Что я могу сказать? Как и говорила сама Аглая, это оказалась обычная квартира на три спальни, хозяева которой явно знавали лучшие времена. Добротная, основательная мебель соседствует с пустыми книжными полками, на обоях кое-где видны светлые квадраты и прямоугольники - следы, оставшиеся от когда-то висевших на стенах картин. Старомодный сервант в гостиной почти пуст, его верхние, стеклянные полки покрывается пылью. Здесь, очевидно, когда-то стоял парадный сервиз. А вот серебряный чайный набор цел и скромно поблёскивает на нижней полке того же серванта. Дорог, как память?

- Твоя комната, Ерофей. - Отвлекла меня от осмотра гостиной Аглая и распахнула высокие двойные двери, ведущие в одну из спален. - Постельное бельё в шкафу, дверь в ванную слева. Располагайся.

- Благодарю. - Кивнул я. Девушка фыркнула и, одарив меня сердитым взглядом, вышла в коридор.

Осмотревшись в комнате, понял, что Аглая отвела мне спальню своего покойного брата. Минималистичность обстановки намекает. Никаких рюшечек-завитушечек, всё просто, лаконично и... безлико. Должно быть, после смерти родственника, девушка убрала или выбросила большую часть его личных вещей.

Развешивать вещи в шкафу и раскладывать мыльно-рыльные принадлежности по полкам в ванной комнате, я не стал. Лишь избавился от бирок на одежде и вновь убрал её в сумку, а вот несессер с гигиеническими принадлежностями пришлось оставить в ванной комнате. Уберу с утра, когда буду съезжать отсюда.

Приняв душ и смыв с себя, наконец, грязь и пот, вместе с запахами камеры, я переоделся в недавно купленные обновки, после чего, недолго думая, свернул свою старую одежду комом и запихнул её в пакет. Позже выкину.

Завалившись на заправленную кровать, взял с тумбочки свой новый зерком и задумчиво принялся крутить его в руках. Попробовать, что ли, связаться с Бийскими? Или набрать Граца?

К сожалению, ни тётка Ружана, ни дед Богдан ответить на мой звонок не смогли или не пожелали. Да и хольмградский профессор звонок просто сбросил. Что ж, тут ничего странного. Мой нынешний номер ему неизвестен, так что и отвечать на невесть чьи вызовы, вечно занятой проф не станет. Он, порой, и звонки коллег сбрасывал, если те мешали ему заниматься очередным экспериментом.

А вот Остромиров ответил почти сразу. Но не успел я пожелать ему доброго дня, как тут же был оглушён взбешённым рёвом волхва. Разорялся Вышата Любомирич восемь минут подряд, не сбавляя тона и награждая меня такими эпитетами, что уши в трубочку сворачивались. Мне же не удавалось вставить и слова в его прочувствованный монолог, так что, пришлось молча слушать всё, что думает обо мне один последователь пути Переплута. Но в конце концов у волхва кончился запал.

- Тебя где носит, отрыжка Кощея?! - Почти спокойно осведомился он. Отвечать прямо на этот вопрос я не стал, зато в подробностях рассказал о своих недавних приключениях, аресте и грабеже лавки. Не поленился даже отослать собеседнику файл с записью выноса моего имущества из магазина. Остромиров слушал, не перебивая. И, лишь когда я закончил свой рассказ, напоследок уточнив, что в Ведерникове и его окрестностях меня можно не искать, волхв заговорил. - Понятно. Удрал от "особняков", значит, и Ростопчиных с носом оставил. Силён, бродяга.

- О Ростопчиных говорить пока рано. - Ответил я. - Но они мне задолжали и крепко, и должок я взыщу обязательно. Может быть не прямо сейчас, но в скором времени.

- Не торопись. - Изображение Остромирова в зеркоме качнуло головой. - Лезть в свару с фамильными, в твоём нынешнем положении - последнее дело. Прежде чем на амбразуру ложиться, нужно спину прикрыть как следует, например, заручившись поддержкой влиятельных людей...

- Скажем, поддержкой круга волхвов? - Усмехнулся я.

- А хотя бы и так. - Невозмутимо кивнул Вышата Любомирич. - Зла мы тебе не желаем, скорее, наоборот. Да и я вроде бы не давал повода для недоверия, так почему ты сразу не связался со мной, как только сбежал от армейцев?

- Боялся, что мой зерком уже на прослушке. - Честно ответил я. - А раскрывать свои действия и планы перед противником не хотелось. Было, правда, желание связаться с Бийскими, но увы... не удалось.

