Быстро отведя взгляд от родственника девушки, я побрел к лестнице, ведущей на второй этаж.

Возле нее кто-то схватил меня сзади за футболку, но тут же отпустил. Я обернулся. Это была не то что пожилая, а прямо-таки древняя женщина с ярким макияжем на измученном лице. Очень, может даже болезненно худая. Она смотрела на меня, сидя на стуле, закинув ногу на ногу, прикусив нижнюю губу и прищурив и без того сморщенные веки. Ее одежда и украшения идеально сочетались друг с другом. В этот момент каждая мелочь бросалась мне в глаза: темный короткий пышный парик, ухоженные ногти…

— Интересный случай. Я тебя раньше здесь не видела. Ты новенький? — начала женщина. Её речь была совсем не похожа на речь пожилого человека. Словно восемнадцатилетняя девушка в коконе с морщинками. — Принеси мне, пожалуйста, самого дорого напитка и несколько блюд на своё усмотрение, — она наклонилась и начала гладить мою руку.

— Извините женщина, но я не официант! — я отбросил её конечность и снова двинулся в сторону лестницы, однако старуха опять схватила меня за футболку, теперь намного грубее.

— Меня не интересует, кто ты. Даме захотелось напитка. И ты мне его принесешь!

— Даме? Вы забываетесь, женщина! Идите вы…

— Ой, госпожа Клавдия, приятнейшего дня вам, — вклинился в наш разговор Крэйг и сообщил с натянутой улыбкой: — Извините за грубость и глупость моего брата, он просто новенький.

— Крэйги, а у тебя есть брат? Не знала.

— Так чего вы хотели? Как всегда? — продолжал улыбаться Крэйг, пытаясь отвлечь внимание старухи от меня.

— Да, малыш, извольте, пожалуйста, — сказала ему женщина.

— Конечно, сию минуту, — «брат» взял меня за плечо и повел за собой, ворча сквозь зубы, чтобы я улыбался и молчал — для моего же блага.

Мы быстро отдалились от столика.

— Ты совсем головой не думаешь? Это же госпожа Клавдия с Верхнего Трактуса! Она владеет почти всеми запасами стоунов в Скайлене. Проблем не оберешься.

— Меня не волнует, кто она!

— Нет, сейчас ты замолчишь и сделаешь, что я скажу, иначе последствия будут плачевны. Для нас всех. Возьмешь напиток под названием «Орь» и принесешь ей, мило по улыбаешься и скажешь, что тебе нужно работать, но ты обязательно вернешься. Затем она протянет тебе свою руку — обязательно поцелуй её. Только без глупостей, Лео, я тебя прошу, — Крэйг вздохнул и почесал затылок. — Ты все понял?

— Орь? Понял…

— Да, Орь. Это один из лучших напитков Скайлена, он очень расслабляет. Лео, ты не подумай, что я это специально или как-то со зла. У этой старушки такое хобби — ходить по барам и «клеить» молодых смазливых парней. А откажешь ей, считай, останешься нищим на всю свою жизнь или вообще лишишься её — жизни.

Дядя дал мне Орь. Я изобразил улыбку на лице и через мгновение очутился возле столика старухи-извращенки.

— Вот Ваш напиток. Извините меня еще раз за мое дерзкое поведение. Я новенький в этом деле, но я быстро учусь, — я открыл стеклянную бутылку квадратной формы и налил зелье в бокал. — Надеюсь, моё поведение не отразилось на вашем настроении и дивной улыбке?

— Ой, да что вы юноша, не смущайте меня, — улыбнулась Клавдия.

— Правда, у Вас очень выразительные черты лица, которые придают выразительность Вашей улыбке, мадам.

— Спасибо, дорогой. Но, думаю, хватит меня смущать, лучше присядь и выпей со мной, — игриво посматривая на меня, сказала Клавдия.

— С удовольствием бы выпил, однако мне нужно работать. Но я обязательно вернусь к Вам.

— Буду ждать с нетерпением, — старуха протянула руку в мою сторону.

На каждом из пальцев были кольца. Я закрыл глаза и, не выдавая, что она кажется мне омерзительной быстро приложил губы к ее руке. Откланялся, снова улыбнулся и сразу же поднялся по ступенькам вверх на второй этаж.

У самого порога в комнату Евы я увидел, что дверь в помещение, где спят хозяева таверны, открыта. Посмотрел по сторонам и осторожно заглянул внутрь.

Внутри никого не было. Видимо, дверь просто забыли закрыть или отошли на несколько минут. Я подумал, что, может, найду здесь ответы. Первым делом я бросился к письменному столу: на нем было много бумаг со счетами, какие-то письма, чертежи, планировка расширения таверны… Затем я принялся осматривать ящики в столе. В одном из них я нашел пистолет. Зачем милому дедуле оружие в таверне? Странно всё это. Развернувшись, я заглянул в шкаф, но, кроме вещей и забавного головного убора в виде надувного шарика, не нашел ничего. На тумбочке возле кровати стояла рамка для фотографии. На снимке были изображены дядя, его жена, девочка лет пяти и… О, нет! Что он тут делает?! Четвертым на фотографии был наш загадочный таксист. Вот и нашлась та странная связь. Что бы это всё могло значить, неужели Смит с ним заодно?.. Но думаю, пока все подозрения нужно держать при себе, а при первом удобном случае рассказать всё Еве.

Тут я услышал шорох позади себя, а затем слабый скрип пола.

— Лео? Что ты здесь делаешь?

Это была Кассия. Она держала в руке письмо, похоже, какой-то документ. В окно мягко светили последние лучи заходящего солнца, и наши фигуры отбрасывали на стену темные тени.

— Дверь была открыта, и я решил, что здесь кто-то есть. Вот, зашел пообщаться. Я ведь так мало знаю вас всех, — я отвел взгляд в сторону. — А ты зачем сюда пришла?

— Это не имеет значения! Ты не должен здесь находиться, — на меня обрушился фонтан злости и непонятных криков.

— Прости, я не знал.

— Мне не нужны твои прощения! Уходи отсюда. Иначе сейчас будешь объясняться с хозяином таверны.

Кассия вела себя так, будто мы вообще незнакомы. Будто не было нашей совместной ночи и не менее яркого утра.

Я прошел мимо, глядя на нее, а она мяла в руке документ, не подарив мне своего взгляда.

Выйдя в коридор, я свернул к комнате Евы. Взялся за дверную ручку и потянул на себя. Дверь не поддалась. Несколько стуков — и я стою, ожидаю, пока мне кто-то откроет. Наверное, мы разминулись, пока я осматривал комнату Смита.

От этого места повеяло холодом, оно не вызывало у меня доверия. Добрые родственники Евы точно что-то таили за своим дружелюбием. Но зачем тогда им было нам помогать?

Каждая новая мысль заводила меня в очередной тупик. Нужно было найти Еву. «Она, должно быть, где-то внизу».

Вдруг, стоя на ступеньках, ведущих на первый этаж, я увидел, что Еву схватили десятеро вооруженных типов. При этом все годины в зале сидели бездейственно, словно ничего не произошло. Посетители таверны даже не потрудились посмотреть в их сторону. Напавшие на девушку стащили с нее очки и были шокированы увиденным. Наверное, как и я, впервые увидев эти глаза. Моя спутница сопротивлялась и пыталась вырваться. Но всё впустую — их было слишком много.

Приглядевшись, я увидел, что существа, схватившие Еву, похожи на тех, из пещеры Между Мирами, по крайней мере, на них были такие же черные майки с изображением сердца, такие же кровавые точки на щеках и странные бугорки на верхней части лба. Кажется, Ева называла их патрульными. Один из них стоял рядом с предателем Смитом и о чем-то у него спрашивал. В ответ предатель указал пальцем на второй этаж и закивал головой. Как же прогнил этот человек! Так поступить со своей племянницей, а также мной, своим соплеменником! Низко же пала его продажная душа.

Они пришли за мной. Это было очевидно, как и то, что я слишком слаб для борьбы с ними. Но я обязан был что-то сделать. Просто-напросто, я должен напасть раньше. Воспользоваться фактором внезапности. Я не могу вот так оставить Еву. И убегать мне всё равно некуда.

Вот я уже собрался с мыслями и силами. Составил в голове план, как буду нападать, хотя для меня это было дико и безрассудно: рисковать жизнью ради кого-то, ради девушки. Но она была очень дорога мне, с каждой секундой я ощущал это всё сильнее и сильнее. Я понял, что мне надо по пути подхватить со столов что-нибудь, подходящее для нанесения удара, и яростно ринуться на врага. Я шагнул, однако мое рвение поумерил раздавшийся сзади хриплый голос.