Я не сдавалась, уделяя все свое внимание грузовику. Пять метров, потом десять, затем двадцать. Когда мы оказались достаточно близко к границе, чтобы рассмотреть деревья на другой стороне, а ландшафт Запределья стал яснее, моя голова уже кружилась из-за открытого канала магии, который мне был нужен, чтобы держать «Хаммер» в воздухе и двигаться вперед.

— Десять метров, — крикнула Рэйчел. — Мы почти там, ребята. У вас все отлично получается.

— Приготовиться, — произнес Гэвин, и что-то сотрясло землю в нескольких метрах позади нас, а в воздухе вспыхнули искры.

— Что это за хрень? — спросил Лиам, стиснув зубы.

— У пески теперь есть гранаты, — ответил Гэвин.

— Пески, — мрачно пробормотала я, — проклятие моего существования.

— Вместе с тяжелым грузовиком? — спросил Гэвин вместе с металлическим щелчком перезаряжаемого им оружия.

Я сдержала улыбку. Не хотелось потерять фокус. Не тогда, когда мы уже так близко.

— Вместе с этим тяжелым грузовиком.

Одна нога вперед, а затем другая, я была зациклена на нижней части «Хаммера» и земле под моими ногами.

— Хорошо, — произнесла Рэйчел. — Мы в пяти метрах. Пришло время бросать грузовик. Вы готовы?

— Готовы, — ответили мы одновременно.

— Один большой толчок, — сказал Лиам.

— Как при родах!

Я услышала, как кто-то ударил Гэвина по руке.

— Спасибо, — сказала я вслух тому, кто заслуживал этой похвалы.

— На счет три, — снова произнес Лиам. — Раз, два…

Мы были так близки к Запределью, к его магии, что мир казался словно в огне. Я позволила этому литься в меня, придавая плавучести грузовику, поэтому, когда Лиам добрался до «Три!», бросить его казалось детской забавой.

Он пролетел над нашими головами назад и ударился о землю в двадцати метрах позади с грохотом и шумом, который подсказал, что мы, вероятно, превратили его в оружие. Он подпрыгнул, дважды крутанулся и застыл.

— Вперед! — закричала Рэйчел и побежала сквозь полупрозрачную границу.

Гэвин последовал за ней, а затем Малахи положил руку на мою и посмотрел на меня.

— Магия?

— Я в порядке. Мне нужно было продолжать пополняться, чтобы удерживать машину в воздухе. Я все контролирую.

И я надеялась, что это были не просто слова на фоне адреналинового выброса.

Я скрестила пальцы и ринулась сквозь границу.

* * *

— Все в порядке? — спросил Лиам, когда мы добрались до Запределья.

— Прекрасно, — ответила Рэйчел, держа в руках оружие и оглядываясь по сторонам.

Элизиум выглядел… очень похоже на Южную Луизиану. Небо было голубым, облака белыми и пушистыми, над нами висело единственное солнце. Земля была относительно плоской и зеленой, с множеством деревьев, обрамляющих широкие поля, и птицами, щебечущими в их кронах.

Но я чувствовала, что стою словно внутри электростанции. Сила отдавалась стуком в висках, вибрацией, которая, казалось, пробирала до мозга костей. Ощущение Завесы было похоже на то, как меня омывает волна невероятной силы. Словно плыть по течению в океане без спасательного круга или плота.

Давление росло, пока оно, казалось, не заполнило мою голову, пока не заглушило звук ветра, травы, птиц, и в этот момент словно кто-то выключил свет. Мои глаза казались слишком большими для глазниц, моя кожа была слишком неэластичной, чтобы удерживать тело, мои суставы показались мне неудобными, когда я опустилась на колени.

Я подняла голову и увидела, что рот Лиама двигается, но не было ни звука.

Мое сердцебиение было таким громким, таким медленным, что я подумала, это марш наступающей армии. Я оглянулась вокруг, пытаясь найти источник, разглядеть батальон, который явно приближался к нам. Но не было ничего, кроме солнечного света и травы. Я прижала кулак к груди, почувствовала удары и попыталась вдохнуть сквозь дымку.

Лиам упал на колени и прикоснулся рукой к моему лицу, и я увидела панику в его глазах.

Я боролась с собственной растущей паникой, пытаясь думать, что мне с этим делать. Хоть о чем-нибудь полезном: и мне вспомнилось последнее путешествие на самолете, которое я совершила, и о том, что сработало, когда мои уши начали болеть от повышения давления. Не имея лучшей идеи, я закрыла глаза, зажала нос и подула.

Звук вернулся с резким треском, когда давление в моей голове выровнялось.

— Клэр? Клэр!

— Я в порядке, — ответила я, морщась от внезапного увеличения громкости. Меня все еще трясло, и я все еще чувствовала себя раздутой от силы. Но, по крайней мере, туман исчез. — Это… магия. Я приспосабливаюсь.

— Хорошо приспосабливаешься? — спросил Малахи, осматривая меня.

— Приспосабливаюсь, — снова сказала я. — Это все, что я готова на себя взять. — Я посмотрел на Лиама, быстро осмотрела его и обнаружила, что он выглядит как обычно. — Ты в порядке?

— У меня все хорошо, — ответил он, но в его голосе послышалась какая-то резкость. Он посмотрел на Малахи. — Она борется со мной.

Малахи подошел ближе.

— Как?

