_ Брат Михаил, _ проговорил Серафим, _ ты видишь сквозь пространство и время. Мы действительно пришли к тебе с радостной вестью от наших Родителей. Автор и Отец наш с благословения Матушки нашей даровал тебе титул Автора и Отца этого мира - Нижнего мира Души его. Мы видим, что пребывание в этом мире, - в том качестве, о котором ты когда-то просил нашего Автора, - не прошло для тебя даром и сделало твои чувства огнеподобными; а мысли - излучающими свет. Это является важным качеством даже для мира чувств, - а в мире желаний это сделает тебя неуязвимым... Итак, готов ли ты принять на себя титул и обязанности Автора и Отца этого мира? и понести всю ответственность за судьбы всех обитателей этого мира?..

_ Я ждал этого, _ спокойно и уверенно проговорил Михаил. _ Я ведь когда-то сам просил об этом Отца. Но я никогда не думал о том, что Он даст мне в управление Свой мир... А почему Он послал ко мне вас с этой вестью? Разве Он не доверяет тем каналам, по которым я общаюсь с Ним?

Серафим и Ферапонт весело переглянулись между собой. Заметив это, Михаил тревожно спросил.

_ Я сказал что-то лишнее?

_ Просто информация, которую ты должен получить сегодня от Отца, _ серьёзно проговорил Серафим, _ настолько важна - что Он лично усилил канал твоего общения с Ним со своей стороны и прислал нас с братом Ферапонтом для усиления этого канала с твоей стороны. В том, что ты сегодня узнаешь от Отца, не может быть ошибки... Отец готов к общению с тобой и ждёт от тебя твёрдого решения... Итак, что ты говоришь Отцу: "да"? - или "нет"? Знай, что Отец не будет огорчён, если ты скажешь: "нет".

Некоторое время Михаил молчал, потом тихо спросил Серафима.

_ Можно ли мне прежде поговорить с Ним?.. _ Михаил пристально посмотрел на Серафима - и ужаснулся, - на него также пристально, но с какой-то непостижимой любовью смотрели глаза Отца; он всё понял - они запрещали ему одиночное общение с ним сегодня.

_ Но мы для этого и пришли... _ не выпуская взгляда Михаила из своего, уже более мягко проговорил Серафим.

_ Я говорю - "да"! _ твёрдо и с глубоким убеждением проговорил Михаил.

_ Тогда ты должен пройти по лабиринтам своей души, _ проговорил Серафим, жестом приглашая Михаила в огненные двери Храма Сердца Господнего.

До сих пор Михаил только догадывался о том - что таилось за этими дверьми. Много раз он привозил сюда людей (на своей Огненной Колеснице) и напутствовал их: верить всему, что они там увидят и услышат, - таков был наказ Автора (который являлся ему неоднократно в видениях (с тех пор, как он сознательно отказался от блаженств Верхнего мира - ради помощи оставшимся в Нижнем мире)). Но сам он ещё ни разу не входил в двери Храма. Ему было довольно того, что Автор был в его сердце; и Автору было довольно того, что Михаил верил Ему - как Отцу своему. Но теперь Михаилу суждено было самому стать Автором и Отцом для оставшихся в этом мире - и он (судя по всему) по замыслу Автора сам должен был пройти искус Суда Божьего в сердце своём.

_ А почему молчит брат Ферапонт? _ неожиданно спросил Михаил Серафима (заглядывая через плечо Серафима на Ферапонта), когда они уже подходили к дверям Храма. _ Я всегда знал его очень разговорчивым.

_ Он дал Автору-отцу обет молчания на всю эту жизнь, _ бережно и ласково обнимая Ферапонта за плечи, проговорил Серафим. _ Каждому из нас, его ипостасей, Автор-отец дал в управление свой мир - на земле или на небе Души. И каждый из нас принял его. Только Фанфарон испросил себе отсрочку на одну жизнь - чтобы очиститься от того, что ты довольно точно обозначил как "разговорчивость". Правда, сам он назвал это "болтливостью". И всю эту жизнь он вознамерился служить Автору-отцу во искупление своих перед ним прегрешений, - поэтому и имя его на эту жизнь: Ферапонт - что означает: "слуга"... Так ли, друг мой? _ обернувшись к нему спросил Серафим.

Ферапонт согласно кивнул. И Михаил поразился тем переменам, которые произошли с ним, - теперь это был: умудрённый молчанием и смирением, старец - но с юношеским ангелоподобным лицом. Михаил тревожно вздохнул - что-то и его ожидает за этими дверьми, - может быть, когда-нибудь и он станет подобным Серафиму и Ферапонту. Ему хотелось расспросить Серафима о других: Магдалине, Иоанне... Георгии... Но в это время Серафим уже входил в двери Храма - и Михаил, мысленно воззвав к Отцу о помощи, перекрестившись и поклонившись, вошёл в двери Храма...

