— Ты просто плохо ее знаешь. Давай не будем, хорошо? И не в акценте дело!

— Хорошо, хорошо. Я понял. А что это у тебя на руке? — с удивлением спросил я, увидев у него около локтя глубокую царапину.

— Да это я вчера ездил в гости к Мэри. Помогал ей чинить дверь в гараже и случайно наткнулся на острый угол.

— Что?! Ты еще с нею общаешься — после того, как она с тобой поступила?! — воскликнул я и задвигал бровями от удивления и возмущения. Мэри — бывшая девушка Эда, которую он застукал за изменой.

— Лео, ты же знаешь, что она осталась одна без родителей. Мне плевать, что она там натворила. Просто жалко ее, — Эд потупил взгляд, все сильнее сжимая бокал в руке.

— Оу, ну ладно. Все. Извини.

— Нет тебе прощения, — насмешливо сказал друг.

— Ах, вот так ты, да?

— Да ладно, Лео. Я шучу.

— Ха-ха! Да ты «юморист» оказывается.

— Твой сарказм здесь не уместен, мой друг.

— Хм… А где он уместен?

— Он уместен, когда ты «клеишь» цыпочек.

Я громко засмеялся, прикрывая рот ладонью.

— Что? «Цыпочек»? Ты их так называешь? — спросил я и вновь засмеялся.

— Ну, девчонок. Это ведь молодежный сленг! Лео, ты чего?

— Ничего-ничего. Ладно, пойдем лучше поближе к твоей новой пассии.

Мы оба выдвинулись в толпу.

— Друзья, спасибо всем за поздравления, а в частности спасибо моей сестре Анне, которая помогла организовать весь этот праздник, — сказала Сара и обняла сестру. — Анна, а ты нашла себе парня? Ты же уже готовая невеста, — насмешливо, с подозрительностью произнесла она, глядя при этом в мою сторону.

И тут я понял, до чего не вовремя подошел. А еще ее дурацкий акцент не позволял мне сдержаться. После слов именинницы я громко засмеялся. Я не придал особого значения словам об Анне, просто меня развеселило произношение Сары. Но со стороны это выглядело совсем по-другому.

В комнате резко воцарилось молчание, и все уставились на меня и на Анну, которая едва сдерживала слезы. Все знали об ее симпатии к моей персоне. И тогда мне захотелось им объяснить, что смеялся я не из-за намеков, что я — парень Анны, а из-за дурацкого акцента. Мысленно перебрав варианты оправданий, я понял, что получится еще нелепее, если скажу, что хохотал из-за говора Сары.

Анна сорвалась с места и в слезах выбежала на улицу. Я же остался стоять, и мне было до такой степени неудобно, как бывает неловко малышу, которого ненадолго оставили в очереди за покупками одного, а касса приближается слишком быстро. Но, как и прежде, я не мог всем все объяснить. В голову не приходила ни одна подходящая отговорка. Все собравшиеся пожирали меня глазами. Больше всего я боялся, что сейчас Сара начнет что-то говорить. Ведь ее акцент снова поставит меня в неловкое положение. Но здесь мне повезло. Эд положил мне руку на плечо. В другой руке он держал стакан воды. Дал мне его и кивком головы указал следовать за Анной. Я взял стакан, кивнул ему в ответ, немного расслабился, глубоко вдохнул и пошел на улицу. Обстановка разрядилась, и веселье продолжалось.

Выйдя из дома, я замедлил шаг, так как увидел впереди сидящую на лавочке около бассейна Анну. Она до сих пор рыдала. И что же ей сказать?.. Рассказать о сестре? Или, может, правду о моих чувствах? Так это вообще ее добьет…

Я подходил к ней все ближе и ближе, как вдруг заметил по другую сторону забора проросший из земли цветок. Нужно ведь было как-то скрасить ситуацию. Подойдя к забору и нагнувшись за цветком, окинув при этом взглядом дом, я случайно пролил немного воды из стакана. В окне четко вырисовывался силуэт человека; казалось, он за мной наблюдал. Присмотревшись, я понял, что это тот странный тип, который поглядывал на меня в гостиной. От его взгляда у меня по всему телу пробежали мурашки. Я отвел глаза, сорвал цветок, поднялся, вновь глубоко вдохнул и отправился к Анне.

— Анна, выпей воды — полегчает, — тихим голосом сказал я.

— Пошел вон отсюда! Уйди! Видеть, слышать тебя не хочу! — крикнула она и выбила стакан из моих рук. Тот упал и разбился о землю.

— Перестань! Что ты ведешь себя как ребенок?! Я пришел поговорить! — эмоции тут же захлестнули меня. От злости я сжимал цветок все сильнее. Меня выводила из себя вся эта нелепая ситуация. Мне хотелось поскорее все уладить.

— В том-то и дело, Лео: ты просто считаешь меня ребенком. Но я достаточно взрослая, — вытирая глаза, ухмыльнулась Анна. — Меня привлекла в тебе только внешность, — в ее голосе явно проявилась ирония. — Да, ты милый. Да, твоя улыбка лучше, чем у всех вместе взятых. Но это не дает тебе права насмехаться над моими чувствами. Ненавижу тебя!

Эти слова меня очень удивили. Я не ожидал, что она так сильно мною увлечена.

— Анна! Ты все совсем не так поняла, — я попытался ее перебить, активно жестикулируя руками.

— Все. Ничего не желаю слушать. Все! — она резко встала, утерла слезы и с той же наигранной улыбкой и безразличным взглядом пошла в дом.

А я стоял в недоумении. Но вышло, как вышло. Со спокойной душой я направился обратно в дом, как вдруг, сделав шаг, наступил на стекло от разбитого стакана.

— Вот черт! — процедил я сквозь зубы.

Ступня отозвалась болью. Сняв ботинок, а затем стянув с ноги носок, я увидел, что там всего лишь царапина. Стоя на одной ноге, я пытался надеть носок обратно. Но в подвыпившем состоянии это оказалось довольно-таки непросто. Почти натянув его на больную ногу, я неловким движением опорной ноги столкнул лежавший ботинок прямиком в бассейн.

— Ну, твою ж мать! — уже с улыбкой вскрикнул я и начал искать сачок для уборки бассейна. Мне повезло — он лежал неподалеку. Но, как оказалось, достать им со дна ботинок не так-то просто. И пока все веселились, пили, танцевали, я доставал свою обувь.

Я почти добился желаемого результата, но, увы. Все-таки в этот день я был очень неуклюж. Ботинок уже находился в сетке сачка, когда я, наклонившись вперед и немного потеряв равновесие, плюхнулся в воду. Падая, я хорошенько ударился головой, но нашел в себе силы поскорее выбраться на сушу.

«Так, не могу же я идти в дом в мокрой одежде», — почесав полученную шишку, подумал я. Мне пришлось снять с себя все, оставшись только в нижнем белье, и направиться в таком виде в дом. У самого порога я засмотрелся на статую, изображающую какого-то толстого мужчину с лапами льва. «Надеюсь, что это не отец сестер». И я открыл дверь дома.

Внутри веселье было в самом разгаре. И всем было точно не до меня и, тем более, не до моего внешнего вида. Эд зажигал с Сарой, и, видимо, у них все шло хорошо, так что я не сильно хотел отвлекать эту парочку. Около стола стояла кузина Сары. Я подошел к ней и поинтересовался, как и где мне высушить вещи. Она любезно повела меня на второй этаж. Показала, где находится сушилка, а в придачу нашла и предложила мне какие-то тапочки, белую майку и штаны своего дяди.

Спустившись вниз, я увидел, что Анна, влюбленная Анна, уже сидит у какого-то парня на коленях и что-то увлеченно ему рассказывает. Я улыбнулся, а затем сел на свободный диван, по пути захватив себе немного выпить. «Когда уже это все закончится?» — думал я, с нетерпением ожидая окончания вечера. Хоть алкоголь меня успокаивал.

За спинами танцующих людей я снова увидел того странного парня. Он так же внимательно смотрел на меня. Что же ему нужно?

— Привет, красавчик, — сказала незнакомая девушка, которая не сказать что подсела, а просто прыгнула ко мне на диван.

От нее сильно несло парфюмом, и у нее были рыжие волосы. Вот что я запомнил, так как к тому времени я успел снова опьянеть. О ее внешности практически никаких воспоминаний не осталось. Хотя помню еще ее белую юбку, на которой виднелось красное пятно от вина.

— Меня зовут Катя. А тебя?

— Леонард.

— Как твое настроение, Леонард?

— Нормально.

— Почему ты такой неразговорчивый? — продолжала интересоваться она, опустив свою руку ко мне на колено и постепенно придвигаясь все ближе.

Сейчас я уж точно не желал с кем-либо общаться. Из-за этой ситуация с Анной. Хотелось сидеть в одиночестве и убивать время до того момента, когда мы с Эдом наконец-то поедем домой. Мне даже захотелось вновь увидеться с Мегг. Я несколько поспешно решил предпринять меры, чтобы эта рыжая девчонка ушла.