Мень Александр

Об анонимной 'характеристике'

Александр Мень

Об анонимной "характеристике"

В связи с полученной Вашим Высокопреподобием анонимной "Характеристикой" моих взглядов и церковнослужения имею сообщить Вам следующее. Вот уже несколько лет неизвестное лицо время от времени присылает мне обличительные послания в весьма агрессивном тоне. Подписи автора обычно не стояло. Лишь один раз он назвался Петром Ивановым и дал обратный адрес: Главпочтамт, до востребования.

Как мне стало известно, эти опусы были включены в нелегальные рукописные сборники и журналы. Судя по стилю и характеру обвинений, я нисколько не сомневаюсь, что и данное широковещательное обличение, адресованное к ведущим иерархам Русской Православной Церкви и представителю гражданской власти, исходит от того же человека. Только теперь он уже говорит от лица "верующих Русской Православной Церкви", хотя странно, что простые верующие располагают такими зарубежными изданиями, как "Посев", и цитируют (с точностью до страницы) эмигрантскую литературу (да и к тому же слово Бог пишут с маленькой буквы).

Теперь - по существу вопроса.

I. Анонимный автор изобличает меня в "католицизме" и приводит в доказательство ряд аргументов.

1) Некоторые мои работы были опубликованы (за последние 17 лет) католическим издательством. Но эти работы, когда я их писал, для него не предназначались. Публикация их объясняется тем, что цель этого издательства - "содействие взаимопониманию между католиками и православными" (М. Э. Поснов. История христианской Церкви. Брюссель, 1965, с. 8). Подобная цель не может рассматриваться как вредная для Государства и противоречащая Православию. Русская Православная Церковь постоянно молится "о соединении всех" и уже давно осуществляет сотрудничество и собеседования с римо-католиками (см. Русская Православная Церковь. М., 1980, с. 170-171). В рамках этого диалога, проходящего во имя мира и взаимопонимания, также в виде акта доброй воли, издательство и печатало не только своих, но и многих православных авторов (еп. Феофана, еп. Игнатия Брянчанинова, архиеп. Луку Войно-Ясенецкого, прот. Никольского, Арсеньева, Поснова; Типикон, православный Акафистник, труд еп. Вениамина Милова и др.). В свете этого я и воспринял публикацию некоторых моих работ видя в ней элемент одобренного нашей Церковью и полезного для Церкви диалога.

Пока основная моя работа по истории религий не была завершена, я не ставил имени автора (псевдонимы даны не мной, а редакцией). Должен отметить, что книга о богослужении выходила по частям в ЖМП (1960, ЭЭ 1, 7, 8, 9, 11; 1961, ЭЭ 1, 2, 4, 5) и почти полностью в "Голосе Православия", 1976, Э 7). Мое собственное первоначальное заглавие было: "Православное богослужение, его строй, символика и смысл". Оно было изменено издательством на "Небо на земле" (название, взятое из православного источника - митр. Вениамина Федченко). Не соответствует действительности то, что книга вышла при моем "непосредственном сотрудничестве". Достаточно указать, что фотографий к ней я не прилагаю. Поэтому естественно, что редакция взяла снимки (правда, далеко не всюду) со своих храмов (чем особенно возмущается автор "Характеристики").

2. Я не вижу ничего преступного в употреблении термина "Восточная Церковь", тем более, что из контекста ясно, что речь идет о Церкви Православной. Аноним считает, что, описывая чинопоследование Литургии, я должен был говорить не о "предстоятеле" вообще, а назвать по имени Святейшего Патриарха. Но я употребил общую формулировку лишь потому, что в книге речь идет о службе в любой из Поместных Православных Церквей.

3. Характеризуя мои работы, аноним пишет: "Все эти книги имеют миссионерскую направленность и прямо или косвенно проповедуют католичество в его униатской форме". Я решительно отклоняю такое обвинение. Во-первых, я никогда не одобрял унии. Во-вторых, автор, видимо, не удосужился даже просмотреть мои книги. Почти все они посвящены вопросам Основного богословия и истории религий. Как же можно проповедовать католичество в трудах по индийской мистике, пророкам, греческой философии или религии древнего Египта?

4. К изданию униатского молитвенника я не имею ни малейшего отношения и даже не знал о нем, хотя аноним делает из меня чуть ли ни его составителя.

5. С полной ответственностью перед Богом и людьми я свидетельствую, что среди людей, которые являются действительными моими прихожанами, не существует "группы лиц, которая исповедует католицизм". Это абсурд. Если бы такие люди и появились, они должны были бы покинуть мой (и любой другой) православный приход. Если же кто из верующих бывает в городах, где есть много инославных храмов, то они посещают их как туристы и как люди, знакомящиеся со службами других конфессий.

6. Я не благословлял, как уверяет мой обличитель, и не мог благословлять переход в инославие, в частности и потому, что я всегда был принципиальным противником решения межконфессиональных проблем путем "личных уний" и прозелитизма.

7. Анонимщик даже уверяет, что я входил в "самочинное общение с католической иерархией". Ни одного инославного иерарха я лично не знаю. Все это чистый вымысел.

8. Мое отношение к диалогу между христианскими исповеданиями ни на йоту не расходится с общепринятым в Православии. Напомню слова, сказанные Святейшим Патриархом Пименом о таком диалоге: "Мы верим и знаем, что встречи эти, которые привлекают внимание чад Римской Католической Церкви и Православных Церквей и вызывают интерес в христианской экумене, представляют собой вклад в развитие между нами братского взаимопонимания, совместного утоления нужд человечества и среди них мира и справедливости между народами, и венца всех христианских подвигов и добродетелей - любви" (Пимен, Патриарх Московский и всея Руси. Слова, речи, послания, обращения. М., 1977, с. 307).

На страницах наших церковных изданий и в деятельности наших иерархов и богословов мы постоянно находим верность этим словам, большую широту и братскую веротерпимость. Эта широта проявляется и в совместных молитвах (напр., во время Рождества и Пасхи), в участии нашей Церкви во ВСЦ. Дух мира и взаимопонимания дорог и мне как рядовому священнику. Именно таков мой мнимый "католицизм". Повторяю: то, что я кого-то якобы "благословлял" на отпадение и даже "руководил" им, как заверяет аноним, - чистая ложь и клевета, исходящая от человека, который питается необоснованными слухами и дезинформацией. Недостойным приемом является и намек на мое "влияние" на о. Г. Якунина. Если уж автор "Характеристики" так много обо мне знает, он должен был бы знать, что, хотя я учился и дружил с о. Якуниным лет 30 назад, я не вдохновлял его известной деятельности и не принимал в ней никакого участия.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: