Поиск
И, красуясь, он коня пришпорил.
Соколом рванулся конь лихой,
Цокоту подков недолго вторил
Горный кряж за шумною рекой.
Зависти незваной не противясь,
Прошептал аробщик: «Вот счастливец!»
И вола ударил он в сердцах,
И, тряхнув с досады головою,
Двинулся дорогою глухою
С той же скорбной песней на устах.
Подле Куди темен лес высокий.
В том лесу разбойник одинокий
Находил пристанище не раз,
Там деревья гибелью грозили,
В том лесу Како Бгачиашвили
Скрылся от недружелюбных глаз.
Месяц побледнел и закатился.
Чутким сном разбойник позабылся
Под навесом сумрачной листвы.
Враг людей, он спал, отвергнут роком,
Конь его косил пугливым оком,
Под седлом стоял среди травы.
Листья трогал ветер осторожный,
Конь ретивый вздрагивал тревожно
И глядел в редеющую тьму.
И сначала конь насторожился,
А потом взметнулся и забился:
Звон подков послышался ему.
И тогда со взвившеюся гривой
На дыбы он вскинулся легко,
Разбудил, заржав нетерпеливо,
Господина своего Како.
И вскочил как лев Бгачиашвили,
Взвел курок бестрепетной рукой.
Подлетает всадник. Лошадь в мыле.
И ему Бгачиашвили: «Стой!
С чем явился: с дружбой иль враждою?»
Всадник
Успокойся, я тебе не враг.
Како
Если так — поговори со мною.
Будь к добру знакомство, если так.
Всадник
Я твой друг, коль ты Бгачиашвили.
Како
Что ты хочешь, всадник молодой?
Всадник
Чтобы мы одну судьбу делили,
Жить с тобой и умереть с тобой!
Како
Мне твое прямое слово мило.
Мы друзья. Да будет так всегда.
Всадник
Сердце ищет сердца, силы — сила.
И твоя беда — моя беда.
Како
Ты мой брат. От края и до края
Этот лес — владение мое;
Не страшна мне здесь вражда людская,
Хоть мое не заперто жилье.
Кров мой там, где ночь меня застала,
Сень любого дерева — мой дом.
Этот лес дарил мне счастья мало,
Но и горе было легче в нем.
Чутким сном забудешься, как заяц,
И во сне тебя терзает страх,
Голодаешь, в зарослях скитаясь,
День и ночь — оружие в руках.
Горе тем, кто принял жребий скудный,
Надоест покорствовать судьбе.
Всё же легче бремя жизни трудной
Там, где мы хозяева себе.
У меня стальные побратимы,
И, пока не наступил мой срок,
Мы взаимной верностью хранимы —
Я, винтовка, да еще клинок,
Да еще, как страсть неукротимый,
Конь мой верный, выращенный мной, —
Сколько вместе бед перенесли мы
В бесприютной стороне лесной!
Верному коню не оступиться,
Не сробеть булату никогда,
Да и сам Како не побоится
Вместе с ними сгинуть без следа.
Вот какое у меня богатство!
И пускай врагов моих не счесть,
Верному в лесу — почет и братство,
Вероломному — вражда и месть.
Долгою была твоя дорога.
Беден мой приют. Сойди с коня
И за хлеб мой черствый слишком строго
Не суди разбойника — меня.
Всадник соскочил с коня, подпругу
Отпустил, хурджин и бурку снял,
Заглянул в глаза коню, как другу,
На потраву жирную пустил.
Как погнал коня он на потраву,
Сел он пред хозяином своим,
И пришелся гость Како по нраву,
Да и гостю стал Како родным.
Како
Ты прости мне мой вопрос нескромный:
Где ты, брат, услышал про меня?
Почему, скажи мне, в лес мой темный
Ты направил своего коня?
Всадник
Я тебя искал не уставая,
А услышать про тебя легко:
О тебе гремит молва людская,
Дети знают, кто такой Како!
Стар и млад твердят твое прозванье,
На тебя надеется народ,
О тебе правдивое преданье
И до наших правнуков дойдет.
Говорят, ты голову загубишь,
А неправды не перенесешь,
И простого человека любишь,
И защита бедняку — твой нож.
Диво ли считать счастливца братом?
Нет, не этим славен подвиг твой!
То ли дело — братство с небогатым,
Угнетенным горькою судьбой!
Если помнишь, так Арсен когда-то
Свято свой простой народ любил,
Он судьбу, печаль и радость брата
На груди бесстрашной приютил.
Люди, чтущие Арсена, правы:
Стоит он своей высокой славы,
Доброй матери его хвала!
Всякий рад бы вырастить такого,
Но Арсена не родить второго,
И не нам свершить его дела…
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: