Иуда и сам об этом много думал - но, как и отец Исаакий, не мог дать ответа ни на один из подобных вопросов... Из всех подобных вопросов выходило, - что, либо Бог несправедливо устроил мир; либо, что дары Божьи есть награда за праведность... И второй вывод для Иуды был хуже первого. Ему легче было принять несправедливое устроение мира - как наказание за грехопадение прародителей человечества, Адама и Евы, - чем допустить, что отцы церкви, лишённые подобных даров Божьих - грешники; и не по праву заняли места в церкви, предназначенные для имеющих подобные дары... Эта догадка была самой страшной из всех, что приходили ему в голову. Он думал, что отцы церкви - выслушав Иисуса... (Которого они не хотели называть иначе - как: Этот Человек. Потому что имя: Иисус - и само по себе обозначает: помощь Божья, - а применительно к Этому Человеку (Который имел дар Божий: воскрешать умерших и исцелять больных - а значит: прощать грехи) оно должно было обозначать: Спаситель)... признают в Нём - Христа, Сына Бога Живого... Больше всего на свете Иуда жаждал именно этого, - что никто иной, как он, Иуда, убедит отцов церкви (а значит - и всё человечество) - в том, что именно Иисус есть Христос... Это было бы его, Иуды, личной победой... Он так надеялся на это... (Отцы и мужи церкви (предавшие Христа ещё до Его рождения) теперь были в кандалах своих заветов с дьяволом; ученики Христа ещё только рождались от Плоти и Крови Его; и на бой с дьяволом (царственно восседавшем на церковном престоле) вышел этот маленький мальчик (трагедия которого была в том, - что он родился прежде времени; и в нём Кровь Господня текла по жилам плоти церковной)... И что он мог противопоставить дьяволу (завладевшему душами отцов и мужей церкви) - только своё неискушённое сердце... Но может ли (даже самое чистое - детское) сердце, ещё не вместившее в себя Христа, выдержать этот неравный бой?.. И Господь, видя это и понимая - что ему не устоять против дьявольских хитросплетений, - невидимо стал рядом с ним, прикрывая его щитом Сердца Своего)...
Дальше они шли уже молча. Отец Исаакий обдумывал что-то своё; а Иуда погрузился в свои раздумья - пытаясь восстановить в памяти: все слова Этого Человека и все свои мысли о Нём.
Приближалась Пасха, - и ото всюду в городе слышались жалобные крики овец (которых в огромном количестве сгоняли в город к празднику) - предназначенных в жертву Богу за грехи человеческие; и безпощадные крики пастухов - не по праву занявших место пастухов стада человеческого (которым надлежало упасти его от этих "волков в овечьей шкуре").
Так было прошлый раз - когда душа того, кто был теперь Михаилом, была юна и неопытна, - и не устояла в схоластическом противостоянии с отцами церкви. Тогда они убедили его в том - что Христос, как Сын Божий, должен: родиться от одного из отцов церкви, стать первосвященником, совершить чудо, одолеть внешних врагов церкви, построить царство Божье на земле и принять престол из рук церкви, - и, следовательно, Этот Человек не есть Христос - а есть самозванец и лжесвидетель; а значит, он должен умереть - чтобы не быть соблазном для отцов церкви (которые вынуждены судить Человека - как Сына Божьего). Напрасно Иуда пытался убедить отцов церкви, что Иисус не называет Себя Сыном Божьим - а называет Себя Сыном Человеческим ("Тем более, _ говорили отцы церкви, _ Он не должен пророчествовать и исцелять - чтобы не вводить в соблазн народ"); напрасно Иуда пытался убедить отцов церкви - что дар этот Он получил от Бога ("Если Бог дал Свой дар Этому Человеку - то почему тогда, _ спрашивали отцы церкви, _ Бог не дал этого дара им, отцам церкви? _ и сами себе отвечали. _ Потому что этот дар Он получил не от Бога"); напрасно Иуда пытался убедить отцов церкви - что Иисус пришёл спасти не праведников, а грешников ("Грешники - слуги сатаны, _ отвечали отцы церкви. _ Этот Человек пришёл их спасти - значит Бог Его, которого Он называет Своим Отцом, сатана. Ты - Его ученик; значит и ты: слуга сатаны и сын дьявола. Твоё последнее доказательство хуже первого, _ говорили отцы церкви. _ Из первого выходило, что Этот Человек - самозванец и лжесвидетель, и подлежит суду Синедриона; а из второго выходит, что Этот Человек - сын сатаны, и подлежит смерти без суда. Итак, вот наше решение, - или ты отречёшься от Этого Человека и выдашь нам его - и получишь за это награду в десять... в двадцать... или даже в тридцать серебреников; или ты умрёшь, как слуга сатаны и сын дьявола - и будешь навеки проклят")... Это был последний (и самый страшный для Иуды) довод отцов церкви - который сломил его волю. Тогда они и предложили ему на подпись две хартии с клятвами, - одну - с добровольным отречением от Иисуса; другую - с добровольным подчинением отцам церкви... (Откуда было ему знать, - что пройдёт ещё один день - и Истина вознесётся на Небо, а ложь падёт в преисподню (и что он, Иуда, падёт вместе с нею)... И он подписал хартию с клятвой верности отцам церкви...
Теперь Михаил (преодолевший уже в себе ненависть отцов церкви к Сыну Человеческому, - а значит - и предательство Его Иудой) стоял на пороге Синедриона - полный решимости: победить в себе страх перед смертью и признать Иисуса - Христом; а рядом стоял его Отец (преодолевший уже в себе ненависть к Сыну Человеческому отца Исаакия, - а значит - и осуждение Его на смерть Синедрионом) - полный решимости: победить в себе страх перед вечной жизнью и признать Иисуса Христа - Сыном Человеческим...
Круг 44.
Дуга 138.
После встречи с Отцом своим (в подводном мире (страстей) своей Души), Михаил возвращался в мир желаний и чувств своей Души (Нижний мир Души Отца своего)... и далее - в мир мыслей (Верхний мир Души Отца своего)... уже другим человеком... И хотя тысячелетние окаменевшие страсти его (подобные скалам, - почти лишённые какой-либо жизни) - стали более сыпучими; а многовековые желания его (подобные пескам, - почти лишённые растительности; и потому не могущие прокормить немногочисленных животных (обитавших там) - вынужденных поедать друг друга) стали более плодородными, - чувства его (подобные степям, - наполненные травами; и потому могущие прокормить многочисленных животных и птиц, обитающих там) пребывали в ожидании благодатного дождя и новых семян (с небесной высоты райских садов его мыслей) - чтобы напоить этим дождём и наполнить этими семенами свои земли, и накормить своими сочными травами всех тварей стада своего и овец стада Господня...
То, что сообщил ему (в его видении) его Отец - было настолько важно, - что он оставил все свои прежние дела - и (не мешкая) приступил к тому главному Делу, которое теперь поручал ему его Отец. Он ещё не знал - как он Это будет делать; но он уже знал - что он будет делать. Это было удивительно и непостижимо - то, что теперь поручал ему его Отец. Должно быть, у кого-нибудь из его героев теперь захватывало дух от непостижимости неожиданного прозрения в Сердце Отца своего.
_ Господи, Отец мой... _ шептал Михаил слова молитвы к Отцу своему (вглядываясь в самую глубину своего сердца - в котором он явственно ощущал мерный ритм биения Сердца Отца своего), _ я не прошу у Тебя Власти Твоей и Силы Твоей, и Славы Твоей. Ибо нет человека, способного понести Это Бремя - хотя Ты (по Милости и Кротости, и Щедрости Своей) даёшь Его всякому, кто берётся понести Его. И я не прошу у Тебя Разума Твоего. Ибо нет человека, способного понести и Это Бремя - хотя и Его Ты (по Любви Своей) даёшь всякому, кто берётся понести Его. Но я прошу у Тебя: Господи, Отец мой - дай мне Смирения и Терпения Твоего. Ибо нет ничего страшнее в природе человеческой (равно как и в природе всех низших его тварей) - как несмирение и нетерпение человека временного и смертного перед Святой Волей Твоей и перед Вечным и Безсмертным Промыслом Твоим...
_ Не скорби, Сын Мой... _ слышал он в ответ слова Отца своего. _ Всё Моё - Твоё; от самого рождения Твоего. И нет ничего в мире, что может отнять Это у Тебя. От полноты радости Моей о Тебе - да воссияет Дух Твой: Властью Истины и Силой Любви, и Славой Добра. Ибо, в Этих Трёх и заключена Жизнь Твоя во Мне; как и Моя - в Тебе. Знай, Сын Мой: истинное Призвание Человека - в Смирении; а истинное Смирение Человека - в полноте Власти и Силы, и Славы Его... в Отце Своём...