При этих словах император удовлетворённо улыбнулся. Похоже, его ненависть к «проклятым гуманистам» была так глубока, что её не смягчило ни время, ни сверхдолгая жизнь. Странно, всегда казалось, что люди с годами мудреют… Тут мне пришло в голову, что «подготовка» Мирассы для перевозки людей наверняка подразумевала истребление местных жителей, и я спросила с горечью:

- Но чем вам помешали туземцы? Зачем вы и их уничтожили? Только не говорите, что они представляли для вас какую-то опасность!

- Прямую – нет, – ровным голосом ответил маньяк-убийца. – Возможно, что и никакой другой угрозы не было, но в то время я считал по-другому. И, кстати, виноваты в этом сами туземцы.

Я, не сдержавшись, хмыкнула. Ну да, конечно, у сильного всегда бессильный виноват. Интересно, чем же провинились аборигены Храиссы, кроме того, разумеется, что посмели проживать на планете, понравившейся свихнувшемуся тирану?

- Да, представьте себе, Тэш, всё было именно так. Возможно, я не стал бы уничтожать их вообще, или ограничился тем, что выделил какой-нибудь угол и забыл об их существовании. Но один из аборигенов – кстати, он был кем-то вроде местного жреца или шамана, – уверил меня, что на Мирассе может проживать только строго определённое количество жителей. Мол, условия такие, что ресурсов хватает только тем, кто уже здесь поселился, и новичкам тут делать нечего, их вытеснит сама Храисса…

Я невольно нахмурилась. Да ведь и мне что-то такое говорили! И, опять же, столько табу и ограничений, сколько эта чокнутая планета накладывает на своих жителей, невольно заставляют задуматься о том, что какие-то серьёзные причины для этого есть... Стало быть, кто-то из аборигенов решил предупредить незваных гостей о том, что лучше поискать счастья в другом месте, и обрёк свой и родственные народы на тотальное уничтожение. Думаю, ему и в страшном сне не могло присниться, что Грасс так отреагирует на его советы. Бедные, наивные туземцы…

Я взглянула на садиста, который тяжело дышал, прикрыв глаза. Похоже, ему в очередной раз стало хуже. Однако, время от одного приступа до другого неумолимо сокращалось, подтверждая, что он действительно умирает. Странно, но этот факт меня не трогал совершенно. Покопавшись в своих полузамороженных чувствах, поняла, что мне всё это напоминало: исповедь и подготовку к казни одновременно. И я – в роли невольного исповедника…

Ну, хотя бы стало понятно, чем руководствовался будущий император, расчищая место для своих людей. Миролюбивые аборигены заплатили жизнью за то, что недооценили Грасса. Впрочем, я сама от них недалеко ушла, ведь уже знаю, что именно сделал с ними император, но что-то внутри отказывается верить в такую жестокость.

- Я бы, может, и не поверил этому шаману, но парень уже несколько раз показывал мне такие трюки, что пришлось невольно задуматься: а вдруг он прав? Вы ведь в курсе, что Мирасса – планета эмпатов? Тут все постоянно обмениваются чувствами, мыслями, чёрт его знает, чем ещё… Мы во всём этом постоянно ощущали себя слепыми и глухими идиотами.

О, да, знакомое чувство. Помнится, примерно, то же самое я думала, оказавшись в обществе ГИО-изменённых и полосатого бугая.

- Мне не нравилось такое положение вещей, потому что контролировать этих эмпатов было невозможно, как и спрятать от них свои чувства, и чёрт его знает, к чему это могло в будущем привести. К тому же, вопрос поиска другой планеты для меня не стоял: не было ни времени, ни желания, поэтому я решил проблему по-другому. Туземцы не хотели принимать новых жителей? Что ж, им и не пришлось этого делать.

Почти невольно меня передёрнуло от этих слов, при всей моей замороженности.

- На это и понадобилась-то всего пара недель. Местные жители оказались на редкость предсказуемыми и тупыми. Те, что жили в воде, послушно приплывали, куда им говорили, и погибали. Те, что жили в лесу – ваши любимые Вайятху, – тоже пришли сами, стоило пригрозить им выжечь леса…

Я зажмурилась. Смотреть на этот обломок человека, вещающий невыразительным голосом о таких чудовищных вещах, просто не хотелось.

«Никто не знает почему, но Вайядхау сами вышли к своим убийцам» – вспомнились мне слова полосатого миролюбца, сказанные на крыше небоскрёба на Второй. Теперь-то было всё понятно… Конечно, выбрать свою жизнь в ущерб гибели всем лесам Мирассы, они просто не смогли. Поэтому пожертвовали собой, наверное, уже зная, что идут на смерть.

- Забавно, что шаман, который рассказал мне обо всех этих сложностях с населением, происходил как раз из этих, лесных. Он, как узнал, чем закончились его откровения со мной, так впал в истерику, кричал, проклинал меня, предрекал неминуемую смерть…

Император холодно усмехнулся.

- Он так надоел мне своими воплями, что я решил наказать его и его соплеменников за дерзость. Они стали первыми подопытными для моих генетиков. К тому же, у этих разноцветных туземцев обнаружилось несколько совершенно замечательных умений, которыми мы решили воспользоваться. Впрочем, вы и сами об этом знаете.

Я сглотнула. Умений и вправду было более, чем достаточно, знать бы о каких конкретно говорил Грасс…

- Ну, не смотрите на меня так, Тэш. Вы же получали энергию от планеты, через этого вашего раба? Ага, вижу, что получали… Ну, именно это мы и оставили своим Вайятху в первую очередь: способность подключаться к планетарной энергии. Это было настоящим прорывом! Такие запасы дармовой силы… Жаль, что кроме как для поддержания функций тела, мы так и не смогли никуда приспособить это умение. Секс я в данном случае не беру в расчёт.

- Вы делали из них личные батарейки? – тускло спросила я. – Чтобы они снабжали вас энергией, выкачанной из Мирассы? Но при чём здесь тогда секс? Ведь можно и по-другому…

Тут я осеклась, осознав, что чуть не проговорилась о возможностях, по крайней мере, одного Вайятху, запертого сейчас где-то в этом плорадовом замке в медкапсуле. Конечно, возможно, что Грасс знал об этой способности своих рабов лучше меня, но мог и не знать, потому что Маугли давно перешагнул определённые для сексуального раба рамки. К счастью, император не обратил на мои слова никакого внимания.

- А почему нет? – арх-генерал слабо пожал плечами. – В чём-чём, но в сексуальных утехах эти аборигены тоже знали толк. Правда, отношения между мужчинами у них карались смертью, поэтому, когда я предложил шаману отвести меня добровольно на четырнадцатое небо, тот отшатнулся от меня, как от прокажённого. Что ж… он поплатился за это. Я снял с него мнемослепок, и потом, когда наши технические возможности выросли, вычленил из памяти этого упрямца его знания и стал вкладывать в каждого раба, которого мы делали.

- Так это… тот самый Проводник? – не слыша себя, прошептала я с ужасом.

- И вот, представьте себе, в каком-то смысле именно этот идиот ублажает меня уже больше четырёхсот лет! – Император рассмеялся каркающим смехом.

Мне же было совсем не до смеха. С информацией не справлялась даже накрывшая меня «анестезия». Я попыталась представить себе, как отнеслась бы вторая ипостась Маугли к новости о том, что именно он стал невольной причиной истребления большей части аборигенов Мирассы? По всему выходило, что лучше бы ему было этого никогда не узнать. Как и мне… Чего только стоило понимание, что часть всё того же безвестного шамана была вложена во всех Вайятху, используемых аристократами для своего удовольствия… Моего Проводника! Чтоб они провалились в пасть к Плораду, следом за своим предводителем!

А предводитель продолжал тем временем вещать:

- Но начинали мы с того, что создали послушных специалистов: тех же генетиков, математиков, инженеров, строителей, солдат…

- Солдат? Это ваших гвардейцев, которые сегодня всех пугают? – вклинилась я.

- Пугают? Ерунда. Здесь их никто не боится, – отрезал арх-генерал, подчеркнув слово «здесь». – Это вы там, в своём Содружестве, стали непомерно пугливыми. Мы же просто вернулись к изначальным идеям превалирования предназначения над всем остальным. Взгляните на них непредвзято. – Император сделал слабое движение рукой. – Ты, поди сюда.