— Она хочет… внутрь. Или наружу. Или… Я не знаю. Может быть, я этого хочу. Хочу схватить ее. Что-то в моей голове — шестое чувство, то, что чувствует магию. Это… понимание того, сколько ее здесь.

— Магия вне тебя, — сказал Малахи. — Она не сможет добраться до тебя, если ты ее не примешь. Если ты не втянешь ее. А ты сильнее этого.

В его глазах кружилось золото, блики и вспышки.

— Ça va[27], — произнес Гэвин, сидя на корточках перед нами. — Прекрати это, frère[28]. Прояви немного упрямства старшего брата и отбейся.

Лиам зажмурился и покачал головой.

— Она хочет…

Со все еще кружащейся головой и полная магии, я обхватила его лицо руками.

— Лиам. Борись.

Он покачал головой, на его лбу заблестел пот, когда он начал свою борьбу, которую мы не могли видеть.

— Лиам, — снова сказала я. — Останови это. — Я сделала свой тон настолько резким, насколько смогла. Настолько настойчивым, насколько получилось. — Игнорируй магию и возвращайся. У нас есть дела, а ты тратишь зря время.

— Сила, — тихо произнес он. — Так много ее наготове.

— Не твоя сила, — сказала я. — Она не для тебя, и тебе не нужна. У тебя есть самоконтроль. Ты просто должен его использовать.

Он яростно покачал головой, под моими руками напряглись мышцы. Я убрала их с его лица, взяла его сжатые кулаки и поднесла к губам. Поцеловала каждый по очереди.

— Я здесь, — прошептала я. — Я знаю, ты можешь это сделать. Ты сильный. Ты невероятно красивый, и если ты не остановишь это сам, я использую свою магию, чтобы вырвать из тебя это желание. И я не думаю, что ты этого хочешь.

Его глаза открылись. Золото, которое в них кружилось, принялось рассеиваться… и исчезло.

— Ты тут? — попросила я, отчасти остерегаясь, что он не сможет ответить.

— Я тут. — Его глаза прищурились. — Ты угрожала мне магией?

— Лишь малость. И для твоего же блага.

Он закрыл глаза, повернул лицо, прижимаясь к моей ладони и улыбнулся.

— Всегда хотел девушку, на которую можно рассчитывать.

Я выдохнула. «Он вернулся».

— С ним все в порядке, — сказала я и практически почувствовала облегченный коллективный выдох группы.

— Сегодня будешь спать очень хорошо, — промолвила я. — Это была хорошая тренировка.

— Не идеальная, — слабо произнес он, и я не стала с ним спорить.

Мы поднялись на ноги и постояли минуту, пока оба не обрели устойчивость.

— Люди не принадлежат Запределью, — сказала я, — этот урок позволит получить особый опыт.

— Согласен, — произнес Лиам, пробежав руками по волосам, затем сделал глоток из фляжки, которую ему протянул Гэвин.

Я открыла рот, чтобы предложить нам двигаться, когда землю накрыла огромная тень. Я приготовилась к следующему бою, новому удару, блеску золота на доспехах Благих.

Мы все подняли глаза и посмотрели наверх.

«Не Благие», — поняла я. Даже не охранник или, если можно так сказать, приветственный комитет. И я не думаю, что это был Паранормальный. Или не совсем он.

Это был комар. Если комары могут быть длиной более метра.

Его тело представляло собой узкую трубку в полоску коричневого и белого цветов, длинные, худые и сегментированные лапы, узкие и полупрозрачные крылья. И в конце его непропорционально маленькой морды был трубчатый нос, который определенно мог нанести некоторый ущерб.

Это нечто не было мелкой неприятностью. Это был монстр.

— И говоря о том, чего не должно быть в Запределье, — произнесла Рэйчел.

Лиам перевел взгляд на Малахи.

— Ты не упоминал об этой особенности Элизиума.

— Он этому миру не родной, — сказал Малахи. — Это один из ваших.

— Он перелетел через Завесу, — поняла я. — Когда он прошел сквозь нее, на него повлияла магия.

— Значит, он относиться к Восприимчивым, — с усмешкой произнес Гэвин. — Самый обычный. С магией. Должны ли мы… должны ли мы его убить?

Мы все посмотрели на Гэвина.

— Я имею в виду, это же комар, правильно? Он тут не для того, чтобы что-то починить. Это паразит.

— Да, — ответил Лиам. — И он может быть переносчиком вирусов.

— Вирий, — с улыбкой сказала Рэйчел, согнувшись, когда левиафан пролетел над головой, казалось, насекомое среагировало на ее слово.

— Как ты себе представляешь изготовление сонной сети для этого? — он покрутил головой вокруг своей оси. — Скорее всего он может прохоботиться сквозь нее.

— Не думаю, что стоит использовать «хоботок» в качестве глагола, — сказала я.

— Вопреки всем фактам, — произнес Гэвин, махнув рукой в воздухе.

— Он может быть единственным в своем роде, — сказала я, внезапно почувствовав себя будто в фильме «Хранитель Времени». — Гибрид Земля-Запределье. — В отличие от меня, Лиама и Бёрка. Пострадавших от соединения двух миров. — Мы действительно хотим его убить?

Прежде чем мы смогли разобраться с этической стороной этого вопроса, сквозь кусты пронеслась огромная птица с черными и блестящими перьями и блестящим алым клювом и схватила комара когтистыми лапами. Крылья били по воздуху, но не издавали ни звука, она вспорхнула, взмыла вертикально вверх и скрылась из виду за деревьями.