- Кто вы такие и что вы себе позволяете? - кричал Баллер, пытаясь вырваться из моих рук. - Я позову товарищей, и вас линчуют!

- Не шутите так, любезный, а то, не ровен час, судья Линч доберется и до вас. И не вздумайте звать на помощь. Чем громче вы будете кричать, тем сильнее я буду сжимать вам горло, - с этими словами я так стиснул пальцами его шею, что негодяй обмяк.

- Больше ничего нет, - разочарованно произнес Бернард, обшарив все углы шалаша.

- Отпустите меня и верните часы, - потребовал снова расхрабрившийся Баллер.

- Не торопитесь, нам с вами спешить некуда. Позвольте, я придержу вас еще на несколько минут, пока мы не решим, что с вами делать. Что ты думаешь по этому поводу, Бернард? - Он украл часы и должен их вернуть.

- Но не только. Он вернет нам и часы и письма даром.

- Даром? Как так?

- Очень просто. Кроме часов и писем, он вернет нам еще пятьдесят восемь долларов. Мы не звери и ограничимся этим легким наказанием. Выверни ему карманы. Смелее, я его держу!

Как Баллер ни сопротивлялся, мы отняли у него деньги, которые он выманил у нас же, после чего я отпустил мошенника. Почувствовав себя свободным, он опрометью выскочил из шалаша и помчался к трактиру.

Мы пошли за ним и еще издали услышали крики и брань. Пришлось ускорить шаг. Наши лошади стояли у коновязи, но Боба нигде не было видно.

Переступив порог, мы оказались в гуще сражения. В углу стоял Виннету, одной рукой он сжимал горло Баллеру, а другой, в которой поблескивало серебром его знаменитое ружье, удерживал на почтительном расстоянии наседавших на него старателей. Рядом с ним сражался Сан-Иэр. Хуже всех приходилось Бобу: в схватке он выронил ружье и теперь яростно размахивал кулаками.

- Не стреляй, Бернард! Бей прикладом! - приказал я и бросился в самую гущу.

Спустя минуту негр снова держал в руках свое ружье и, как выпущенный из клети тигр, бросился на врагов.

- Чарли! - воскликнул Сан-Иэр. - Теперь мы им покажем, где раки зимуют! Бей их томагавком, но только плашмя!

Я послушался совета опытного вестмена. В воздухе сверкнули наши страшные боевые топоры, несколько противников медленно осели на пол, остальные выбежали за дверь.

- Что у вас случилось? - спросил я, переводя дух.

- Представьте себе, мы сидим, мирно беседуем, и вдруг к нам врывается этот мерзавец, - Сэм указал на Баллера, все еще трепыхавшегося в стальных тисках Виннету, - и кричит, что ты украл у него часы. А я, вот ведь незадача, терпеть не могу, когда хотят линчевать моих друзей. Скажи мне, это правда, что ты его ограбил?

- Представь себе, правда, - так же в шутку ответил я. - Он украл у брата Бернарда часы и письма, а я отнял их у него.

- И ты отпустил его на свободу? В конце концов меня это не касается, зато касается, и очень, то, что он натравил на нас здешний сброд. Придется его наказать.

- Неужели ты его убьешь, Сэм?

- Он не достоин смерти от моей руки. Виннету, присмотри за дверью.

Апач встал у входа с двустволкой на изготовку, а Сэм, укоризненно покачивая головой, подошел к сжавшемуся от страха Баллеру.

- Мальчик! Очень некрасиво грозить веревкой честным и славным вестменам. Ты дурно поступил, и я должен наказать тебя для твоего же блага. - С этими словами он ударил Баллера по голове, и тот рухнул на пол. - А где же наш любезный хозяин? Ах, вот он! Подойдите поближе, мы желаем посмотреть на вас.

Хозяину, видимо, пришлось не по душе приглашение вестмена, но он повиновался.

- Надеюсь, что вы джентльмены, - заискивающе улыбнулся он, - и не отплатите неблагодарностью за мое гостеприимство.

- Гостеприимство? Я не ослышался? Вы называете гостеприимством цену в три доллара за бутылку дьявольской смеси?

- Я верну вам деньги!

- Оставьте их себе и перестаньте дрожать. Кто же будет в этой долине травить элем старателей, если мы изувечим вас? Пора уходить, пока на нас снова не насели.

- Масса Сэм хочет уйти и не наказать хозяина? - вдруг вмешался обычно смирный негр. Видимо, он не мог простить трактирщику страдания, которые ему причинил эль. - Тогда Боб сам знает, что сделать с хозяином. Сейчас ты будешь пить.

Он подал трактирщику бутылку и, угрожая ружьем, заставил выпить ее содержимое. За первой последовала вторая, третья, четвертая. После пятой негр сжалился над несчастным, который с гримасой отвращения глотал зелье собственного изготовления.

- Ха-ха-ха! - радовался Боб, глядя на бледного и икающего хозяина. Теперь он носит в животе на пятнадцать долларов яду!

Ничто более не задерживало нас в долине, и мы, вскочив на лошадей, покинули негостеприимный трактир. У его ворот уже стояло несколько человек с ружьями, однако они не решились задержать нас силой. Пустив коней вскачь, мы вскоре добрались до берегов Сакраменто, где уже можно было не опасаться погони разъяренных поражением старателей.

- Давайте остановимся на десять минут, - предложил Бернард. - У меня до сих пор не было времени прочесть письма Аллена.

Мы спешились и сели на траву. Бернард вскрыл конверты и быстро пробежал глазами письма.

- Это два последних, - сказал он. - Аллен жалуется, что мы ему не отвечаем, и пишет, что собирается уезжать. Послушайте: "... мои дела идут лучше, чем я ожидал. Золотой песок и мелкие самородки я отослал с доверенными лицами в Сакраменто и Сан-Франциско, где получил за них много больше, чем заплатил сам. Таким образом я удвоил сумму, которую привез с собой. Однако на днях я собираюсь покинуть Йеллоу-Уотер-Граунд, так как здесь не осталось и четвертой части того, что добывалось раньше, к тому же дорога стала столь опасна, что я больше не отваживаюсь высылать золото с нарочными. Судя по некоторым признакам, грабители намереваются нанести мне нежданный визит, поэтому я хочу исчезнуть отсюда внезапно, чтобы они не сумели выследить меня. Со мной будет более ста фунтов золота, и я отправлюсь в долину Шорт-Ривулет, где, как говорят, открыли новое богатое месторождение золота. Если все будет так, как я предполагаю, то там я за месяц заработаю больше, чем здесь за четыре. Оттуда я направлюсь через Линн в Гумбольдтхейвн...

- Итак, Аллен действительно отправился на Шорт-Ривулет, - заметил Сэм. - Интересно, как Морганы пронюхали об этом?