– Тесса, – ответила подруга. – А это Фиби.

Я подняла руку в приветствии. Темноволосый парень улыбнулся.

– Я Бэн, – представился он, глядя при этом на меня, после чего протянул руку Тессе, сидевшей ближе к нему. Она пожала её.

– Вы ведь играете в лакросс? – спросила подруга. «Очень изобретательно, Нэнси Дрю», – подумала я, но парней, похоже, вопрос не смутил.

Бэн кивнул, и Тесса посмотрела на меня, округлив глаза. Я улыбнулась.

– Ага, – сказал Тайлер и указал на друга горлышком бутылки. – Вот он настоящий профи.

Бэн улыбнулся.

– Мама выросла в резервации, вот и играл всё детство с двоюродными братьями.

– Серьёзно, он звезда, – Тайлер сделал движение руками, которое, наверное, должно было изобразить подачу в лакроссе, но оно выглядело так, будто парень снег лопатой разгребал, и весьма изощрённым способом. – Я постоянно тренируюсь, но он всё равно надирает мне зад.

– Мой восьмилетний двоюродный брат смог бы надрать тебе зад, – ответил Бэн, – так что это ни о чём не говорит.

Откуда-то из глубин зоопарка раздался павлиний крик – пронзительный резкий звук, заглушивший все остальные звуки на улице. «Брачная ночь», – подумала я. Тайлер и Бэн тоже были как павлины, которые борются друг с другом за возможность произвести впечатление на неприметную серую самку. Трясут своими птичьими попками, распускают эти свои переливающиеся перья, и ради чего?

Кто-то на другом конце двора сделал погромче радио, и за электронной музыкой я расслышала заунывный голосок одной известной поп-певицы.

– Тэйлор Свифт, – сказал Тайлер, сморщив нос.

– И что? – спросила Тесса. – Ты настолько сложный крендель, что мисс Свифт нечем тебя порадовать?

– Я бы немного иначе выразился. Просто в последнее время я в основном слушаю рок 90-х. Совсем другое звучание: более дерзкое, более шумное. «Nirvana», знакомо? Ранний «Weezer». Бывает «Shelter».

Тесса засмеялась. Это был тихий гудящий вид смеха, который звучит одновременно приятно и злорадно.

– Что? – Тайлер подался вперёд.

– Прикалываешься? – спросила Тесса. Она посмотрела на меня, а затем снова на него. – Хочешь произвести на нас впечатление, тогда придётся сильнее постараться.

Взглядом я попыталась сказать подруге что-то вроде: «может, всё-таки не стоит торопиться строить из себя мисс недоступность».

Парень выглядел таким растерянным, что я была убеждена, что парень понятия не имеет, кто перед ним.

– Мой отец – Кирен Фэррис, – сказала я, раскрыв карты.

– Чего? – его словно обухом по голове ударили. – Выходит, что твоя мама...

– Мэг Фэррис.

– Боже ты мой! – воскликнул Тайлер, выпучив глаза. – Я ж знал, что она живёт в Баффало, но я думал, что она стала отшельницей, – парень потряс головой, – Я нигде её не встречал.

Я собиралась сказать, что только из-за того, что он нигде её не видел – да и где, в магазине? на заправке? – не значит, что мама стала отшельницей. Но я решила промолчать.

– Она профессор в университете Баффало, – сказала Тесса. – Скульптор.

– Так, стало быть... – казалось, что Тайлер делал какие-то вычисления у себя в голове, после чего взглянул на меня. – Так это из-за тебя группа распалась?

– Что? – на другой стороне лужайки я заметила нашу подругу Эви, стоявшую на стуле и исполнявшую танец под мисс Свифт.

– Мэг же родила? – продолжил Тайлер. – И на этом пришёл конец группе.

– Она родила её сестру, говнюк, – сказав это, Тесса обернулась посмотреть на меня.

– Возможно, это было и из-за меня. Может, я стала последней каплей, – я наклонилась к уху Тессы и прошептала: – Ну и язычок у тебя сегодня.

Подруга пожала плечами.

Но Тайлеру всё равно было не до Тессы. Он снова откинулся на спинку своего шезлонга и посмотрел на меня так, словно собирался сказать нечто очень серьёзное.

– Твоя мама с кем-нибудь встречается? – спросил он.

Я усмехнулась в ответ и спросила:

– А что? Дать тебе её номер?

Бэн рассмеялся, а Тайлер, улыбаясь, пожал плечами.

– Может, и дать, – парень звонко поставил бутылку на землю. – Вообще-то я просто хотел уточнить, встречается ли она с каким-нибудь музыкантом? – он подался вперёд. Наверное, надеялся на какую-то историю.

– Нет, – сказала я. – Она вообще ни с кем не встречается. И ей не очень-то хочется общаться с людьми из её прошлой жизни, так что никаких историй.

Поразмыслив над информацией, блондин сказал:

– Может, она лесбиянка.

– Тайлер, – улыбаясь, спокойно произнес Бэн, но в голосе было слышно предупреждение.

– Она не лесбиянка, – сказала я, покачав головой. Я подумала о том, что сказала бы мама, если бы была здесь, или, скорее, чего бы она не сказала. Наверное, женщина бы просто откинулась на спинку стула и слушала бы всё с ехидной улыбкой на лице.

– А что, – продолжил Тайлер, пожав плечами, – нет ничего плохого в том, чтобы быть лесбиянкой.

– Вот тётя Фиби, Кит, – лесбиянка, – произнесла Тесса задумчиво, словно пытаясь меня морально поддержать. – Как и моя двоюродная сестра Кристи, – взглянув на подругу, я дала понять, что это не имеет отношения к делу, и снова повернулась к Тайлеру.

– Конечно же, нет ничего такого в том, чтобы быть лесбиянкой, – сказала я. – Но моя мама – не такая. Просто ей не нужен постоянно мелькающий перед глазами мужик, – я склонила набок голову. – И теперь понимаю, почему.

Тайлер вскинул вверх обе руки, выставив ладони, как бы говоря «как скажешь».

– А может, ты знаешь кого-то из детей других рок-знаменитостей? К примеру, Фрэнсис Бин?

– А, ну, естественно, – ответила я. – У нас есть свой маленький клуб. Мы собираемся раз в месяц, а Фрэнсис Бин постоянно приносит колёса.

Бэн встретился со мной глазами, покачал головой и произнес одними губами: «Прости».

Я даже не особо понимала, какой наркотик называли «колёсами», да Тайлеру это было и не нужно.

Именно тогда вновь раздался вопль павлинов – вселяющий ужас крик, похожий на человеческий.

– Это из зоопарка или кого-то зверски убивают? – я обернулась к Тессе. – Ну, же, пора убираться отсюда, пока эти мокрушники сюда не заявились.

Подруга поставила своё пиво на железный стол и встала на слегка шатающиеся ноги.

– Уже уходите? – спросил Тайлер. Он всё ещё сидел, держась за подлокотники своего шезлонга, как король на троне. Я решила, что парень был не столько неприятным человеком, сколько чересчур самоуверенным и даже слегка забавным. Так что, раз уж Тесса хочет его, я бы с ним поладила.

– Уж лучше мы пойдём, – ответила я.

Бэн толкнул Тайлера в руку.

– Это всё ты, напугал их! Сделай что-нибудь!

– Фиби у нас босс, – произнесла Тесса, немного покачиваясь. – Вечно она босс.

Когда мы стали уходить, Бэн даже по-джентельменски встал. Казалось, что он хотел пожать мне руку или сделать что-то еще, но так и не сделал, зато мы обменялись бессмысленными жестами. Я почувствовала, как мои губы медленно расплылись в улыбке.

Мимо нас медленно проезжали машины, шурша и шаркая колёсами по асфальту. Было поздно, и в углу неба была заметна тонюсенькая ресничка луны, отворявшая дверцу в ночь. В холодном ночном воздухе было слышно лаянье морских львов. В холодном ночном воздухе был слышен лай морских львов. Мы шли быстро, молча, пока не подошли к светофору.

– Значит, парня с лакросса зовут Тайлер? – спросила я, когда сменился свет. Мы ступили на дорогу.

– Чего? – зыркнула на меня Тесса. – Нет. Парня с лакросса зовут Бэн.

И тут я почувствовала, как от ее слов мое сердце упало, словно к нему примотали медное грузило, а затем закинули подальше в море. Я видела, как оно кружилось в воде, видела проблеск металла, поймавшего свет луны при падении. Тогда я отвела взгляд от Тессы в сторону зоопарка. Сад с жирафами теперь опустел, став лишь участком зелёной травы. Он казался таким маленьким.

– А-а, – произнесла я Тессе, но про себя подумала «чёрт!»

И когда я думала об этом сейчас, то чётко осознавала, что уже тогда я почувствовала, что что-то назревало.