- Не удивительно. - Нахмурившись, произнёс Остромиров. - Они уже неделю мотаются по городам и весям, упокаивают поднимающиеся кладбища. Так что, им сейчас совсем не до разговоров.

- Значит, это правда? - Поинтересовался я.

- Что именно? - Не понял волхв.

- Я слышал, что неупокои уже в Области появились. В том же Ейске... - Проговорил я.

- Хм... да. И не только там. - Нехотя подтвердил Вышата Любомирич, и тут же встрепенулся. - Мы не о том говорим. Мертвяки не твоя забота, Ерофей. Сейчас, важнее другое. В Области идёт эвакуация, под которую ты попадаешь, не только как несовершеннолетний гимназист, но и как перспективный конструктор, в котором заинтересованы Грац и я. Наша группа выезжает из Ведерникова послезавтра. Машины за нами уже выслали. Ерофей, я бы очень хотел, чтобы ты отправился вместе с нами в Хольмград. По крайней мере, до окончания этой свистопляски. Что скажешь?

- Да я не возражаю. - Пожал я плечами в ответ. - Сам думал выбираться из Области...

- Вот и замечательно. - Бледно улыбнулся волхв. - Тогда поступим следующим образом. Транспорт придёт завтра после полудня, так что, говори, где ты сейчас находишься, и послезавтра вечером мы тебя заберём.

- Как насчёт центрального вокзала в Ростове? В девять вечера, например. - Спросил я.

- Шустёр. - Качнул головой Остромиров. - Неужто ты уже туда добрался?

- Я там буду к указанному сроку. - Увильнул я от прямого ответа.

- Не доверяешь, всё же? - Прищурился волхв.

- Почему же? Как вы сами заметили несколько минут назад, у меня нет поводов для недоверия. - Заметил я. - Просто исхожу из худших вариантов.

- То есть? - Не понял Остромиров.

- Ну, вы можете гарантировать, что ваш зерком не находится на прослушке у контрразведчиков, хозяйничающих в Ведерникове?

- Силёнки у них не те, чтобы слушать мой зерком. Полномочий не хватит. - Неожиданно зло ощерился волхв, но тут же превратил оскал в улыбку. - Но в одном ты прав, осторожность не помешает. Что ж... так тому и быть. Встретимся у главного входа в центральный автовокзал Ростова, послезавтра, в девять вечера. Постарайся не опоздать, Ерофей.

- Не опоздаю.

- Тогда, до встречи, друг мой. До скорой встречи. - Остромиров махнул рукой, и экран зеркома погас, вновь превратившись в обычное зеркальце.

Я облегчённо вздохнул и, убрав аппарат в карман, покосился в сторону дверей, из-за которых явственно тянуло аппетитными ароматами. Вот ведь... и вроде бы ел же не так давно, а пахнет настолько завлекательно, что слюнки текут. Раздразнила меня Аглая, ей-ей, раздразнила.

Уже сидя в гостиной за накрытым к чаю столом, я попытался расшевелить сидящую напротив, погружённую в раздумья девушку. Тщетно. На вопросы она отвечала скупо и коротко, с явной неохотой. Так что за полчаса наших посиделок за столом, я узнал лишь, что в связи с военным положением в Области, Аглая, работающая счетоводом в какой-то местной конторе, оказалась в отпуске, оплачиваемом, правда, но половинное жалованье в её ситуации, это даже не смешно.

- Если тебе так нужны деньги, почему ты не сменила жильё? - Спросил я. - Эта квартира слишком велика для одного человека и, наверняка, обходится недёшево.

- За полгода до смерти, брат оплатил аренду квартиры на год вперёд. - Нехотя ответила Аглая. - Выйдет срок, буду искать другую.

- Понятно. - Кивнул я... и в комнате повисла тяжёлая, давящая тишина, которую мне тут же нестерпимо захотелось прервать. - Вкусные пончики.

- Спасибо. Мамин рецепт. - Бледно улыбнулась она... и снова замолчала, о чём-то задумавшись. Вот ведь!

Воцарившуюся в квартире тишину, прервала громкая и резкая трель звонка. Аглая вытащила из кармана зерком и, взглянув на экран, вдруг побледнела.

Вскочив со стула, девушка выпорхнула из гостиной в коридор, а ещё через несколько секунд за ней захлопнулась дверь в спальню. Покрутив в руках чашку с недопитым чаем, я чуть помялся, но всё же уступил своему любопытству и, вызвав Бохома, на этот раз наряженного в фельдграу и вермахтовскую каску, отправил хомяка на разведку.