой молодую женщину с новорожденным младенцем на руках, не позволив обратившейся твари разорвать их на части, приняв на себя весь удар взбесившегося от такого оборотня.

"АСАЛ", агентство социальной адаптации людей, любимое детище, умерло в тот же день вместе с ним... Фейлин, его единственная дочь, была ученицей опытной и талантливой колдуньи, но до конца ее обучения оставалось еще много времени. Стелла меньше года назад ушла из Хантара, официально перестав являться стражницей, но и она не могла заменить мужчину, потому что не обладала необходимыми для работы с людьми навыками и знаниями.

Невесело усмехнувшись, она запустила руку в длинные темно-русые волосы, привычным жестом встрепала их, тяжело вздохнула и подняла толстые папки с гладкой столешницы письменного большого стола из светлого дерева, чтобы уложить их в заранее приготовленные коробки. Сегодняшний день обещал быть светлым и теплым, поэтому думать о том, что в ближайшие часы закончится все то, что давным-давно начал дорогой ей и близкий человек было мучительно горько и больно.

Оглянувшись на настенные часы, она понимающе улыбнулась уголком губ, покачала головой и стала убирать многочисленные безделушки, расставленные на столе вездесущей Фейлин. Молодая женщина привозила их изо всех уголков страны в качестве сувениров. В последнее время она всеми возможными способами избегала необходимости приходить в агентство, где все напоминало ей об отце. Вот и сегодня Фейлин тянула с приходом, хотя еще два дня назад они договорились о встрече. Нужно разобраться с бумагами, отложить книги и вещи, которые женщина хотела оставить себе, осмотреть мебель и решить, что с ней делать дальше...

Взглянув на открытую папку, лежащую перед ней, она грустно улыбнулась, провела пальцами по исписанным мелким и неразборчивым почерком листам и решительно собрала бумаги. Фейлин так и не смогла закрыть папку, ведь внутри нее лежало последнее дело, над которым работал ее отец. Но тянуть и дальше не было смысла - просторное помещение, состоящее из трех больших светлых комнат, используемых как кабинеты, и двух маленьких хозяйственных подсобных чуланчиков, приспособленных под ванную комнату и кухоньку, простаивало без толку. Его продажа была самым логичным выходом, ведь ее подруга не собиралась продолжать дело отца, потому что прекрасно понимала бесполезность этого предприятия, и собственную неприспособленность к подобной работе. Стелла не стала отговаривать ее, когда Фейлин решительно сообщила о том, что выставляет доставшееся ей в наследство агентство, расположенное на первом этаже красивого двухэтажного домика из светлого кирпича под красной черепичной крышей.

-Простите, я не ошибся, - донесся до нее робкий и странный, какой-то тусклый и безжизненный мужской голос, - это "АСАЛ", агентство социальной адаптации людей?

-Все верно, - кивнула Стелла, неторопливо и плавно поворачиваясь к визитеру, стоящему в дверном проеме. Она не слышала, как он вошел, не почувствовала и постороннего присутствия, но не спешила хвататься за оружие. Оценивающе прищурившись, она наблюдала за тем, как мужчина, укрытый темным плащом из плотного дорогого бархата, нерешительно двинулся вперед, затем отступил на шаг назад, будто никак не мог определиться, стоит ли ему переступать порог просторной светлой комнаты, или передумать и торопливо уйти, пока его не опознали.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: