— Ну?!! — не выдержали мы.

— Что «ну»? — буркнул он. — Леди Настасья желает установить с нами торговые и политические связи по воле своего отца, князя Среднелесья. Чем и вызвано ее нервное состояние.

— А точно этим? — хихикнув, спросил Алекс и покосился на лучников этой самой леди.

— Потом расскажу. Нам ехать осталось часа два не более. А там разберемся. — подытожил Шут и откинулся на лавке.

В город мы входили первыми. Шут остался с принцесской, Алекс и Рон пошли в город. Я же со Стасом устраивали троллей на стенах и инструктировали начальников гарнизонов. Три тролля — три направления. Все круто, и прошло гладко. Тролли же сразу начали работать, видимо это у них от переизбытка эмоций. Потом мы на малом совете оговорили постройку и оснащение дальних гарнизонов, куда так же можно призвать троллей, им и дом и еда, а чуть что это сила и психологическое давление на противника.

Когда же я добрался до дома, меня ждала очень жаркая встреча, включающая в себя крики, ругань и избиение. Но это же нормально, надо было сразу зайти, а не торчать на стене половину дня. Когда же мир был налажен, а беременные девочки уложены спать, я пошел к замку Шута, чтобы узнать последние новости. Шел не один. Рон поймал меня на пути и отправился следом.

— Не нравиться мне эта принцесса. — говорил он мне пока мы шли по главной улице. — Нет, она конечно лучше вас, проклятых демонов, но все равно, она плохая.

— Рон, тебе вообще кто-нибудь нравиться? Я только и слышу о твоих придирках к людям.

— Пресветлая госпожа мне нравилась, но ты ее убил, подлое исчадие ада. — буркнул он.

— Ну конечно, все что плохое происходит, так виноват сразу я….

В таких разговорах мы и дошли до замка. Вход туда был свободным, а вот в гостевой зале, где в будущем будет стоять трон, нас уже ждали. Алекс, Стас, Шут и принцесса.

— И чего так долго? — спросил Алекс, пока качался на стуле, балансируя на двух ножках.

— Семейные обстоятельства. — оправдался я и присел за стол.

— Ну, раз все в сборе, я предлагаю начать. — поднявшись, сказал Шут. — Леди Настасья, получившая в народе прозвище Морская принцесса, являет собой волю отца, Князя Донкского, который узнал о нас через своих разведчиков и торговцев. А так как у него на текущий момент пять дочерей, он решил наладить с нами мир весьма экзотическим образом — выдать свою дочь за местного князя, создав, таким образом, нерушимый союз. Вот примерно и все.

— Мне она не нравится. — сказал Рон.

— Ты мне не нр-р-равишься! — гаркнул Борис, что сидел на высоком подоконнике.

— Ну, Рон, пойми меня правильно — Мне плевать на твое мнение. — спокойно сказал Шут и пригладил свои волосы назад. Рон насупился и отвернулся от него. — Кто еще хочет высказаться?

— А что по этому поводу хочет сказать сама леди? — задал мой вопрос Стас. Настасья поднялась со стула и облокотилась обеими руками о стол.

— Я от этой идеи тоже не в восторге. Мало того, что это идет в разрез с моими жизненными планами, так что я вижу тут. Не княжество, а натуральный бардак. Город представляют непонятные личности, что возомнили себя Князьями. Ведут себя, словно им все дозволено. Двое меченых смертью и монах Тирского ордена. Вы действительно полагаете, что ваша банда может заключать союз с другими государствами и их вассалами?

— А вот теперь, она мне нравится. — сказал Рон и гнусненько так захихикал.

— А что вы имеете против меченных? — спросил Алекс. Конечно, ему это было интересно, свои руки он под рубашки не часто прячет. А Стасу так вообще сложно скрыть метки на лице.

— Вы меня бесите! — неожиданно резко сказала она. Рон от этого просто закатился от смеха, но на него никто внимания не обращал. — Сколько вам лет, господа Князья? Месяцы? Пара лет? Вы появляетесь готовыми убийцами, в вас претензий, словно вы цари, а все вокруг вам должны поклоны отбивать. А другим приходится годы тратить на свое образование и навыки! Вы словно паразиты на…. Почему он так смеется? — смутилась Леди Настасья.

— Не обращайте внимания. — махнул я рукой. — Он так часто делает, когда нас унижают.

— Вас? — не поняла девушка.

— Ага. Мы тут все вас должны бесить. — сказал Шут, после чего сел на стол и вынул игральные карты. — Так что решайте сами, думайте сами.

Девушка на миг смутилась, присела обратно, взяла со стола кубок и выпила его залпом. Рон перестал смеяться, зато начал громко икать между редкими поминаниями Тира.

— Значит, я так понимаю, союза у нас не будет? — спросил спокойно Шут и резко сев раскидал нам карты, всем кроме Рона. Я взял свою пару и протянул руку за новой картой. Девятнадцать, мне хватит.

— И как, вы себе полагаете, я это скажу отцу? — выдала слегка покрасневшая леди из далеких земель.

— А мне, извините за прямоту — пофиг. — ответил Шут и, взяв карты, показал нам «Двадцать одно». Я скинул свои карты и вынул медяк из кармана, все повторили мои действия. Шут собрал выигрыш и сел обратно.

— Вам может и да, но мне-то что делать? Союз по торговле это одно, а желание отца подмять под себя соседние земли и взять вас в качестве своих вассалов это совсем другое, он без брака на это не пойдет.

— Минутку. — поднял руку Рон. — Это, какие такие соседние земли? Между этим Темным городом и землями вашего родителя лежат только земли Старгольда! Это же оплот моей веры и всего самого светлого на земле! — Шут вскочил со своего места и, упав на одно колено, встал перед Настасьей.

— Миледи, выходите за меня! Сию секунду, мы сделаем все, что нужно для этого брака! — мы заржали, Рон обиделся, а девушка растерялась.

— Не обращайте внимания. — смеясь, махнул я рукой. — Хотя если есть желание, вы можете соглашаться, его за язык никто не тянул…

— Я не поняла… — сказала она и отодвинула стул от Шута. — Господин Шут, это не смешно.

— Господин Шут… — смакуя, повторил Алекс, и мы опять закатились от смеха.

— Вам злобным тварям лишь бы шутки шутить, да в дураков играть! — взвился Рон. — Она же хочет уничтожить земли Тира! Вы не понимаете, она же поклонница Лиры! Псевдо-Богини, что заливает города дождями и засоряет земли сорняками! — все продолжили смеяться, а вот мне с Шутом стало не смешно.

На текущий момент только мы с ним знали о грядущем будущем, и о роли, что выполнит Лира. Хотя быть может, это произошло именно из-за Настасьиной смерти на мосту, что мы каким-то чудом предотвратили, на нас и напали слуги этой Божички. Что поменяется теперь? Шут понял мои метания и встал с пола, прошелся по залу. Возможно, он думал о том же, о чем и я — союз предотвратит геноцид или нет?

— А вам меченным, разве не все равно, чью веру я представляю? — наконец сформулировала свою мысль Настасья.

— На самом деле нет. — сказал Шут и поклонился. — Мы оставим вас и дадим вам время для размышлений. Пошли Влад. Надо перетереть.

Я поднялся со своего места и, выставив руку для Бориса, пошел за Шутом. Девушка за моей спиной только спросила у остальных, что мы собрались тереть. От чего все кроме Рона снова заржали. Шут привел меня на второй уровень замка, и мы подошли к внутреннему смотровому окну, из которого был виден общий зал, где находились наши ребята.

— Что скажешь? — спросил я у Шута.

— Девочка рождена с метками, и ей сильно доставалось от сестер. Она винит свои метки в смерти матушки, которую прикончил папаня из ревности. Имя она назвала истинное. Она не желает иметь с нами дел, однако воле отца она противиться хочет еще меньше. И скажу прямо, я от ее компании тоже не в восторге. — быстро ответил Шут, вынимая карты.

— Лир-р-рская пр-р-ринцесса умна, но пуглива. — доложил нам негромко Борис.

— Как я и сказал. И если я все верно просчитал, ее смерть не убьет ее отца, но даст достойный повод напасть на нас через годы. Возможно, он на это и рассчитывал. Жаль мне до его руки не добраться. Что ты думаешь? — я вздохнул.

— Мне эта идея тоже не нравится, но мы с тобой знаем, во что может перерасти наш отказ или ее мертвое тело под мостом. Может вам стоит выпить зелья и жить с большой любовью?