Филип ПУЛМАН

ОДНАЖДЫ НА СЕВЕРЕ

Однажды на севере _1.jpg

Однажды на севере _3.jpg

Однажды на севере _4.jpg
Потрепанный грузовой воздушный шар вылетел из шторма над Белым морем, быстро теряя высоту и качаясь  в сильном северо-западном ветре, а в это время пилот обрезал лопасти и пытался отрегулировать газовый вентиль. Пилот был худощавым молодым человеком с большой шляпой и тонкими усами, в настоящее время он направлялся к базе компании Баренцева моря, координаты которой были записаны на порванном клочке бумаги, прикрепленном к нактоузу гондолы. Он мог видеть, что база расположена около небольшого порта впереди группы административных зданий, ангара, склада, мастерских, цистерн с бензином и различного газового оборудования. Все это приближалось с невероятной скоростью, и пилот должен был немедленно внести корректировки во все, чем мог управлять, чтобы избежать столкновения с крышей ангара и достичь открытого пространства за складом.

Газовый вентиль застрял. Нужен был гаечный ключ, но единственным подручным инструментом был старый грязный револьвер, который пилот вынул из кобуры на пояснице и бил им по вентилю до тех пор, пока тот внезапно не поддался, выпустив больше газа, чем было нужно. Воздушный шар осел, внезапно накренился и нырнул вниз, заставляя броситься врассыпную группу мужчин, обступивших сломанный трактор. Гондола врезалась в землю, отскочила и потащила оставшийся позади полупустой воздушный шар по незастроенному пустырю, пока наконец не остановилась всего в паре метров от цистерны с бензином.

Пилот осторожно отпустил веревку, за которую держался, поразмыслил, как лучше подняться на ноги и только после этого, отодвинув ящик для инструментов и вытерев масляную воду, которая успела попасть ему в глаза, осторожно встал.

— Ну, Эстер, похоже, что мы начинаем осваиваться, — сказал он. Его деймон, который был похож на маленького злобного американского зайца, щелкнул ушами, высвобождаясь от нагромождения различных приборов, теплой одежды, сломанных инструментов и веревки. Все это было насквозь мокрое.

— Мои чувства слишком глубоки, чтобы описать их, Ли, — сказала она.

Ли нашел свою шляпу и вылил из нее всю дождевую воду прежде, чем надеть на голову. Затем он обратил внимание на наблюдавших за ними мужчин возле трактора. Ими были два работника газового завода, один закрывал руками голову, ошеломленный внезапным спасением; другим был изумленный клерк в рубашке с длинными рукавами, стоявший в дверном проеме административного здания.

Ли весело помахал им и развернулся, чтобы привести в порядок то, что осталось от воздушного шара. Он гордился этим воздушным шаром. Он выиграл его, играя в покер, за шесть месяцев до этого, в Техасе. Ему было двадцать четыре года, он был готов к приключениям, и счастлив летать везде, куда бы ни занес его попутный ветер. Эстер напомнила ему, что пора взяться за работу; он не собирался лететь куда-либо еще.

Унесенный случайными ветрами, с небольшой помощью первой части изодранной книги под названием Элементы Воздушной Навигации, которую его противник по игре в покер добавил бесплатно (вторая половина отсутствовала), он дрейфовал в Арктику, останавливаясь везде, где можно было найти работу, и в конечном счете приземлился на этот остров. Нью Оденсе был похож на место, где была работа, а карманы Ли почти совсем опустели.

Он работал в течение часа или двух, чтобы привести шар в порядок и затем, изображая равнодушие, свойственное королю воздуха, он побрел к административному зданию, чтобы заплатить за хранение воздушного шара.

— Вы прибыли сюда за топливом? — осведомился клерк за прилавком.

— Он прилетел сюда для того, чтобы взять несколько уроков полета, — сказал человек, сидящий у камина, медленно потягивая кофе.

— О, да, — сказал клерк. — Мы видели, как вы приземлились. Впечатляюще.

— Какое топливо у вас есть? — спросил Ли.

— Ах, — сказал клерк, подмигивая, — все в порядке, вы нас разыгрываете. Я оценил ваше чувство умора. Вы ничего не слышали от меня о какой-либо нефтяной лихорадке. Я мог сказать, что вы хам, но я не скажу ни слова. Вы работаете на Ларсен Мангэнез?

— Я — аэронавт, — сказал Ли. Именно поэтому у меня есть воздушный шар. Вы собираетесь дать мне квитанцию?

— Пожалуйста, — сказал секретарь, проштамповал квитанцию и передал ее.

Ли сунул ее в нагрудный карман жилета и спросил:

— Что такое Ларсен Мангэнез?

— Крупная горнодобывающая компания. Вы богаты?

— Похоже на то?

— Нет.

— Ну вот, вы сами разобрались во всем, — сказал Ли. — Есть еще что-нибудь, что я должен узнать прежде, чем пойду и потрачу все свои деньги?

— Таможня, — сказал секретарь. — За главными воротами.

Ли нашел таможню и офис налогового управления достаточно легко и заполнил форму, инструктируемый молодым, но строгим офицером.

— Я вижу, что у вас есть оружие, — заметил офицер.

— Это противозаконно?

— Нет. Вы работаете на Ларсен Мангэнез?

— Я нахожусь здесь всего пять минут, а вы уже второй человек, который спрашивает меня об этом. Я никогда не слышал о Ларсен Мангэнез до того, как приземлился здесь.

— Удачно, — сказал таможенник. — Откройте свою сумку, пожалуйста.

Ли предоставил сумку и ее скудное содержимое для осмотра. Эта процедура заняла около пяти секунд.

— Спасибо, мистер Скорсби, — сказал служитель. — Было бы неплохо помнить, что единственным истинным представительством закона здесь, на Нью Оденсе, является Управление таможни и доходов. Здесь нет никакой полиции. Это означает, что если кто-то нарушает закон, то мы разбираемся с ним, и, позвольте мне заверить вас, делаем это без колебаний.

— Рад слышать, — сказал Ли. — Я постараюсь не нарушать ваши законы.

Он закинул сумку на плечо и отправился в город. Был конец весны, снег был грязен, а дорога изрыта выбоинами. Здания в городе были построены в основном из дерева, которое, должно быть, было завезено, так как остров не был богат деревьями. Единственными исключениями, которые Ли мог заметить, были здания, построенные из какого-то темного камня, который делал атмосферу в центре города скучной и в некотором смысле гнетущей: угрюмого вида часовня, ратуша, и банк. Несмотря на разбушевавшийся ветер, запахов в городе было предостаточно, в основном благодаря промышленным производствам: здесь были очистительные заводы для рыбьего жира, тюленьего жира и нефти, была кожевенная фабрика и завод по засолке рыбы. Различные испарения от всех них с жаром атаковали нос Ли и его глаза, когда ветер принес их аромат на узкие улочки.

Но самым интересным здесь были медведи. Впервые, когда Ли случайно увидел одного, пытавшегося, неуклюже сгорбившись, выбраться с аллеи, он не мог поверить своим глазам. Гигантский, покрытый мехом цвета слоновой кости, бесшумный: абсолютно невозможно было понять, о чем он думает, но нельзя было не заметить огромную силу в этих конечностях, этих когтях, этом выражении нечеловеческого хладнокровия на лице. Дальше в городе было гораздо больше таких же существ, они собирались в небольшие группы на углах улиц, спали в переулках и иногда работали: тянули телеги или поднимали каменные блоки на стройплощадке.

Горожане не обращали на них внимания, за исключением тех случаев, когда огромные животные преграждали им дорогу на тротуаре. Ли заметил, что они старались даже не смотреть на них.

— Люди хотят притвориться, что их нет, — заметила Эстер.

По большей части медведи игнорировали людей, но несколько раз Ли видел выражение угрюмого гнева в паре маленьких черных глаз, или слышал низкое и быстро подавленное рычание, чтобы освободить дорогу хорошо одетой женщине, с надеждой ожидающей своей очереди. Но и медведи, и люди расступались, когда несколько мужчин в темно-бордовой униформе прогуливались по центру тротуара. У них были пистолеты и полицейские дубинки, и Ли предположил, что они из Таможенного управления.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: