· материалистический атеизм честнее — он прямо заявляет: «Бога нет, все вероучения — выдумки заправил культа», и потому меньше мешает людям жить по совести, нежели идеалистический атеизм, конечно если совесть в человеке не подавлена.

[74] Воспоминания, в которых люди стали сообщать правду, опровергающую доклад Н.С.Хрущёва на ХХ съезде, стали выходить в свет только после снятия Н.С.Хрущёва, начиная со второй половины 1960-х гг. Пока же Н.С.Хрущёв возглавлял КПСС и государство, все мемуаристы либо писали в духе его доклада ХХ съезду, либо о многом умалчивали.

Сопоставьте, например, воспоминания авиаконструктора А.С.Яковлева в редакциях хрущёвского периода и послехрущёвского, и Вы найдёте много значимых разночтений.

Один из военачальников в своих мемуарах, вышедших в хрущёвские времена или непосредственно после снятия Н.С.Хрущёва, смог позволить себе возразить его докладу на ХХ съезде только фразой-намёком, что в кабинете И.В.Сталина за все годы войны он никогда не видел глобуса.

[75] Когда на октябрьском 1952 г. пленуме ЦК, прошедшем после XIX съезда, в своём выступлении И.В.Сталин прямо указал на то, что он расценивает Молотова и Микояна в качестве капитулянтов, готовых свернуть социалистическое строительство в СССР и пойти на поклон к капиталистам Запада, по воспоминаниям К.М.Симонова это вызвало в зале шок, за которым не последовало никакой внятной реакции: см. К.М.Симонов, “Глазами человека моего поколения. Размышления об И.В.Сталине” (Москва, издательство Агентства печати «Новости», 1988 г., стр. 239 — 246). В материалах Концепции общественной безопасности воспоминания К.М.Симонова об октябрьском 1952 г. пленуме ЦК, проходившем по завершении XIX съезда, приводятся в работе ВП СССР “Форд и Сталин: О том, как жить по-человечески”.

Эта реакция пленума на обвинение со стороны И.В.Сталина в адрес его, как тогда считалось, ближайших сподвижников показывает, насколько члены ЦК были раздавлены не культом личности И.В.Сталина, а культом правящей бюрократии в целом. Это и было одной из предпосылок к тому, что спустя 4 года на ХХ съезде многие поверили Н.С.Хрущёву. Культ правящей бюрократии со смертью И.В.Сталина не прекратился, а целенаправленно продолжался до дней ГКЧП в августе 1991 г., хотя и не находил сочувствия в народе.

Заодно отметим, что этот пленум не позволил И.В.Сталину сложить с себя обязанности Генерального секретаря, о чём просил И.В.Сталин пленум, ссылаясь на свою старость и старческую слабость. Естественно, что члены ЦК, избранного XIX съездом, кто дожил до ХХ съезда и не был переизбран на пленумах между съездами, были и делегатами ХХ съезда по своему партийному статусу. Точных цифр мы назвать не можем, но членов ЦК было не менее 50 человек. И к февралю 1956 г. члены ЦК участники октябрьского 1952 г. не могли забыть происшедших на нём событий. Для них клевета доклада Н.С.Хрущёва должна была быть очевидна, но никто из них не возразил Н.С.Хрущёву ни по одиночке, ни соорганизовавшись.

[76] Если это не проявление именно товарищеской заботы о В.Г.Грабине, поскольку И.В.Сталин, понимал в каком состоянии покинул В.Г.Грабин заседание ГКО, то что это?

[77] Прямая оценка И.В.Сталина В.Г.Грабиным приводится в книге Ф.И.Чуева “Молотов: полудержавный властелин” (Москва, «ОЛМА-ПРЕСС», 1999 г.): «Я (Ф.И.Чуев: — наше пояснение при цитировании) у него (В.Г.Грабина: — наше пояснение при цитировании) спросил: “Как по вашему мнению, Сталин был умный человек?” — “Умный не то слово. Умных много у нас. Он душевный был человек, он заботился о людях, Сталин. Хрущёв сказал, что мы не готовились к войне. А я все свои пушки сделал до войны. Но если б послушали Тухачевского, то их бы не было”» (названная книга, стр. 66).

[78] Микоян А.И. (1895 — 1978) — член партии с 1915 г. В 1920 — 1926 гг. секретарь Нижегородского губкома партии, Юго-Восточного бюро ЦК РКП(б), Северо-Кавказского крайкома партии. В 1926 — 1946 гг. нарком внешней и внутренней торговли и ряда других наркоматов. С 1937 г. зам. Председателя Совнаркома СССР. В 1941 — 1946 гг. член Бюро Совнаркома СССР. В 1942 — 1945 гг. член Государственного Комитета Обороны. В 1946 — 1964 гг. зам., первый зам. Председателя Совета Министров СССР. В 1964 — 1965 гг. Председатель Президиума Верховного Совета СССР. В 1965 — 1974 гг. член Президиума Верховного Совета СССР. Член ЦК партии в 1923 — 1976 гг. С 1926 г. кандидат, а в 1935 — 1966 гг. член Политбюро (Президиума) ЦК партии. (Примечание в публикации доклада Н.С.Хрущёва.

Кроме того, в 1962 г. Микоян находился в г. Новочеркасске во время новочеркасскского расстрела людей на улицах города снайперами и пулемётчиками госбезопасности, за что несёт прямую ответственность как член Политбюро ЦК КПСС; наряду с этим он внёс вклад в разрядку «Карибского кризиса» 1962 г., порождённого Н.С.Хрущёвым, судя по всему «не сдуру», а целенаправленно — в русле некоего неотроцкистского сценария мировой революции. Приведём и один из анекдотов про Микояна советской эпохи:

Как-то раз Микоян пошёл в гости. И пока он был в гостях, погода изменилась, и начался ливень. Микоян собирается уходить, а хозяева ему предлагают зонтик. Он в ответ: “Спасибо, не надо — я так: между струй пройду…” Другая характеристика Микояна: “От Ильича до Ильича без инфаркта и паралича…”

[79] Однако, высказав это утверждение, ни одного факта в подтверждение этих слов, А.С.Яковлев не привёл… Вообще же за пять десятилетий борьбы со «сталинщиной», никто и нигде не привёл ни одного доказанного факта фальсификации уголовных дел по указанию И.В.Сталина. Все такого рода утверждения предлагается принять на веру.

[80] Ф.И.Чуев приводит мнение о репрессиях маршала авиации А.Е.Голованова, который сам едва избежал ареста в период «ежовщины»:

«Вот я вспоминаю встречи, разговоры со Сталиным, сколько раз по тем или иным вопросам — всё это мимо ушей! Когда стало вспоминаться? Когда на Сталина стали лить всякую грязь. Я удивляюсь не тому, сколько погибло при нём народу, а как он сумел ещё это остановить! Ведь общее настроение было такое, что могли полстраны уничтожить сами своими руками (выделено нами при цитировании). И думаешь, чёрт побери, как у нас, в нашей России бывает! Думаешь о прошлых временах, о Петре Первом и видишь: всё повторяется. История, по-новому, но повторяется. Не раз вспоминал, сколько Сталин говорил, что бытие определяет сознание, а сознание отстаёт от бытия! И думаю: ведь, по сути дела, мы должны мыслить по-коммунистически. А мыслится XVIII веком: как бы кого спихнуть!» (“Молотов: полудержавный властелин”, Москва, «ОЛМА-ПРЕСС», 1999 г., стр. 523).