Сведенборг Эммануил

Мудрость Ангельская о Божественной Любви и Божественной Мудрости

Эммануил Сведенборг

Мудрость Ангельская о Божественной Любви и Божественной Мудрости

Ангельская Мудрость о Божественой Любви

Часть первая

1. Любовь есть жизнь человека. Человек знает, что любовь есть, но он не знает, что такое любовь. Он знает, что любовь есть, по обыкновенному разговору, как то, когда говорят: такой-то меня любит, Царь любит подданных, и подданные любят царя; муж любит жену, мать любит детей, и обратно, или: такой-то любит отечество, сограждан, ближнего; также о предметах отвлеченных от лица: такой-то любит то или другое. Но хотя любовь так всеобща в разговорах, однако едва кто-либо знает - что такое любовь; и когда кто размышляет о ней, то, не будучи в состоянии составить себе о ней какую-либо идею мышления, говорит, или, что она не есть что-либо, или, что она есть только нечто влияющее из зрения, слуха, осязания и обращения, и таким образом движущее; и никак не знает того, что она есть самая жизнь его, не только жизнь общая всего его тела и всех его мыслей, но и всех единичностей в них. Мудрый может это постигнуть, когда ему скажут: если он удалит расположение (affectio), составляющее принадлежность любви, может ли он тогда что-нибудь мыслить и может ли он тогда что-нибудь делать и, по мере того, как охлаждается расположение, принадлежащее любви, но охлаждается ли мысль, разговор и действование; а по мере того, как воспламеняется расположение, не воспламеняются ли и они? Но и мудрый постигает это не потому, чтобы он знал, что любовь есть жизнь человека, а только по опыту, что это бывает так.

2. Никто не знает, что такое жизнь человека, кто не знает, что она есть любовь. Без этого познания, один может думать, что жизнь человека состоит только в чувствовании и действовании, другой - что она состоит только в мышлении; тогда как мышление есть только первое действие жизни, а чувствование и действование - второе ее действие. Я говорю, что мышление есть действие жизни первое, но мышление бывает внутреннее и более внутреннее, и также внешнее и более внешнее; самое внутреннее мышление, состоящее в постижении (perceptio) целей, есть действительно первое действие жизни, но об этом сказано будет ниже, там же, где о степенях жизни.

3. Некоторую идею о любви, что она есть жизнь человека, можно иметь по теплоте солнца в мире; она есть как бы жизнь общая всех растений земли, что известно, ибо от нее, когда она начинается, именно весною, - растения всякого рода выходят из земли, украшаются листьями, потом цветами, и, наконец, плодами, и таким образом как бы живут; но когда теплота отступает, - осенью и зимою, - они от признаков жизни обнажаются и умирают. То же должно сказать и о любви у человека, ибо теплота и любовь соответствуют одна другой взаимно, почему и любовь отепляет.

4. Один Бог, и, следовательно, один Господь, есть сама Любовь, ибо Он Сама Жизнь; Ангелы же и Человеки только восприниматели (recepicietes) жизни. Это из многого объясняется в Трактатах о Божественном Провидении и о Жизни; здесь же должно сказать только то, что Господь, Который есть Бог Вселенной, Несотворен и Бесконечен, человек же и ангел сотворен и конечен; и как Господь Несотворен и Бесконечен, то Он - Само Бытие, именуемое Иегова, и Сама Жизнь, или Жизнь в Себе (ipse). Из Несотворенного, Бесконечного, Самого Бытия и Самой Жизни не может никто быть непосредственно сотворен, потому что Божественное - едино и неделимо, и сотворение кого-либо возможно лишь из сотворенного и конечного, так образованных, чтобы Божественное могло быть в них присуще; а как человеки и ангелы таковы, то они только восприниматели жизни: потому, если кто-нибудь попустить себе увлечься какою-либо мыслью до того мнения, что он не восприниматель жизни, но жизнь, то он не будет в состоянии не увлечься и другою мыслию, что он Бог. Что человек чувствует, и потому думает, как будто он сама жизнь, - это от обманчивости, в следствие того именно, что в причине орудной причина главная ощущается как одно с нею. Что Господь есть Жизнь Сама в Себе, этому поучает Он Сам у Иоанна: "Как Отец имеет Жизнь в Самом Себе, так дал Он и Сыну жизнь иметь в Самом Себе", И:26, и, что Он Сама Жизнь, XI:25, XIV:6. А как жизнь и любовь одно, - как это ясно из высказанного выше в N 1 и 2, то и следует, что Господь, как Сама Жизнь, есть также и Сама Любовь.

5. Но чтобы это могло быть доступно разуму (intellectus), необходимо знать, что Господь, как Любовь в самом естестве (essentia) ея, то есть, Божественная Любовь, является (appareat) пред Ангелами в Небе как Солнце, что из этого Солнца происходит Теплота и Свет, что Теплота, из него происходящая, в естестве своем есть любовь, а свет, из него происходящий, в естестве своем есть мудрость, и что поскольку ангелы суть восприниматели духовной этой теплоты и духовного этого света, поскольку они суть любви и мудрости, но любви и мудрости не сами от себя, а от Господа. Духовная эта теплота и духовный этот свет влияют (influent) не только на Ангелов и производят в них расположения (afficient), но влияют также и на людей, производят и в них оные, так что и те и другие становятся совершенно воспринимателями; и воспринимателями становятся они сообразно любви своей к Господу и любви к ближнему. Самое это Солнце, или Любовь Божественная, не могла бы чрез свою теплоту и через свой свет сотворить кого-либо непосредственно из себя, ибо таким образом сотворенный ею предмет была бы Любовь в Естестве ея, которая есть Сам Господь; но она может сотворить такой предмет из субстанций и материй так образованных, что они могут воспринимать самую теплоту и самый свет; подобно тому как и солнце мира не может через теплоту и свет непосредственно производить растения на земле, но может производить их из материй почвы, в которых оно может быть присуща через теплоту и свет, и таким образом может давать растительность. Что Божественная Любовь Господа видима как Солнце в Мире духовном, и что из него происходит духовная теплота и духовный свет, из которых Ангелы имеют любовь и мудрость, об этом см. в книге о Небе и Аде, стр.116 до 140.

6. Таким образом, поелику человек не есть жизнь, а есть только восприниматель жизни, то и следует, что зачатие человека от отца не есть зачатие жизни, а есть зачатие только первой и чистейшей формы, способной к восприниманию жизни, к которой, как бы к утоку, или к начальной нити, присоединяются постепенно, в месте зачатия, субстанции и материи, приспособленные к восприниманию жизни в известном порядке и в известной степени.

7. Божественное не находится в пространстве. Что Божественное, или Бог, не находится в пространстве, хотя и Всеведуще, как у каждого человека в мире, так и у каждого ангела в Небе, и у каждого духа под Небом, этого нельзя понять чисто натуральной идеей, но можно понять идею духовного. Натуральною идеею нельзя этого понять потому, что в ней присуще пространство, ибо она образована из предметов таких, какие находятся в мире, а в этих предметах, во всех и в каждом, видимых для глаза, есть пространство; все, большое и малое в них, принадлежит к пространству; всякая длина, ширина и высота принадлежит к пространству; словом, всякая мера, фигура и форма принадлежит к пространству; почему идею чисто натуральною и не возможно понять, каким образом Божественное не находится в пространстве, когда говорится, что оно везде. И однакоже человек может понять эту истину мышлением натуральным, только допустил бы он в него сколько-нибудь духовного света. Почему я скажу прежде нечто о духовной идее и о происходящем из нее мышлении духовном. Идея духовная не заимствует ничего из пространства, но все в себе заимствует она из состояния. Состояние говорится о любви, о жизни, о мудрости, о расположениях, об удовольствиях, оттоль происходящих, и, вообще, и добром и истинном. Идея о них истинно духовная не имеет в себе ничего общего с пространством; она превышает его и видит идеи пространства под собою, как небо - землю. Но поелику ангелы и духи так же смотрят глазами, как и люди в мире, и не иначе могут видеть объекты, как лишь в пространстве, то, в Мире Духовном, где духи и ангелы находятся, видимы такие пространства, подобные пространствам на землях, но которые однакоже не пространства, а только казательности (apparentiae) ибо они не устойчивы (fixa) и постоянны (stata) как на землях, но могут удлиняться и сокращаться, могут изменяться и принимать различные виды; и как таким образом не могут они быть определены измерением, то и не могут они быть понимаемы там никакою идеею натурального, а подлежат идее только духовной, которая, в отношении расстояний пространства, также, как и в отношении расстояний доброго, или расстояний истинного, которые состоят в большем или меньшем сродстве и сходятся в оных, смотря по состоянию.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: