Не чуждался Синезий сочинений египетских и сирийских, халдейских и герметических трактатов, пророчеств сивиллиных книг. Что касается философских интересов Синезия, то бесспорен их платонический и неоплатонический характер и очевидна начитанность его, ученика знаменитой Гипатии, в текстах Плотина, Порфирия и Ямвлиха.
Собрание гимнов Синезия состоит из десяти гимнов, причем десятый вызывал сомнения еще у Виламовица. В исследовании Н. Терцаги (издавшего гимны в 1939 г.) подложность гимна была доказана, а сам он обрел своего настоящего автора, некоего Георгия Алитра, византийца IX—X вв., подражавшего Синезию. Однако сила традиции такова, что и поныне в собрание гимнов Синезия включается этот не принадлежащий ему гимн.
Следует сказать, что также традиционно несколько сот лет держалась нумерация гимнов, установленная известным гуманистом XVII в. Э. Портусом (он издавал также Прокла) в его издании 1568 г. Изменена она была в 1939 г. Н. Терцаги на основе старой византийской традиции. В нашем же собрании нумерация Портуса сохраняется в скобках: 1(111), II(IV), III(V), IV(VI), V(II), VI(VII), VII(VIII), VIII(IX), IX(I), (X).
Гимны Синезия имеют, несомненно, философско-религиозную окраску (ср. например, гимн стоика Клеанфа), причем они написаны были не только для чтения, но и для сакральной практики. Время их создания точно не установлено. Скорее всего они складывались в три приема — около 395 г., в конце 402 г. (перед вступлением в брак) и во время епископства Синезия (410—412 гг.).
При жизни автора гимны не были изданы, но посмертное издание сделало их чрезвычайно известными и даже популярными. По своей форме гимны Синезия — это настоящие мелические произведения (отнюдь не традиционный эпический гексаметр!), близкие по своей строфике и метрике к народной песне и некоторым классическим формам античного мелоса (анакреонтический стих, анапестические метры).
Композиция гимнов достаточно единообразна. Вначале следует вступительная инвокация (обращение), затем главная часть: похвала и прославление божества; далее замыкающая мольба о помощи. Иной раз (гимн III) гимн завершается хайретизмами. Для гимнического стиля Синезия характерен не только философско-возвышенный тон, но и определенного рода интимность, личностное начало, исполненное преклонения и восторга перед высшим существом, позволяющее автору то обращаться на древний языческий манер к своей форминге (IX 1) и к звучащим струнам (1X47), то в духе христианского смирения беседовать со своей душой, призывая ее оставить земные помыслы и обратиться к Отцу всего (IX 127—133). Некоторые гимны (I—III) воспевают любовь к высшему источнику истины; гимны IV, V, VII, IX особенно личностны. В гимнах VI и VIII ощущается связь с торжественной сакральной службой и звучит призыв принять в ней участие. Гимн VIII (IX) дает нам представление об античном чувстве природы в его целостности.
Гимн IX(I), по-видимому, стоит ближе всего к языческому неоплатонизму. Здесь, правда, различимы две монады: одна превыше всего и недоступна никакому разделению, другая делится на три момента. Но характеристика этих трех моментов имеет мало общего с христианским учением о троичности. Здесь даже отсутствуют такие понятия,, как, например, «ум» или «слово». А третье начало и вовсе характеризуется (в оригинале) как «душа космоса». Последнее особенно бросается в глаза в силу своего чисто языческого характера.
В гимне V(II) пантеистическая триада неоплатонизма дается уже при помощи христианской терминологии. Первое начало уже именуется Отцом, второе — Сыном и третье — Духом святым. Появляется и неоплатонический термин «ум» для характеристики второго начала.
Немало христианских элементов в гимне 1(Ш). Но мы бы сказали, что христианство является здесь скорее в психологическом аспекте, нежели по существу, поскольку автор стремится освободиться от уз материи для достойного восхваления высшего абсолюта. Непротиворечие троичности единству — явный отголосок соответствующих споров во времена Синезия.
Гимн II(IV) мало чем отличается от гимна 1(111). Здесь то же славословие Отцу как первому свету, так же воспевается творческая деятельность Сына, хотя и подробнее, чем в предыдущем гимне.
В гимнах III(V) и IV(VI) христианская догматика занимает большее место. Здесь, можно сказать, уже нет ничего общего с языческим неоплатонизмом других гимнов.
Наконец, в гимнах VI—X (VII—X) от языческой литературы остаются только некоторые мифологические образы, уже не имеющие ровно никакого философского значения и употребляемые для красоты речи. Стиль этих гимнов поражает своим вдохновением и своей искренностью.
Итак, гимны Синезия (кроме VI, VII и VIII) имеют очевидную неоплатоническую окраску, хотя главные объекты его почитания не плотиновская триада, Единое, Ум и Душа, а Единое и Троичное начало.
Неоплатонизм и христианство у Синезия неразрывны. Современный издатель Синезия К. Лакомбрад не без основания замечает: «По всей видимости, философ не изменил своей привязанности к языческому учению о вечности мира и непременном его следствии, вечном возвращении». Именно этим и интересен для нас Синезий, автор гимнического мелоса.
А. А. Тахо-Годи
ГОМЕРОВСКИЕ ГИМНЫ[1]
I. К АПОЛЛОНУ ДЕЛОССКОМУ[2]
1
Гомеровские гимны публикуются в нашем издании в переводе В. В. Вересаева,» напечатанном в изд.: Вересаев В. В. Поли. собр. соч. М., 1929. Т. X. (перепечатан в сб.: Эллинские поэты. М., 1963), с отдельными уточнениями, сделанными по греческому оригиналу.
Из 34 гомеровских гимнов 33 относятся к единой рукописной традиции, восходящей, очевидно, к XI или XII в. В 1423 г. Дж. Авриспа вывез из Константинополя манускрипт, содержащий большое собрание гимнов. Этот манускрипт и является источником различных списков гомеровских гимнов, рассеянных по библиотекам Запада. Первую копию с византийского оригинала сделал Ф. Филельфо (см., вступительную статью). Одно время выдвигалось мнение (гипотеза Г. Голландера), что списки Авриспы и Филельфо были сделаны с разных оригиналов. Однако в наши дни принято считать, что рукопись — оригинал XI или XII в. — к XV в. испытала значительные повреждения, и разночтения у Авриспы и Филельфо можно отнести к разного рода спискам, но сделаны оба списка с одного и того же манускрипта (ср.: Деревицкий А. Н. Гомерические гимны. Харьков, 1889. С. 37).
В настоящее время мы располагаем четырьмя кодексами, которые составляют базис всех известных изданий гомеровских гимнов. Содержание кодексов варьируется, и соотношение их со списками Авриспы и Филельфо определить трудно. Особняком стоит знаменитый московский кодекс, завезенный, очевидно, в Россию монахами из Греции или Афона. Он был открыт в 1777 г. в московской синодальной библиотеке Ф. Маттэи, приобретен впоследствии Д. Рункеном и теперь хранится в университетской библиотеке в Лейдене. В этом кодексе (единственном) сохранились: весь гимн «К Деметре», стихи 422, 457, 458 гимна «К Гермесу» и фрагмент из гимна «К Дионису» (12 стихов). Эти 12 стихов гимна «К Дионису» Ф. Маттэи счел возможным объединить с фрагментом неизвестного гимна из Диодора (III 66)—так в собрании гомеровских гимнов и появился гимн XXXIV.
Вопрос о хронологии гимнов весьма сложен. Гимны I—V обычно относят к VII—VI вв. до н. э. По традиции, из дошедших до нас больших гимнов древнейшими считаются гимны «К Афродите», «К Деметре», «К Аполлону Делосскому» — их датируют обычно VII в. до н. э., гимн «К Гермесу» — VII или VI в. до н. э. Остальные гимны созданы значительно позже. Общепризнано, что некоторые гимны, например гимн «К Пану», можно датировать не раньше V в. до н. э. Значительное число «малых» гимнов создано, безусловно, не раньше эпохи эллинизма, например гимн «К Аресу» с его астрологическим уклоном.
География создания гимнов очень пестра, большинство из них связано с местными культами, с их установлением, распространением, основанием храмов. По преимуществу это храмовые легенды, посвященные тем или иным приключениям, странствиям, подвигам богов. По классификации Р. Вунша, гомеровские гимны должны быть отнесены к разряду так называемых смешанных гимнов (hymnoi mictoi), где объединяются миф и просьба о даровании счастья.
Относительно того, когда именно был составлен данный сборник гимнов, единого мнения нет. Если судить по тому, что в собрание гимнов входят поздние гимны, то необходимо признать, что сборник составлен не раньше эпохи эллинизма, хотя не исключена возможность, что некоторые «малые» гимны могли быть присоединены к собранию позже.
Из многочисленных изданий гомеровских гимнов назовем одно из последних: The Homeris hymnos/Ed. by T. W. Allen, W. R. Haliiday, E. E. Sikes, W. W. Merry. Oxford, 1961; из словарей к гомеровским гимнам следует иметь в виду следующий: Index Homericus. Appendix hymnorum vocabula continens/Composuit A. Gehring. Lipsiae, 1845.
2
[В «Состязании Гомера с Гесиодом» рассказывается, что, пробыв некоторое время в Аргосе, Гомер отправился на остров Делос на народное торжество и здесь у так называемого рогового алтаря, произнес в честь Аполлона гимн, начинающийся словами: «Вспомню, — забыть не смогу, — о метателе стрел Аполлоне». За этот гимн лоняне объявили поэта гражданином своего союза, а делосцы, записав гимн на гипсовой скрижали, принесли его в дар святилищу Артемиды.
Безусловно, это только красивая легенда, но первый гомеровский гимн и на самом деле, как пишет А. Лески, «прекраснейший цветок эпической поэзии послегомеровского периода» (Lesky Α. Die homerischen Hymnen. Bern, 1950. S. 12). Общепризнано, что данный гимн — продукт контаминации. Вплоть до 1781 г., когда Д. Рункен во втором издании своих «Критических писем» предположил, что гимн «К Аполлону» разбивается на два самостоятельных произведения — «К Аполлону Делосскому» и «К Аполлону Пифийскому», этот гимн считался единым. Но в нем всегда различали по крайней мере три отдельные части: гимн к делосскому божеству, гимн к божеству пифийскому, отрывок из теогоннческого стихотворения в духе гесиодовской поэзии. Имя гимнографа неизвестно. Родина гимна — скорее всего остров Хиос.
По степени близости к языку Гомера этот гимн занимает одно из первых мест. Отличительная черта этого гимна — присутствие ярко выраженного лирического, личностного начала. Поэт, воздав подобающую хвалу божеству, обращается к служительницам его культа и вспоминает о тех великолепных празднествах, в которых он сам, бедный хиосский слепец, не раз принимал участие. Стихи о хиосском старце из этого, гимна цитирует Фукидид (III 103).
3
здесь и далее, где сбивается нумерация, стихи считаются некоторыми издателями интерполированными (неподлинными).
4
Кинф — гранитная скала, главная возвышенность острова Делос.
5
Делос — самый маленький из Кикладских островов в Эгейском море, славен рождением Аполлона и Артемиды.
6
описываются скитания Латоны перед рождением Аполлона, хотя автор не указывает причину этих скитаний — гнев Геры.
7
Пепарет — остров в Эгейском море; Пейреские Эги — островок в Эгейском море вблизи острова Хиос.
8
Фракийский Афон — гора в Македонии, на южной оконечности полуострова Халкидика; Пелион — гора на севере Греции, в Фессалии.
9
Самофракия, или Самос, — остров у Ионинского побережья Малой Азии; Идские горы— горная цепь в Мисии и Фригии (М. Азия).
10
Скирос — остров вблизи от острова Евбея, к востоку от Аттики; Фокея — город на побережье Ионии (М. Азия); Автокана—мыс вблизи Фокеи.
11
Имброс — остров у побережья Херсонеса Фракийского (сев. Греция) с городом того же названия; Лемнос — вулканический остров в северной части Эгейского моря, считавшийся главным местом пребывания Гефеста.
12
Эолион Макар, или Макьрей, — сын Эола, бога ветра.
13
Хиос — остров у берегов Ионии с городом того же названия.
14
Мимант — отрог хребта Тмола в Лидии (М. Азия) ; Корик — скалистый мыс на Эритрейском полуострове в Ионии.
15
Кларос — город на Ионийском побережье Малой Азии с храмом и оракулом Аполлона; Эсагея — гора близ города Клароса.
16
Микале — мыс на Ионийском побережье.
17
Коос (Кос)—остров у побережья Карий (М. Азия); Мероп — царь древнейшего поселения на острове Кос; Милет — ионийский город на побережье Карий.
18
Книд — мыс и город в Карий со знаменитым храмом Афродиты, в котором находилась статуя богини работы Праксителя; Карпат (или Карпаф)—остров на полпути между Критом и Родосом.
19
Рения — небольшой островок у западного побережья Делоса; Наксос, Парос — Эгейские острова.
20
Хотя о гневе Геры автор не говорит, но «трепетали все земли от страха» именно из-за этого.
21
здесь и далее строка звездочек или отточий означает испорченное место.
22
Кей (Кой) — один из титанов, сын Урана и Геи, муж Фебы, отец Лето.
23
Фемида — олицетворение законного порядка, дочь Урана и Геи, жена Зевса; родила Ор и Мойр. Ихнея — чтимая в городе Ихны в Фессалии.
24
Рея — дочь Урана и Геи, супруга Кроноса, мать всех Кронид. Амфитрита — дочь Нерея и Дориды, одна из нереид, супруга Посейдона. Диона — дочь Океана и Тетии (Тефии) или Урана и Геи, титанида, мать Афродиты.
25
Илифия — дочь Зевса и Геры, богиня деторождения, покровительница рожениц; впоследствии отождествлялась с Артемидой.
26
Ирида — дочь Тавманта и Электры, сестра Гарпий, вестница богов.
27
стихи о хиосском певце, возможно, Олене, создателе ионийских гимнов в честь Аполлона.