Она подошла ближе, ее нежные ноги не издавали ни звука, пока она двигалась. Из деревьев рядом с нами появились еще две. Одна с волосами более темного оттенка зеленого, а другая с рыжими, как у меня. Они образовали треугольник, двигались вместе к нам, синхронизируясь, как косяк рыб, даже их движения были одинаково плавными.

— Древесные нимфы, — тихо сказала Рэйчел.

Малахи просто кивнул.

Та, что впереди, вершина треугольника, посмотрела на нас, и остановила взгляд на Рэйчел. Потом на Гэвине.

Ветер сместился, шелестя листьями. Или это я думала, что это ветер, пока не поняла, что она открыла рот, губы и маленькие белые зубы задвигались, когда она заговорила на своем особом языке.

Что бы она ни сказала, кончики крыльев Малахи задвигались вокруг нас, прикрывая наши спины.

— Нет, — вслух ответил он.

Ветер задул сильнее, ивы закачались, ветки захрустели, двигаясь взад-вперед в воздухе.

— Я сейчас упаду в обморок, — сказал над нами Гэвин.

— Нет, — снова произнес Малахи. — Вы позволите нам продолжать наш путь, или мы будем сопротивляться. Мы вас уничтожим.

— Ты можешь остановить их? — спросила Рэйчел. — Заставить их вернуться в деревья? Скажи им, что мы не причиним никакого вреда.

— Они не умеют критически мыслить, — ответил Малахи. — Вы незнакомцы. Вы другие. Они считают эту разницу негативной.

— Если они не остановятся, — сказала я, надеясь, что они услышат и поймут, — тогда нам придется их остановить. Нам придется причинить им боль.

Гэвин повернулся налево. Я посмотрела на Малахи.

— Я могу сделать это без лезвий.

Я получила его неохотный кивок.

Если мне удалось двигать «Хаммер», я решила, что смогу разорвать и виноградную лозу.

Но это во мне говорила логика Земли.

Я потянулась к магии, и меня почти сбила с ног огромная сила, которая ответила на мой зов. Ощущалось так, будто у меня под рукой целая электростанция. Я собрала ее, нити магии сопротивлялись моей хватке, как будто она тоже поняла, что я другая. Что я чужая.

Я подняла взгляд на ветку дерева, обернула магию вокруг лозы и потянула. Когда ничего не произошло, я добавила больше магии, снова потянула. Усик просто дернулся в другом направлении, как те же полюса двух магнитов, отталкивающих друг друга.

Гэвин взвизгнул, когда его качнуло в воздухе, и я уставилась на него, пытаясь понять, что пошло не так, и как это исправить. Либо телекинез был неэффективен против лоз Паранормальной нимфы, либо она знала, что я делаю, и была достаточно быстра, чтобы этого избежать.

Лоза дернулась так сильно, что ослабила рюкзак Гэвина, который грохнулся на землю с тяжелым звуком, это заставило меня задуматься, что он туда упаковал.

И мне не одной было любопытно об этом узнать.

Виноградная лоза перестала двигаться, нимфы замерли и посмотрели на рюкзак, который оказался между нами.

Рюкзак был наш, а не их. В нем не было магии. Я решила, что этим можно воспользоваться.

Я схватила его с помощью магии, подбросила высоко в воздух, выше, чем могли достичь лозы, и удержала его там.

— Вы можете взять рюкзак, — сказала я, — если отпустите его и дадите нам уйти.

От яростного ответа нимф поднялся сильный ветер и задрожали листья.

Малахи мягко посмотрел на них и пожал плечом.

— Я не могу контролировать человека. Она делает то, что ей нравится. Если вы хотите подарок от Землян, то должны отпустить его.

Я играла плохого полицейского и бросала на них тяжелые взгляды.

Что-то сработало — может быть, только их алчность — потому что лозы начали убираться, деревья распрямлялись и стали больше походить на деревья, нежели на огромных хищников.

Лоза освободила обвитую лодыжку Гэвина. Он полетел вниз, раскинув руки, и аккуратно приземлился в руки Малахи.

— Если бы меня не тошнило, — произнес Гэвин, лицо его было вспотевшим и цвета свеклы, и погладил Малахи по щеке, — я бы поцеловал тебя прямо в губы.

— Я не желаю тебя целовать, — проговорил Малахи и поставил Гэвина на ноги. Лиам протянул руку, чтобы помочь ему найти опору и восстановить циркуляцию крови.

— Спасибо, — сказал Малахи, оглядываясь на нимф. — Отойдите, пожалуйста.

Еще немного ветра и шороха, и нимфы отступили назад почти к своим деревьям. Но их взгляды не отрывались от рюкзака.

— Давай, Клэр, — произнес он, и я кивнула.

Я снова погрузилась в магию, бросила рюкзак в десяти метрах от нас и в направлении противоположном тому, куда нам нужно было идти.

Ветер застонал, когда они устремились к нему: девушки, листья, ветви — всё двигалось, словно стая змей на блеск, к единорогу или радуге.

Мы побежали сразу после них.

* * *

— Надеюсь, в этом рюкзаке не было ничего нужного, — сказала я, когда Малахи натянул рюкзак, и мы отбежали от деревьев на несколько сотен метров.

Гэвин пожал плечами.

— В основном там были батончики с гранолой и карты «УНО»[29].

Мы все посмотрели на него.

— Зачем ты взял карты «УНО» в путешествие в Запределье? — спросила Рэйчел.

— Для торговли с Пара. Они, как я вижу, очарованы земными артефактами.

— Я удивлена тем, что ты посчитал карты «УНО» подходящей валютой, — сказала Рэйчел и подняла руку, прежде чем он успел поспорить. — Но это не имеет значения.

— Нет, имеет. Скажу я вам, рюкзак был наполнен только крутыми вещами. — Он посмотрел на Малахи. — Ты мог бы и упомянуть о деревьях-убийцах.

— Кажется, лучше извиниться, чем искать оправдания. Я полагаю, так звучит эта фраза?

— Кто опять принялся учить его всем этим выражениям? — спросил Лиам и посмотрел на меня.

— Не этому, — ответила я.

Гэвин по-дружески похлопал Малахи по спине.

— В следующий раз, когда мы вместе отправимся на задание, нам нужно будет обсудить твой стиль инструктажа.

— У меня нет стиля инструктажа.

— Ага, — произнес Гэвин. — Считай это моей точкой зрения.

— Думаю, это было подбадривание, — сказал Лиам, пожимая плечами. Его глаза были почти цвета чистого золота и блестели, как две яркие монеты.

Я чувствовала себя медленной и раздутой, как будто магия снова заняла место в моем теле.

— Ты в порядке? — спросила Рэйчел, подходя ко мне. Она была нахмуренной. — Выглядишь бледной. Ну, бледнее, чем обычно, — добавила она с улыбкой.

— Магия, — проговорила я. — Мне нужно сесть.

Не дожидаясь ответа, я согнула ноги и встала на колени, прежде чем они подогнулись подо мной.

Рэйчел присела, нежно коснувшись тыльной стороны ладони моего лба. Ее рука была прохладной, освежающей по сравнению с сильными и горячими импульсами магии, и я чуть не наклонилась к ней. А в ее глазах было беспокойство, когда она посмотрела на Лиама, затем на Малахи.

— Она вся горит. Слишком много магии?

— Слишком много чистой магии. Ее тело чувствует вторжение, врага, и начинает сопротивляться.

— Она должна была остаться в Новом Орлеане, — сказал Лиам. — Я не должен был позволять ей идти.

— Не тебе решать, — проговорила я. — Решение было за мной. Я справлюсь. Сброшу ее.

— Но ты говорил, что она не сможет ее сбрасывать тут, — сказал Лиам, глядя на Малахи. — Ты говорил нам это до того, как мы отправились сюда.

— Сброс — это, по сути, грубый способ. Сложно калибровать, чтобы избавиться от нужного количества, даже имея опыт. Но, возможно, я могу помочь.

Я увидела, хотя у меня голова шла кругом, как он протянул руку к моей груди.

Глаза Лиама вспыхнули огнем, как отразившийся на монете солнечный луч, и он остановил руку Малахи.

— Аккуратно.

Выражение лица Малахи почти не изменилось.

— Ты тоже находишься под влиянием. Ты бы узнал, если бы я собирался причинить ей вред.

— Я не думаю, что о таком роде вреда он беспокоиться, — сказала Рэйчел.

— Не… о, — произнес Малахи, и по его скулам разлился румянец, когда он, очевидно, понял, к какой именно части тела он намеревался приложиться. — Конечно, нет.

— Не очень лестно, — пробормотала я и почувствовала, будто наблюдаю разговор со стороны.

— Лиам, позволь ему помочь, — сказала Рэйчел, накрывая руку Лиама своей.

Мгновение ничего не происходило, но он все же убрал свою руку, оставив красные полосы на руке Малахи — следы в тех местах, где вжимались его пальцы.

— Сделай шаг назад, — попросил Гэвин, осторожно отодвигая Лиама в сторону. — Пусть он ей поможет. — Он посмотрел на Малахи. — Может быть, когда ты закончишь с ней, то сможешь позаботиться об этой Твари из Золотой Лагуны[30].

Малахи моргнул.

— Тут нет лагуны.

— Это отсылка к фильму, — пояснила Рэйчел, занимая пространство между Малахи и Лиамом, чтобы предотвратить любые дальнейшие препирания. — Делай, что нужно, и делай это быстро. Прежде чем другие существа решат, что мы можем быть забавными игрушками.

Со все еще алеющими щеками, он кивнул и снова протянул руку. Он положил ладонь на мою грудь, растопырив пальцы, чтобы коснуться ключицы, и закрыл глаза.

— Я возьму лишь немного, — тихо сказал он. — Достаточно, чтобы помочь тебе восстановить баланс. Чтобы снять давление. Хорошо?

Я кивнула, не рискуя говорить, и закрыла глаза.

Мои кости начали нагреваться под его пальцами, тепло распространялось по мускулам, крови, вниз по груди и руки, пока жар не достиг ног. И помимо того, все эти ощущения распространялись по коже, мышцам и связкам. Он немного наклонился, когда принялся черпать магию из-под моей кожи, из всех частей тела, впитавших ее и крепко там запертых.

Это точно не больно, но это было странное чувство, когда магию вырывают у тебя изнутри. И это делает кто-то другой.

И он был прав — это был более осторожный процесс, чем тот, каким я обычно пользовалась, который предназначался для того, чтобы избавиться от как можно большего количества магии как можно быстрее. Чтобы извлечь магию и упрятать во что-то другое.

Все происходило сосредоточенно, медленно, осторожно. Слой за слоем. Все приходило в норму.

Когда он убрал руку, я открыла глаза и моргнула.

— Как ты себя чувствуешь?

Я провела инвентаризацию. Я больше не чувствовала себя слишком большой сосиской в очень маленьком контейнере.