озаряя цветением лица.

Если ты в половодии грёз

устремила свой взор через вечность;

а сама в хороводе берёз -

как невеста в фате подвенечной.

А вокруг если праздник весенний

раскрывает объятья свои, -

всё наполнено счастьем, весельем;

всё искрится дыханьем любви.

Значит ты влюблена, и отныне

для тебя больше горечи нет.

И над мраком душевной пустыни

загорелся немеркнущий свет".

***

"Свою судьбу соединив с народом,

я счастлив тем - что: ни араб, ни грек, -

но тем, что щедрой волею природы -

я всей душою: русский человек".

***

"Свобода, равенство и братство

стяжали славу нам навек.

Вся наша сила и богатство -

тебе, грядущий человек.

Будь счастлив, верь, борись и властвуй,

верши грядущего черты.

Ведь жизнь поистине прекрасна,

когда к мечте стремишься ты.

Когда свободный разум внемлет

величью нынешних побед, -

душа, ликуя, видит землю -

освобождённую от бед".

Моя жизнь.

"Бурный поток моей жизни -

с гор юности

устремился в долину зрелости...

Много воды утекло с тех пор,

когда с одной из ослепительно скалистых

вершин

сорвалась

гигантская снежная лавина.

Сопровождаемая

страшным грохотом,

ослепительно-белая,

она несла в себе

заряд такой избыточной энергии,

что величественные олицетворения

неподвижности -

огромные глыбы

невежества,

заносчиво восхвалявшие

доселе

своё высоконравственное

постоянство,

при виде её безудержной

уверенности,

в ужасе срывались

со своих вековых убеждений

в пропасть ущемлённого

самолюбия.

И были они столь смешны

и нелепы

в своих неуклюжих движениях,

что гордая и заносчивая,

но ещё лишённая

высокомерного тщеславия,

снежная лавина

обегала их,

интуитивно чувствуя

опасность своего соприкосновения

с их неуклюжей инертностью.

Но чем дальше

судьба уносила её

от ослепительно-непорочной

вершины,

тем более утрачивала она

белизну

своей непосредственности.

Взаимодействие её

с шероховатой поверхностью

серой действительности

окрасило

нежную восторженную

новизну её восприятия

в серые тона

равнодушия и обыденности.

А жгучие жизненные лучи

растопили в ней

однозначность

первозданной определённости,

смешав в ней

разумную чистоту

воззрений

с безжалостной предопределённостью

деяний.

Утомлённая

длительной борьбой

с инертностью и ограниченностью

неподвижных

склонов юности,

лавина обратилась

в бурный поток...

И лишь теперь,

когда

бурный поток моей

жизни

устремился

в необозримые просторы

долины зрелости -

внешняя безудержность

сменилась в нём

внутренним равновесием.

Всё лишнее,

мешающее его движению

по тернистому руслу

опыта,

осело под тяжестью

собственного легкомыслия...

Да будет ему родным домом -

таинственная долина

зрелости".

Цена ошибок.

"О, юность! доверчивая и недоступная.

Как прекрасна ты -

в своей девственно-хрупкой

непорочности, -

когда

наивно-податливой

оболочки

твоего сознания

не коснулись ещё

грубые пальцы

житейской практичности;

а мир, окружающий

робкие устремления

твоего

восторженного созерцания,

полон ещё для тебя

таинственных красок

загадочного.

Как прекрасна ты, о, юность,

в этот миг

божественной чистотой

свершаемых ошибок...

Словно неопытный грибник,

с пустой кошёлкой

личного опыта,

проникнешь ты

в неведомую доселе для тебя

чашу человеческих отношений.

Огромная волна неведомого,

в этот миг,

захлестнёт, и без того падкое

до внешнего совершенства,

твоё не созревшее ещё

сознание -

ослепительностью

и многообразием

величественных форм.

И множество ошибочных троп

сменит

твоя,

истерзанная разочарованием,

восторженность;

а многообещающие -

великолепие и доступность

форм,

коими поначалу будет заполнена

кошёлка твоего личного опыта, -

не обнаружат в себе

столь же величественного

содержания, -

прежде чем ты,

неожиданно для себя,

не набредёшь

на понимание

равновесия

между

пленительностью внешних форм

и глубиною их внутреннего

содержания.

Но с этого момента

во всяком понимании тобою

красоты -

в твоём,

изощрённом уже

житейской мудростью,

сознании, -

помимо тебя,

неизменно будет присутствовать

практическая надобность

её для тебя.

И, свойственная юности,

объективное понимание

красоты -

растворится отныне

в субъективной пошлости

зрелых суждений".

***

"Стань великим!

И тебя проклянут твои враги.

Но это - не более,

чем обрести неудачи.

Стань ничтожным!

И от тебя отрекутся твои друзья.

Но это не более,

чем обрести одиночество.

Останься самим собой!

И тебя отвергнет твоя любимая.

Но это - не более,

чем обрести страдания.

Но если, перестав быть собой,

ты отречёшься от своих идеалов -

ты потеряешь веру в себя.

А это - более,

чем потерять жизнь".

***

Милое детство,

пушистый котёнок -

играет в прятки

со временем.

Глазки закроет,

будто и не видно его -

а хвостик шевелится.

Время его - и находит.

***

Лучше не достичь славы,

чем вернуться к безславию.

Лучше потерять любовь,

чем не иметь её никогда.

Лучше быть трижды безсильным,

чем направлять свою силу

против немощных.

Мы - материалисты.

Мы - материалисты.

Мы - дети эпохи.

В нас ещё не пробудилось

самосознание -

но мы уже предъявляем

свои права

действительности;

в нас ещё не пробудился

самоанализ -

но мы наблюдательны и точны

в подражании старшим.

Мы ласковы и нежны -

если щадят наше самолюбие.

Мы грубы и непослушны -

если попирают наше достоинство.

Во всём полагаясь

на собственные силы -

мы идём дальше,

нас породивших.

Мы - материалисты, -

поэтому первично всё -

что не замыкается на сознании.

Мы - дети, -

поэтому любознательны и наивны

настолько же -

насколько искренни и осторожны.

Мы - дети, -

и более расположены

к движениям тела -

нежели к движениям души.

Мы любим сказки.

Мы верим всему -