Дуга 134.

Войдя в Храм вслед за Серафимом и Ферапонтом, Михаил остановился, изумлённый увиденным. Собственно, это был не храм в его традиционном виде. Казалось, пространство в нём не имеет предела - простираясь до безпредельности, - но в то же время оно было словно бы сжато Чьей-то Волей. Он был словно бы пуст - но в нём чувствовалось Чьё-то присутствие. Небеса внутреннего пространства Храма излучали золотисто-розовый свет. Но Солнце висело так низко, и излучало такой мягкий и тёплый свет; а горизонт был так сумрачен, - словно бы весь внутренний мир Храма затих в ожидании наступающей Ночи.

Прямо от дверей Храма в направлении Солнца начиналась сверкающая дорога. Звучала тревожно-торжественная музыка - в которой, на фоне биения Чьего-то Сердца, в свистящих и переливающихся космических звуках совершалось таинство преображения.

_ Что это?.. _ удивлённо проговорил Михаил... но тут он заметил, что оба его спутника, совершенно преображённые, замерли в тревожном ожидании. Теперь тела и одежды их излучали свечение, подобное огненному; а над головой каждого из них было некое подобие венца, излучающего ослепительный лучистый свет. Каким-то сторонним зрением Михаил на мгновение увидел и себя таким же, - но уже в следующее мгновение взор его переключился на Солнце - в котором он словно бы увидел Лик Отца. Музыка (звучавшая, казалось, из глубинных сфер самого пространства Храма) теперь напоминала какой-то мистический небесный танец едва рождавшихся и распадающихся чувственных форм (отчётливо видимых и едва уловимых для застывших в торжественном созерцании Михаила и его спутников) - в котором ваятелем, казалось, было само пространство.

Но в этой феерии света и музыки (где время, ощущая свою ненужность, словно бы застыло в ожидании) небыло никаких посторонних и небыло ничего случайного. Здесь совершалось таинство взаимопроникновения. Светлые и святые энергии Отца проникали в сердца Его детей, а их преображённые чувства устремлялись к Сердцу Отца. Это длилось довольно долго. И каждый из троих, созерцая что-то своё в Отце, видел одновременно и то, что созерцали другие. Из этого, незаметно для них, возникала светящаяся сфера - которая всё больше облекала их, расширяясь и заполняя всё внутреннее пространство Храма.

Михаил вдруг увидел - как в свете уходящего за горизонт Солнца появилась фигура Человека. Она была с детства знакома ему. И при виде Этого Человека - всё существо Михаила задрожало и затрепетало в радостном ожидании. Это был его Отец. Он услышал его призыв - и пришёл за ним, чтобы перевести его через Мост Времени: в страну вечного Лета и вечного Солнца.

И Михаил устремился навстречу Отцу - по светящейся дороге, уходящей к Солнцу.

Подойдя к Отцу, Сын склонился перед ним на одно колено. В руках Отца был венец, - подобный тому, что был на Нём Самом - но меньших размеров и излучающий менее яркий свет. Отец возложил его на Михаила, - и он, соединившись с тем венцом, что уже был на Михаиле, вдруг увеличился и вспыхнул более ярким светом. И хотя свет, исходящий от двойного венца Сына уступал Свету множественного Венца Отца - Он был во всём подобен Отцу, и во всей полноте нёс в себе Его Образ.

_ Пойдём, Сын, _ тихо и ласково проговорил Отец, _ Я покажу Тебе мир Твоих чувств: по образу и подобию которого Тебе предстоит перестроить мир твоих желаний и страстей - чтобы страсти твои возросли до твоих желаний, а желания твои возросли до Твоих чувств. Тогда Сам Ты возрастёшь до мира Твоих мыслей; и каждый из двух миров, подвластных Тебе, поднимется вместе с Тобой на одну ступень. Ты поступил мудро и ответственно - отказавшись когда-то перейти вместе с другими Моими детьми в мир Своих мыслей. Тогда миры: Твоих чувств, твоих желаний и твоих страстей - утратили бы свою связь с Тобой; и Сам Ты не имел бы власти над ними; и уделом Твоим было бы только Твоё сыновство во Мне. Теперь же, принеся Себя в жертву во имя спасения мира твоих желаний и твоих страстей, Ты обрёл право Отцовства над ними.