– Да, но чем же я смогу помочь? Вы  ведь говорили, что у меня ничего не получается.

– Непосредственно в обряде вам участвовать ни к чему. Но есть моменты, о которых вы должны быть в курсе. Единственное что знает, Мария, так это каста, к которой тот относится. Иллюзион – его самое главное оружие, а потому помогите ей не потерять в предстоящем обряде рассудок. Моей хозяйке потребуется якорь – удерживающий её в реальности и я прошу именно вас стать им для неё. Все те писания о том, что во время изгнания рядом с экзорцистом присутствуют святые – сплошная чушь, придуманная для того чтобы священникам и экзорцистам было не так страшно. На самом же деле это бой один на один. Чья воля будет сильнее – тот и победит. Прежде я ещё никогда не волновался за Марию, потому как та всегда оставалась собранной и хладнокровной, но теперь же всё иначе. Она не спала уже несколько ночей, так что не удивительно, что когда речь зашла о человеке, которого мы всё это время искали, Мария, словно с ума сошла.… Боюсь, что эта тварь всё-таки сможет вывести её из равновесия или, того хуже, довести до безумия. А из-за того что оно не влечёт за собой гибели, я окажусь бессилен чтобы вмешаться и тогда…

– Ты волнуешься за неё? – не повел Филипп собственным ушам.

– Не стоит обольщаться, – отвернулся Михаэль, потупив взгляд на окружающей его тьме. – Не приписывайте мне подобные добродетели, не зная причин моих слов. Если она умрёт, то я не смогу получить желаемого.

– А как же мальчик, которого ты спас сегодня? Тебе и с него есть польза?

– Конечно, и заключается она в том, что благодаря этому, мне поверили вы, святой отец, и до сих пор продолжаете иметь с нами дело.

– Верно, так и есть, именно это заставило меня сделать вам поблажку. Хитро демон.

– Вот, – усмехнулся Михаэль – вы уже стали куда лучше понимать нашу суть. Похоже, эта встреча и для вас не проходит даром, а теперь послушайте внимательно. Как и в прошлый раз, он будет показывать Марии все её страхи и сомнения. Тем самым, не давая возможности закончить ритуал. Ваша же задача – говорить с ней или, куда лучше – разбивать все его иллюзии, но для этого будет мало просто её в них разубеждать. Ваши слова должны стать для Марии не пустой болтовней, а самой настоящей правдой, что станет достаточно серьёзной проблемой, если… – упомянув об этом, Михаэль вполне заметно напрягся. – Если он будет говорить обо мне. Ведь сейчас Мария подходит к своему приделу, подозревая меня в собственной корысти и во всех происходящих с ней тяготах.

– Но зачем мне это? – окликнул уходящего демона. – Зачем мне спасать жизнь той, кто по собственной воле стала проклятой?

– Потому что сейчас, она одна из тех, кто отделяет вас и многих других от преждевременной смерти.

– Святую воду, святой отец. Мне нужно очистить комнату.

– А ты уверена, что стоит начинать? – взглянул на Марию, что с самого утра показалась ему, сама не своя.

Чрезмерно замкнутой и отстранённой. Такой холодной, что казалось и вовсе неживой. Теперь, когда она стала так близка к желанному ответу, когда её поиски практически подошли к концу, казалось, что её собственная жизнь больше не имеет для неё значения. Не имело значения даже то, лжет ли этот демон или говорит правду. Из-за него она лишилась Михаэля и всё это только для того чтобы сейчас получить ответ…

– Филипп, я попрошу вас не вмешиваться в происходящее, а только помогать мне в чтении молитвы. Всё, что будет говорить Стефан, принадлежит лишь мне и только я, должна буду ему противостоять. Вам понятно?

– Вполне.

– Тогда приготовьтесь. Оба, – взглянула на болезненного вида парня. – Сегодня всё закончится, но для тебя это окажется невообразимо трудно. Предупреждаю сразу, когда демон покидает тело – это больно. Безумно больно. У некоторых даже останавливается сердце, но если ты будешь держаться до последнего, то всё может закончиться успешно.

– Я постараюсь, – слегка улыбнулся Стефан, от чего его измученное лицо превратилась в перекошенную маску.

– Главное не бойся. Будешь бояться и я не смогу с ним справиться.

Увидев утверждающий кивок, Мария крепко затянула верёвку у него на запястьях, привязывая к кровати и, взяв принесённый с собой Гримуар «Clavicula Salomonis»[10], начала читать нужный раздел:

– Quam nisi quisque integram inviolatamque servaverit, absque dubio in aeternam peribit. Fides autem catholica haec est: ut unum Deum in Trinitate, et Trinitatem in unitate veneremur.

Словно находясь в трансе, Стефан пусто смотрел перед собой, после чего резко выгнулся, запрокинув голову, парня забило нервной судорогой, словно от электрического разряда. Гортань перехватило спазмом, изо рта выступила пена, и всё это безумие продолжалось ровно до тех пор, пока его бессвязные вопли, не приобрели вполне разборчивое созвучие.

– Милая девочка, какая же ты оказывается послушная, – растянулся демон в самодовольной улыбке.

– Появился, – насмешливо приподняла брови Мария.

– Как и обещал. Ну, надо же, как забавно, можно подумать у нас с тобой свидание. Если конечно не считать того перепуганного священника, что откровенно говоря третий лишний.

– Ну не думал же ты, что я приду к тебе совершенно одна? Возможно, в чём-то я и наивна, но не такая уж и дура, как ты считаешь.

– Хорошая девочка, очень хорошая… – снова рассмеялся демон, наслаждаясь возможностью заполучить в свои лапы подобную добычу.

– Neque confundentes personas, neque substantiam seperantes. Alia est enim persona Patris alia Filii, alia Spiritus Sancti: Sed Patris, et Fili, et Spiritus Sancti una est divinitas, aequalis gloria, coeterna maiestas, – его высокомерное самодовольство раздражало Марию

– Заткнись! Какая грубость вот так вот сразу разбрасываться молитвами в мой адрес.

– Говори, кто тот человек! Где мне его искать?!

– Наивная, неужели ты думала, что я вот так вот легко и просто раскрою перед тобой все карты? – происходящее откровенно забавляло его, не позволяя игривой улыбки покинуть искусанные губы. – Думала, прочитаешь этот бред, и я начну молить тебя о пощаде?

Словно невидимой волной, что-то сильное отпихнуло ее назад, ударив о стену. Перед глазами тотчас пробежали моменты из жизни. Были они настолько мимолётны, что Мария даже и не успела в них как следует разобраться, но для демона этого оказалось вполне достаточно.

– Как мило, – игриво склонил голову набок. – А я-то думал, что всё окажется куда сложней. Игра только началась девочка так, что не вздумай разочаровать меня.

– Neque confundentes personas, neque substantiam seperantes. Alia est enim persona Patris alia Filii, alia Spiritus Sancti: Sed Patris, et Fili, et Spiritus Sancti una est divinitas, aequalis gloria, coeterna maiestas.

– Больно! – восторженно расхохотался, болезненно сжимаясь от испытываемой муки. – Сколько же боли ты мне причиняешь! Как интересно, какое интригующее начало!

– Милая…

Услышав это, Мария тотчас обернулась на спокойный женский голос, следом за которым из темноты появилась тень, став приобретать  вырванные из сердца очертания. Стоящая перед ней женщина, была именно такой – какой она её помнила. Тоже лицо, волосы, одежда. Даже запах был всё таким же, как и два года назад.

– Красиво, – иронично усмехнулась девушка. – Да ты мастер своего дела. Интересно много ли людей попадается на подобные иллюзии?

– Милая…

– Ненужно. Моя мать мертва и я не столь глупа, чтобы поверить в эту дешевку.

– Помоги мне, – потянулась к ней женщина, извиваясь от адского пламени. – Почему ты помогаешь всем кроме нас? – взвыла, словно раненый зверь. – Мы же твоя семья! Я, отец и мальчики, мы все страдаем! Почему ты предала нас Мария?!

– Да брось же! – раздражено выдохнула Мария. – Этим фарсом ты бы мог обмануть какого-нибудь неопытного служку, ну уж никак не меня. Ни одна мать не стала бы называть своё дитя именем, которым её окрестил демон! К тому же, мои родители не просто убиты, их отдали в жертву демону!