– Мы не нарушали перемирия. – Кара собралась с мыслями для ответа.

– Может, вы и не собирались его нарушать. Возможно, вы даже совершенно не знаете о его существовании, но перемирие вы совершенно точно нарушили. – Для дикого зверя чудовищный тролль разговаривал с удивительным спокойствием и с такой вежливостью, которая и при дворе пришлась бы к месту, если б только его голос не звучал настолько низко, что от него могла кровь пойти носом.

– В этой пещере вершилась великая магия, – сказала Кара. – Она и призвала нас сюда. Что случилось?

– Двое присягнувших огню повздорили. – Ответ краткий, словно воспоминание причиняло ему боль.

– Что это за место? И как тебя зовут? – Спросила Кара, вероятно надеясь увести разговор подальше от нарушенных перемирий.

Монстр довольно дружелюбно улыбнулся широкой улыбкой, хоть и открывшей множество острых зубов.

– Вы под Халрадрой, под огненной горой Химрифта. Эти пещеры были дарованы моим братьям Алариком, герцогом Маладона.

– Маладон! – Я не смог удержаться. – Слава Богу. – Если бы не все эти тролли, я бы рухнул на колени и поцеловал землю.

– А я, – продолжил зверь, – Горгот.

– Ты правишь здесь? – спросил Снорри.

Монстр пожал плечами и, могу поклясться, выглядел озадаченно.

– Они называют меня своим королём, но…

– Принц Ялан Кендет, внук Красной Королевы Марки. – Я протянул руку. – Рад встрече с вами.

Горгот посмотрел на мою руку, словно не зная, что с ней делать. Я уже собирался убрать её, чтобы тролль её не отхватил или не откусил, но он сжал её своими тремя пальцами, и на миг я почувствовал крошечную часть его силы.

– Итак, – сказал я, высвобождая руку и сжимая кулак, чтобы унять боль. – Итак, надеюсь, как король Хал… хм…

– Радры, – помог Снорри.

– Да, Халрадры. – Я бросил на Снорри мрачный взгляд. – Надеюсь, как король… под этой горой… вы окажете любезность другому члену королевской семьи Империи, и обеспечите нам сопровождение до границ ваших земель.

Горгот ничем не выказал, что услышал меня. Вместо ответа он опустился на колено и протянул раскрытую руку в сторону Хеннана.

– Как вышло, что с вами ребёнок, а на ваших топорах кровь? – И сфокусировал свои кошачьи глаза на парнишке. – Подойди.

Надо отдать должное мелкому паршивцу – в темноте он продемонстрировал не меньше отваги или безрассудства, чем при свете дня. Мы впервые встретили его, когда он мчался прямо в зубы налётчикам-хардассцам, а теперь твёрдо пошёл вперёд и положил свою маленькую руку в ладонь короля троллей.

– Как тебя зовут, дитя?

– Хеннан… сир.

– У меня был младший брат, – сказал монстр. – Сейчас ему было бы примерно столько же лет, сколько и тебе… – Он отпустил парня и встал. – Мои новые братья готовятся к походу в свой новый дом, в семи сотнях миль к югу, в Высокогорье Ренара. Можете идти с нами, пока вам по пути.

– Было бы от… – Я поумерил свой пыл. – Звучит приемлемо. – Я не мог заставить себя называть его "сир". Но звучало и впрямь отлично. Если только они нас не съедят, то сложно представить себе, какие охранники смогли бы лучше уберечь нас от слуг Мёртвого Короля. Если уж съешь людей, то они обычно не воскресают! – Когда вы планируете отправляться?

– Герцог Маладона обеспечит эскорт, чтобы избежать любых недопониманий с его людьми. Они должны быть здесь в течение недели. Перемирие гласит, что мы должны отправиться в путь после пира Хеймдаля. И что до тех пор нога человека не ступит на Халрадру… люди герцога патрулируют эти места, следя, чтобы никто сюда не забрёл.

– Мы прошли путями, которые герцог не в силах защитить, – сказала Кара. – Раз уж мы уже здесь, можем ли мы положиться на ваше гостеприимство, король Горгот, и остаться здесь, пока вы не будете готовы отправиться?

Я ощетинился, услышав это – терпеть вонь троллей и сидеть в темноте, в сырой пещере, когда мог бы хлебать эль за столом герцога. Я заметил, что и ундорет тоже нахмурились. Но, в конце концов, мне не очень-то хотелось тащиться по горам и лесам, чтобы добраться до залов герцога, даже если эль у него подают обнажённые богини: сейчас мне нужно было только лечь и поспать, и не важно, мокрый пол или нет.

– Можете остаться, – сказал Горгот. На том и порешили.

ШЕСТНАДЦАТЬ

Нам выделили пещеру, выходившую на жуткие склоны Халрадры, с видом на безжалостный сосновый лес. Я настолько устал, что сразу лёг, попытавшись устроиться поудобнее, и почти мгновенно уснул.

– Это копьё, которое ты нашёл в пещере… – голос Кары.

Сбитый с толку, я резко проснулся и понял, что уже стемнело. Кара у входа в пещеру разожгла костёр и сидела близко к огню, изучая одну из последних табличек с рунами, всё ещё висевшую на её косичке.

– Я не находил его в пещере.

– Ты сказал, что лежал на нём.

– Я нашёл его в своём сне. Забрал у военачальника. – Даже на мой взгляд это звучало глуповато. Наверное, оно лежало на полу, поскольку тролль, убивший его предыдущего владельца, счёл копьё несъедобным. Только это было не так. Я видел его в воспоминаниях бабушки, до самой мельчайшей детали.

– Сложно поверить, что его просто оставили, – сказал Снорри, выходя из мрака. Теперь огонь освещал его лицо.

– Не оставили. Оно было в моём…

– Покажи ещё раз. – Кара протянула руку.

Я тяжело вздохнул, уселся и вытащил копьё перед собой.

– Гунгнир! – сказал Туттугу, выпучив глаза.

– Сам ты Гунгнир. – Я зевнул и потёр глаза.

– Такое копьё было у Одина. У Тора был молот Мьёльнир. А у его отца – копьё, Гунгнир.

– А-а, – сказал я. – Ну, сомневаюсь, что это оно.

– Однако, это охрененное копьё. – Снорри наклонился и взял его у меня.

– Оставь себе. – Я погрел руки. – Я перестал доверять снам с тех пор, как встретил ручного мага Анкратов, Сейджеса.

– Словенскому военачальнику нет смысла таскать норсийское копьё. – Кара хмуро посмотрела на оружие, которое вертел в руках Снорри, изучая покрытие.

– Его послали нам боги. – Кивнул Туттугу, словно это можно было считать за серьёзное предположение. – А может, и сам Один.

– Видят боги, оружие нам нужно, – сказала Кара. – Если Снорри решил вести нас в логово Келема… Что ты собираешься делать, если Келем откажет? Что если он просто превратит тебя в соляной столп и возьмёт то, что ты принесёшь с собой?

Снорри прищурился и похлопал по топору.

– Если б острого лезвия было достаточно, чтобы Келем расстался с жизнью, то вряд ли он смог бы называть Скилфу молодой. – Кара протянула руки, и Снорри над костром передал ей копьё.

– А копьё справится лучше топора? – спросил он.

– Мифы отбрасывают тени. – Кара вытянула копьё перед собой, и его тень заплясала на её лице. – Все сокровища из саг отбрасывают множество теней, и даже их тени могут быть смертоносным оружием. А чтобы отбросить самую тёмную, самую отчётливую тень, нужен самый яркий свет. Тень и свет, связанные друг с другом, могут быть могучей силой. – Она бросила краткий взгляд на меня и Снорри. – А такое копьё… достаточно сильный свет может создать тень и от Гунгнира. И такая вещь может остановить даже Келема!

– Отлично, давайте вернёмся к Скилфе и спросим, может ли…

– Я и сама могу. – Перебила меня Кара. – Если сделаю это сейчас, пока прикосновение Колеса меня не покинуло, и моя магия не померкла до прежнего уровня.

– А проживёт ли копьё-тень дольше, чем то, что сделал с нами Ошим? – спросил Снорри.

Вёльва кивнула.

– Его будет удерживать не только моё заклинание.

– Боги эту штуку не посылали, – фыркнул я, оборвав себя на полуслове. Не было смысла говорить им, что их боги это вообще языческая чушь.

Кара меня проигнорировала и встала, по-прежнему держа копьё.

– Лучше сделать всё быстро. Возьмитесь за концы. – Она кивнула мне и Снорри.

Мы так и сделали. Я убедился, что берусь за тупой конец. Здесь, когда свет от костра мерцал на серебристых рунах, покрывавших тёмное дерево, это оружие выглядело таким же страшным, как и в руках военачальника.