То, что представляет политическое значение для Украины, для средних слоев населения, скажем, для мелкобуржуазных кругов населения Украины, – с этими массами деревни мы должны считаться, – это вопрос о праве украинского языка, об украинских школах, о возможности объясняться в советских учреждениях на украинском языке. Поведение царизма по отношению к Украине воспринималось украинской интеллигенцией и украинскими буржуазными слоями, главным образом, со стороны его русификаторских тенденций. Здесь был классовый грабеж, насилие, а так как это было сопряжено и покрывалось русификаторством, то оно получило определенное идеологическое значение в глазах мелкобуржуазных украинских масс. Вот почему нам необходимо считаться в значительной степени с подозрительностью украинских мелкобуржуазных элементов. В этом отношении обязанности коммунистов на Украине будут состоять в том, чтобы устранять всякую искусственную помеху, оставшуюся от прошлого и по неряшливости создавшуюся теперь. И в то же время на обязанности коммунистов лежит глубокая работа по объединению, полному объединению низов украинского пролетариата с русским и борьбы против кулака. Что же касается деревенского кулака на Украине, то он для нас гораздо более опасен, чем русский кулак, ибо украинский кулак вооружен с ног до головы. На Украине в руках населения имеется масса оружия, и по вполне понятным причинам это оружие сосредоточивается в руках украинского кулачества, более сознательного, более сильного и богатого. Первейшим условием господства пролетариата на Украине является разоружение кулачества, извлечение оружия из деревни. Так как теперь советский режим будет на Украине устанавливаться путем продвижения туда регулярных крепких войск, то эта задача разоружения кулачества на Украине будет выполняться и будет выполнена по мере продвижения их. Это сразу создаст несравненно более благоприятные условия для господства городского пролетариата и низов крестьянской деревни. Вместе с тем необходимо в партийном отношении провести режим гораздо более твердый и строгий, чем это было в первую эпоху на Украине. В городах на Украине имеется большое число мещанского элемента, мелкобуржуазного элемента, среди которого большую роль играет еврейская мелкая буржуазия. Этот элемент мало связан с рабочим классом и еще меньше связан с крестьянской деревней. Это элемент подвижный, имеющий некоторые интеллигентские навыки, уменье читать, писать и проч. и проч. И вот в советском аппарате этот мелкобуржуазный городской элемент получает на Украине такое значение, на какое не имеет права ни по численности, ни по своей связи с рабочим классом. И несомненно, что эта мелкая буржуазия украинских городов сыграла отрицательную роль на Украине в деле утверждения советского режима, так как получилось обманчивое представление, что там создан советский аппарат, а на самом деле советские учреждения заполнил городской мещанский мелкобуржуазный элемент. Нужно брать крестьян бедняков и середняков, привлекать их к работе, учить их, воспитывать, чтобы они на своих ошибках строили там советский аппарат. Там нужно будет поставить контроль, хороший и надежный партийный фильтр, чтобы задержать этот искусственный приток городской мелкой буржуазии в ряды работников Советской власти и даже в ряды нашей партии. Мы скажем, что мелкая буржуазия городов должна свою преданность рабочему классу показать на деле. Еще есть, и некоторое время будет Украинский фронт, и всех кандидатов, желающих вступить в партию, нужно отправлять на фронт, где они получат возможность доказать свою преданность рабочему классу. На этом сыпучем песке мы пытались строить Советскую власть на Украине в первую эпоху. Здесь нужен самый решительный перелом. Под надзор городское мещанство! Не пускайте его в рабочие организации, не пускайте его в партийные организации, не пускайте его на ответственные советские посты! Берите с низов крестьян-бедняков и учите их строить Советскую власть!

Западный фронт является фронтом пассивным. Там против нас стоят мелкие государства, которые откололись от бывшей царской империи. Они сейчас являются вассалами Антанты – Англии и Франции. И в настоящий момент они отражают все колебания наших военных успехов, с одной стороны, и политику Англии, Франции и отчасти Америки – с другой. Вы все помните, как Эстляндия предложила нам мирные переговоры, и, в то время как мирная делегация наша собиралась уезжать туда (это было в начале октября), эстонские полки ударили на Петроград. Сейчас, после того как они отброшены назад и мы подходим к Нарове, они ведут переговоры о перемирии. Латвия, Польша, Финляндия ведут в основе ту же политику с уклонением в ту или другую сторону. Мы сейчас, разумеется, как и в начале октября, готовы идти с ними на всякие переговоры. Вы знаете, что тов. Литвинов выехал сейчас для переговоров, которые могут получить очень серьезное значение. В Копенгагене он встретился с английским тред-юнионистом, его фамилия О'Греди. Это английский социал-шовинист, который играет роль агента империалистического правительства, но в то же время является тред-юнионистом, руководителем рабочей организации. Стало быть, это для английского правительства наиболее подходящий человек: с одной стороны, это агент правительства, с другой стороны, как бы рабочий вождь, от слов которого можно отказаться на том основании, что он сказал это не как представитель английского правительства. Таким образом, Англия нашла надлежащее лицо. Переговоры должны касаться только вопроса о заложниках и военнопленных, т.-е. повод не первостепенной политической важности. Ясно, что, вступив на путь этих переговоров, Англия преследует какую-то цель, ибо к судьбе заложников она до сих пор спокойно относилась, а теперь вдруг начинает интересоваться этим вопросом. Вам известно заявление Ллойд-Джорджа, которое заменило заявление Черчилля.

Черчилль является представителем крайнего неистового крыла английских империалистов. Это он говорил о четырнадцати странах, которые Англия мобилизовала против нас, предсказывал за неделю или за две неизбежное падение Петрограда. Это он, после того как Юденич пошатнулся, заявил, что скоро появится новый фактор, который восстановит равновесие под Петроградом. До сих пор этот фактор остается секретом лорда Черчилля, но его выступление было чрезвычайно характерно в период нашего плохого военного положения. Теперь Черчилль как бы замолкает, и на смену его выступает хитрейшая лиса Ллойд-Джордж, который сделал два-три в высокой степени выразительных заявления, сводившихся к тому, что он, якобы, остается при старом своем мнении или убеждении, что Советскую власть нельзя подавить оружием. Как это связать со всей прошлой политикой того правительства, во главе которого стоял Ллойд-Джордж, мы спрашивать не будем, но сейчас он это свое убеждение преподнес английскому парламенту. Мало того, в последнем заявлении, которое до нас дошло, он сказал, что Деникин захватил несколько десятков тысяч квадратных верст, но до сих пор еще не сумел создать там правильную государственную власть. Это прямое, так сказать, низложение не только Колчака, но и Деникина, отказ от дальнейшего военного сотрудничества с Деникиным, отказ ставить на его карту свою ставку. Для нас заявление Ллойд-Джорджа, конечно, имеет колоссальное значение. Перелом в политике английского империализма отражается сейчас же на поведении мелких государств, которые живут на нашей западной окраине. Они, правда, не склонны к добру по отношению к нам, но сами по себе они неспособны на большое зло. Разумеется, они никогда не откажутся урвать у нас клок земли или город. Так, заводя переговоры о перемирии, они попытались налетом захватить Двинск, но были вышиблены оттуда два дня назад.

Таким образом вопрос о Западном фронте не имеет сейчас самостоятельного военного значения, но на нем отражается все наше мировое положение, на нем мы, так сказать, подводим баланс наших побед и неудач. Западный фронт является нашим окном в Европу в сторону империализма. Военное положение в высокой степени благоприятно, оно изменяется все более и более в нашу пользу, – в соответствии с этим изменяется в нашу пользу и международное положение.