— Эти Несущие Слово совершают непростительную глупость, — заметил Мхотеп. — Они считали, что мы убежим, словно трусливые шакалы, но они добились лишь того, что разбудили ярость Просперо! Мистер Кронос, направьте нас на его корму. Орудиям правого и левого борта приготовиться к шквальному залпу!

«Убывающая луна» резко повернулась, словно пыталась принять вертикальное положение перед «Яростной бездной». На корабле Несущих Слово никак не отреагировали на этот маневр, и перед сильно потрепанным крейсером оказалась плоско срезанная корма.

Броня корабля предателей была отмечена глубокими царапинами, свидетельствующими о работе лазерных батарей «Гневного». Между двумя судами, обменивающимися ударами, будто фейерверк, метались рубиновые лучи лазеров, беззвучные вспышки энергетических щитов отмечали каждый попавший в цель залп.

На «Убывающей луне» все еще гремели последние взрывы, но оружейные люки обоих бортов открылись, и оттуда высунулись короткие массивные стволы пушек. Позади сновали блестящие от пота фигуры артиллеристов, доставляющих снаряды к огромным орудиям и жаждущих отомстить за своих погибших. Чтобы поддержать ритм, они пели хором: одна строфа, чтобы достать снаряд со специального стеллажа, вторая — чтобы уложить его на место, третья — чтобы закрыть затворную крышку.

С капитанского мостика поступил сигнал открыть огонь. Старшины орудийных расчетов молотами ударили по пусковым кнопкам, и по всем палубам корабля раскатился грохот.

Реактивные снаряды разогнали тучи обломков, летавших между двумя судами, а через долю секунды мощные взрывы оставили на вражеской броне глубокие выбоины.

На капитанском мостике «Яростной бездны» царило спокойствие.

Задкиил был доволен. Его корабль-город, которым он правил, не поддавался панике.

— Мой господин, не пора ли нанести ответный удар? — спросил рулевой Саркоров.

— Пока еще рано, будем ждать, — ответил Задкиил, подавляя желание наказать противника. Он откинулся на спинку своего кресла и наблюдал за атакой «Убывающей луны». — Они ничего не смогут нам сделать.

— Ты будешь сидеть и терпеть все это? — возмутился стоявший рядом со своим лордом Рескиил.

— Мы добьемся своего, — бесстрастно сказал Задкиил.

На экране вспыхнули символы, обозначавшие десятки новых возможных контактов. Их траектории тянулись из пусковых шлюзов корабля, опознанного как «Неудержимый».

— Это истребители, сэр, — доложил Саркоров, наблюдавший ту же картину. — Суда эскорта приближаются.

Задкиил сосредоточенно всмотрелся в гололитический экран.

— Они намерены атаковать нас с разных углов, чтобы вызвать растерянность. И пока мы отвечаем на этот шквал, их истребители и корабли эскорта разорвут нас на части.

Задкиил все так же равнодушно оценил тактическую обстановку, и отблески дисплея осветили его невозмутимое лицо.

— И каким будет наш ответ? — спросил Рескиил.

— Мы будем ждать.

— Как же это?

— Будем ждать, — повторил Задкиил, и в его голосе зазвенел металл. — Верьте Слову!

Рескиил отступил на шаг назад. Он молча смотрел, как из орудий «Убывающей луны» вырывается пламя, и прислушивался к отдаленным раскатам взрывов на корме «Яростной бездны».

Звено истребителей «Неудержимого» в тесном строю прорвалось сквозь завесу обломков, образовавшихся при обстреле двух впередистоящих кораблей. «Убывающая луна» и «Яростная бездна» сцепились в Спиральном Танце, когда один из кораблей медленно кружит вокруг второго и обстреливает его из бортовых орудий. Как и многие другие понятия в космосе, Спиральный Танец имел свою легенду, и для опытного пилота сатурнианского флота он означал неизбежную гибель судна, если только оно не решится вырваться из смертельных объятий. В этом маневре, словно в древней трагедии, были и отчаяние, и смерть.

Десятиместные истребители, оснащенные пушками и нагруженные ракетами ближнего действия, пролетели мимо «Убывающей луны» и по принятому обычаю отсалютовали своим братьям. Они нацелились на «Яростную бездну». Командиры вели эскадрилью к огромному темно-красному кораблю, уже отмеченному царапинами и выбоинами после энергичных действий «Гневного». На зеленоватых светящихся дисплеях вспыхнули метки, обозначавшие стыки энергетических щитов, группы датчиков и отверстия вентиляционных шахт. Тактические когитаторы поймали цели и зажгли красные огоньки.

«Серебряный-3», управляемый пилотом второго класса Карнаганом Таалом, вышел на атакующий вектор и развил максимальную скорость. Через узкую смотровую щель Таал уже видел в перекрестье лазерных лучей дымящуюся от взрывов корму «Яростной бездны».

Он отдал приказ стрелкам навестись на орудийные люки «Яростной бездны», расположенные вдоль верхней оси корабля. Орудия правого борта повернулись, отыскивая цель.

Орудия левого борта остались неподвижными.

Пилот Таал повторил приказ по корабельной связи. Его второй пилот Руджел проверил линию, но не обнаружил никаких неполадок.

— Руджел, спустись в оружейный отсек и наведи орудия, — скомандовал Таал, рассудив, что до начала атаки еще есть время.

Второй пилот кивнул, отсоединил провода, привязывающие его к креслу и пульту, и развернулся.

— Сцил, что ты делаешь?! — услышал Таал изумленное восклицание второго пилота и обернулся, чтобы узнать, что происходит.

При виде офицера-комендора Карины Сцил с автоматическим пистолетом в руке он приоткрыл рот. Таал уже собирался приказать ей возвращаться на пост и навести орудия на цель, как вдруг Сцил выстрелила ему в лицо.

Шагнувший вперед Руджел получил два выстрела в грудь. Истекая кровью, второй пилот потянулся к кобуре.

— Так записано, — произнесла Сцил и еще дважды выстрелила ему в голову.

«Серебряный-3» продолжал полет по заданному маршруту. Сцил отправилась вниз, чтобы закончить свою работу.

— «Серебряный-три» сбит, — доложил офицер Артемис, дежуривший на пульте контроля истребителей.

Палуба для истребителей тянулась почти на треть корпуса «Неудержимого», и на ней размещалось множество тактических дисплеев.

Ворлов, лицо которого пожелтело от бликов многочисленных экранов, не придал полученному сообщению особого значения. Истребители нередко выходили из строя во время атаки. Для космоса это обычное дело.

Ворлов продолжал обход, предпочитая получать сведения из первых рук, а не выслушивать доклады, передаваемые на капитанский мостик. «Неудержимый» специализировался на перевозке истребителей, и капитан считал, что его место здесь, откуда звенья кораблей отправляются в бой. Его рулевой отлично мог справиться с управлением кораблем в отсутствие капитана.

— Заградительный огонь открыт? — спросил Ворлов у ближайшего наблюдателя.

— Еще нет, — ответила офицер, чей гладко выбритый череп опутывали провода, передающие информацию с пульта прямо в мозг.

— Но мы уже в зоне ответного обстрела, — заметил Ворлов и внезапно остановился. — Эй! А что же случилось с «Серебряным-три»?

Наблюдатель подняла голову от экрана:

— Неизвестно. Пилот пропал с дисплея. Возможно, несчастный случай с экипажем.

— Нестандартное донесение с «Золотого-девять», — доложил другой наблюдатель, согнувшийся над экраном. Он плотнее прижал один из наушников к голове и зажмурился, стараясь услышать как можно лучше. — Какой-то беспорядок на борту, сэр. Они нарушают боевой протокол.

— Отзовите их. Остальным приказываю немедленно докладывать обо всех аномалиях! — раздраженно распорядился Ворлов и тяжело оперся на трость. — В сатурнианском флоте служат лучшие пилоты истребителей в этом секторе Галактики. Они не могут просто так терять сознание во время боевого вылета.

— «Золотой-девять» покинул строй, капитан, — доложил наблюдатель. — Я слышал в рубке стрельбу.

— Немедленно выяснить, что, к черту, происходит, или я всех комиссую! — рявкнул Ворлов.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: