в моей душе рождал смятенье

и счастья робкие черты.

Влекомый тайною любви,

отвергнув призрачность сомнений -

я видел счастье всей Земли

в Твоём безудержном стремленьи.

Ты приближалась робко, мило -

боясь разрушить тайну грёз;

и я, влекомый нежной силой,

благословлял сиянье звёзд".

2.

"Зачем тогда я не проснулся?

Зачем я дал Тебе уйти?

Лишь на прощанье прикоснулся

к Твоей божественной груди.

Зачем я лгал себе и звёздам,

что Ты опять придёшь ко мне?

Зачем поверил этим грёзам

и полюбил Тебя во сне?

Ко мне Ты больше не вернулась,

и я забыл: что делать мне...

С тех пор я так и не проснулся

и до сих пор живу во сне.

Я до сих пор живу надеждой,

что Ты опять придёшь ко мне -

и будешь ласково и нежно

опять любить меня во сне".

Быть собой.

Что значит: "Быть самим собой"?

Не это ли? - скрепя презренье,

глупцу поведать разум свой

словами озаренья;

отдать рубаху бедняку,

врагу отдать кольчугу;

и вдруг в конце, на всём скаку,

спасти от бед подругу;

себя отдать и растворить

в несчастиях и бедах,

собою время озарить

в немыслимых победах.

"А может быть, самим собой

способен быть не каждый?

Им только искренний герой

становится - однажды?".

"Да! - говорю я, в страхе сущим, -

вы можете уйти.

Себя ж осилит - лишь идущий

по трудному пути.

Но и меж сильных не любой

способен зреть Свой Лик.

Никто не может быть Собой -

без жертвы, без любви".

***

"Когда мне грустно - я пишу,

наперекор судьбе и року.

Пером над низменным пороком

я справедливый суд вершу".

***

"Я от судьбы чего-то жду,

к чему-то разум устремляю.

И что-то делаю. Иду

куда-то; но куда - не знаю...

Ищу истоки приложенья

своих, собой не зримых, сил;

лишь дух свободного броженья

мне пополам с тоскою мил".

***

"Успех придёт. Придёт признанье.

Всё будет - счастье и покой.

Но только радость Созерцанья

достать ли мне когда рукой?".

***

Теплом мильонов тел согретый,

за Солнцем тянется росток;

и человечество планеты

с надеждой смотрит на Восток -

на мир добра, любви и света.

Их настороженные лица

хранят обиды страшных дел;

и за слезой слеза стремится -

на руки, падшие в труде.

Сомненьем, страхом, грустью полны

ручьи низложенной мольбы.

И стонут волны, бьются волны

о мрачный камень злой судьбы.

Но Солнце радости восходит,

смеясь над гордостью стены.

И к людям мужество приходит

с неполным комплексом вины.

И настороженные лица

с волненьем смотрят на Восток.

И робко мысль в глазах таится, -

наступит время - и поток

на стену гнёта устремится.

***

"Когда ещё всё спит вокруг,

прижавшись робко к сновиденьям;

и, описав по небу круг,

Луна вокруг роняет тени, -

я выхожу один во двор -

объятый страхом и смятеньем;

и, обратя свой к небу взор,

любуюсь призрачным сплетеньем -

сплетеньем сумрака и света,

надежд и разочарований...

Вот так в талантливом поэте

порой не видно дарованья, -

оно сплетаются с безсильем

в порыве творческой мечты;

и тщетным кажется усилье,

а мысли - робки и просты".

***

Ветер тучи собирая

меж землёй и небесами -

гонит их под парусами,

диким зверем завывая.

Гонит их неудержимо,

подавляя зов судьбы;

разрушая их мольбы -

безотчётно, одержимо.

И летят они над миром,

горько слёзы льют земле -

и теряются во мгле,

уносимые кумиром.

Вдохновенье.

"Я помню чудное мгновенье...".

А. С. Пушкин.

"О, это было дивное знаменье!..

В мой мир, среди безумной суеты,

пришло и поселилось вдохновенье,

собою осветив мои мечты.

Оно, блистая сотнями улыбок,

вокруг роняя нежность... и цветы,

мой мир, что был неопытен и зыбок,

объяло ореолом доброты.

Оно меня очистило от лени.

Распятый страхом, разум мой воскрес.

И мысли гордой вольное стремленье

разрушило судьбы всевышний крест.

Разрушило всё то, что было вздорным;

всё то, что порождало грязь и ложь.

В моих глазах растаял блеск топорный

и на глупца я больше не похож.

Во мне горит отныне жажда знаний.

И может я талантлив, как поэт.

Но где-то в глубине моих терзаний

сомнения стирают всё на нет.

"Во мне ли поселилось вдохновенье?

мои ли осветив во мне мечты?

Своё ли воспаляю я горенье?

и мне ли быть пророком доброты?".

Коль не моё - то чьё же то горенье?

Когда не я - то кто же будет петь?..

И я бы пел - презрев моё гоненье, -

когда бы мог в себе его презреть.

Когда бы мог быть аскетом свободы -

возвысившись над низостью страстей.

Когда бы мог душою быть с народом -

не восхваляя ханжества властей.

Тогда бы - "О божественная муза!" -

я на коленях славил бы тебя!..

Но ты слаба - а мир твой очень узок.

И я молчу - в безсилии скорбя".

Дуга 128.

(Из стихов А. Петрова, рождённых в его душе (по его пробуждении) под воздействием поэтических лучей А. Пушкина).

Милый друг.

"Милый друг, тобою полны

разум, воля и душа.

Тайных мыслей вьются волны

между нами не спеша.

Среди нежности и ласки

слышу шёпот губ твоих.

Счастье наше без огласки

мы поделим на двоих.

Всё, что нам дано с тобою,

мы навечно сохраним.

Ведь с безчувственной судьбою

можно справиться двоим.

Пусть судьба нас разлучила

и тоской полны сердца -

мы в награду получили

счастье, счастье без конца".

***