— Наверное, я бы избегала этого места, — сказала я.

Он рассмеялся.

— Мы все избегаем Вигрида, — сказал он. — На самом деле, мы не можем посетить последнее поле битвы, пока нас туда не вытащат. До Рагнарёк.

Я кивнула, думая о Локи. «Ты ушла туда, куда я не мог последовать», — сказал он, в ту ночь, когда мы пили мед Одина. В ту ночь, когда я видела Вигрид.

— Но, если бы ты знала, скажем, что никогда не умрешь в автокатастрофе, — продолжал Хемир. — Разве ты не хотела бы разбить машину? Просто чтобы посмотреть, каково это?

Я отрицательно покачала головой.

— Думаю… если бы я знала, как умру… я бы попыталась предотвратить это.

Хемир усмехнулся.

— Ну, ты очень молода, — сказал он.

Я положила салфетку на колени, теребя гладкую ткань, и оглядела зал. В кабинке напротив нас сидела парочка. Должно быть, это были Асы, они были слишком красивы, чтобы быть смертными. Они вместе рассмеялись, а потом он протянул руку и погладил ее по щеке. Она поймала его руку и держала ее, улыбаясь.

Я отвернулась. Мы никогда не обедали вместе, подумала я. Ни разу.

Хемир потянулся через стол и взял меня за руку.

— Кэрол, — мягко произнес он в свете свечи. — Разве ты не хочешь домой?

Да. Да, хочу.

— Я не собираюсь оставлять его, — сказала я, ненавидя дрожь в своем голосе.

Хемир резко откинулся назад, отпуская мою руку.

— Он этого не заслуживает… — он замахал руками. — Это абсурдный уровень приверженности. Только не от тебя. Ни от кого-либо.

Мои щеки вспыхнули, когда я вспомнила прикосновение губ Хемира к моим, щетину на его щеках, грубую на моей шее.

— Ты солгал мне о том, кто ты, — сказала я, надеясь, что он подумает, что жар, распространяющийся по моему лицу, был вызван гневом. — Ты не имеешь права разглагольствовать о моих… моих приверженностях.

Хемир улыбнулся и широко развел руки ладонями вверх.

— Приношу свои извинения. Но, в самом деле, что мне было делать? Пожать тебе руку в аэропорту и представиться Тримом из Йотунов? — Его голос смягчился, и он снова потянулся к моей руке. — Можно было бы подумать, что я сошел с ума, — сказал он.

Его кожа была теплой. Я встретилась с ним взглядом в мерцающем свете свечи. Он может отвезти меня домой, подумала я, и у меня перехватило дыхание. Он можетпоехатьсомнойвЧикаго, обнятьменясвоимисильнымирукамиисновасказать, чтоябольшенеодна.

Я вздохнула. И что тогда станет с Локи?

— Послушай, — сказала я, отдергивая руку и поднимаясь на ноги, — думаю, это была ошибка.

— Нет, — сказал он, вставая и беря меня за руку. — Кэрол, подожди.

Я сморгнула слезы, вспоминая, как смотрела на сотовый, на его номер. Вспоминая, как отчаянно я хотела поговорить с ним. Если я останусь здесь еще, подумала я, то приму его предложение.

— Не думаю, что у меня есть еще вопросы, — сказала я, пытаясь остановить дрожь в голосе.

— Я могу проводить тебя до твоей комнаты, — сказал он с озабоченным видом. Он выглядел точно так же, как в Рейкьявике, когда поцеловал меня в лоб в аэропорту. В последний раз я видела его в царстве смертных.

— Нет. Нет, спасибо. — Я повернулась, глубоко вздохнула и пошла прочь, не оглядываясь.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

На следующий вечер в мою дверь снова постучали. Я провела весь день, ставя себя в неловкое положение с Хиди и воинами, вплоть до того, что ударила себя деревянным мечом прямо в лицо и разбила губу. Я смотрела на свой туалетный столик, ожидая появления кубка меда, чтобы выпить его и избавиться от синяков на лице. И я не чувствовал себя особенно терпеливой.

— Черт побери, Хемир, я же сказала, что у меня больше нет вопросов, — крикнула я, распахивая дверь.

Это была Сиф. Ее красивое лицо холодно смотрело на меня.

— Один просит твоего присутствия, — сказала она. — При первой же возможности.

Я хотела было извиниться за то, что накричала на нее, но передумала. Вместо этого я выпрямила спину.

— Прелестно, — сказала я, и мои слова несколько исказила распухшая нижняя губа.

— Ты готова сейчас? — спросила она. — Или тебе нужна… минутка?

Я провела пальцами по губам. Они казались огромными и злыми, и я подумала, что у меня тоже может быть синяк под глазом. Просто идеально.

— Я готова, когда ты будешь готова, — сказала я с легким поклоном.

— Очень хорошо, — сказала она, сворачивая в коридор.

Коридоры перед Сиф удлинились, открывая изгибы и проходы, которые я никогда не находила. Держу пари, она может читать эти книги, с горечью подумала я. Держу пари, она может навещать Локи. А потом я крепко сжала кулак, вонзив ногти в ладонь, чтобы сдержать слезы. Я не хотела встречаться с Одином с подбитым глазом, распухшей губой и слезами.

Сиф повернула в большую комнату. Вокруг огромного круглого стола сидели трое мужчин и были два пустых стула.

Мужчины повернулись ко мне, и я сразу узнала их. Одноглазого Одина, прислонившего посох к столу. Тюра храброго с темными волосами, что падали на плечи. Его правая рука заканчивалась обрубком, где чудовищный волк Фенрир откусил ее.

И Тора.

Тор был потрясающе красив, возвышаясь над другими воинами, его тело почти излучало свет и грубую мужскую сексуальность. Когда я вошла в комнату, он встал и рассмеялся. Это был такой дикий, радостный смех, что я не могла не улыбнуться.

— Значит, ты та смертная, которая столкнулась с уродами вместе с Локи! — прогремел он. — Входи же!

У меня даже челюсть отвисла. Я только что познакомилась с Тором, подумала я. И он сказал «столкнулась с уродами»…?

— Привет, Кэрол.

Я услышала голос от двери и обернулась, увидев Хемира. Не доверяя себе говорить, я натянуто кивнула ему.

— Кэрол, — сказал он, — я прошу прощения, но как только я войду в эту комнату, я стану Йотуном.

Мои глаза метнулись к столу, и к Одину. Один не выглядел полностью довольным, увидев Хемира.

— Мне жаль, что тебе приходится это видеть, — прошептал Хемир. Он вошел в комнату.

Трансформация была мгновенной. Только что он был красивым, мускулистым Хемиром из Рейкьявика. В следующую секунду, он стал чудовищем.

Йотун Трим возвышался над всеми, даже над Тором, чья рука теперь лежала на молоте Мьёльнире. Его волосы и борода превратились в лавину темных кудрей. Изо рта торчали клыки.

— Черт возьми, — выдохнула я, и монстр повернулся ко мне.

— Не бойся, — сказал Трим мягким, знакомым голосом Хемира. — Это все еще я. — Он постучал себя по груди, указывая на сердце.

Один отодвинул стул и встал.

— Трим, шлюха Локи, пожалуйста, подойдите к столу.

Трим сел, и меня охватило странное чувство дежавю, будто я все это уже видела раньше, возможно, во сне. Я поняла, что мужчины уставились на меня.

— Я не шлюха, — сказала я, все еще стоя с напряженной спиной.

Тор рассмеялся над этим, но он был единственным.

— Как бы ты хотела, чтобы тебя называли? — тихо спросил меня Тюр.

— Я… подруга Локи.

— У этого ублюдка нет друзей, — сказал Тор, и его голос гулко разнесся по комнате.

Я не обратила на него внимания. Я положила руки на спинку стула, очень хорошо осознавая свою распухшую губу и синяк под глазом.

Один вздохнул, театрально закатив один глаз.

— Ладно. Подруга Локи, пожалуйста, подойди к столу. — Он указал на единственный оставшийся пустой стул.

Я села. Стол казался очень большим. Четверо мужчин, молча, уставились на меня.

Я прочистила горло.

— Я пришла потребовать Испытание Эсилинда для моего… друга, — сказала я, надеясь, что мой голос прозвучал уверенно.

Один кашлянул.

— И ты, конечно, все об этом знаешь, — сказал он. — Ты кто, аспирантка третьего курса?

Ебать. Вас. Всех. Подумала я, гнев поднимался в моей груди.

— Я шла по Биврёсту, — сказала я. — Я пришла в Вал-Холл. Я здесь, чтобы потребовать Испытание Эсилинда для Локи Лаувейсона, и вы обязаны честью дать его мне.

Я понятия не имела, обязаны ли они мне что-нибудь дать, но я ничего не добьюсь, сидя в своей комнате или топая по проклятому лесу или ударяя себя по лицу деревянными мечами.

В комнате воцарилась тишина. Мужчины уставились на меня: Тор, Один и Тюр. И Йотун Трим, бывший мой друг Хемир. Я высоко подняла подбородок. На этот раз не я первая нарушу молчание.

Наконец Один прочистил горло.

— Каролина Капелло из Мидгарда, — сказал он дружелюбно и понимающе. — Мы бы хотели попросить тебя передумать. Мы готовы сделать тебе предложение.

Я затаила дыхание.

— Во-первых, — сказал Один, — мы можем дать тебе денег. В принципе, неограниченных денег.

Я ничего не ответила.

— Во-вторых, — сказал он, — ты получишь докторскую степень. С отличием. С нашей помощью или без нее, конечно, как посчитаешь нужным. И наконец… — Один немного поерзал на стуле, выглядя несколько неуютно.

— Ты получишь мужа, — сказал Тор своим глубоким, гулким голосом. — Мужа, детей, всего, что ты хочешь.

Я сузила глаза, не уверенная, что правильно его расслышала.

— Прошу прощения?

— Тор прав, — сказал Один. — Заключительная часть сделки — это партнер, муж.

— Но как это вообще…? Локи…

— Только не Локи, — сказал до боли знакомый голос рядом со мной.

Я повернулась лицом к чудовищу, которое было Хемиром, и поняла, что его глаза не изменились. Над изогнутыми клыками и буйством волос виднелись смеющиеся карие глаза Хемира.

— Я, — сказал он, и его голос прозвучал обескураживающе мягко на этом свирепом лице. — Я бы женился на тебе, если бы ты захотела.

— Прости, что?

— Он лучший партнер, чем Локи, — сказал Тор. — Это солидная сделка.

Мне очень хотелось оттолкнуться от стола, пойти, убежать, побродить по лесу и обдумать то, что я только что услышала. Мне хотелось хотя бы прикрыть лицо, подбитый глаз, распухшую губу. Чтобы спрятаться за руками.

Деньги. Моя степень. Муж. Семья. Ну, это же покрывает все основания, не так ли? Я не смела надеяться на мужа с тех пор, как была ребенком, и мой брат сначала дразнил меня, говоря, что я никогда не найду парня, зарывшись носом в книги. И семья… я вспомнила, как впервые держала на руках свою маленькую племянницу Деви, ее маленькое тельце было невесомо в моих руках, прижимаясь к моей груди.