Стандартный малый школьный спортзал. Активированная система «Иллюзионист-Школьник-21/4» декорирует зал в типовой вариант «Японское додзё периода Эдо». Человек, хорошо знакомый с самой распространенной в российских школьных заведениях фантом-системой, заметил бы, правда, что стандартные настройки «Иллюзиониста» сильно изменены. Из звуков, к примеру, остался только шум листвы и тихая птичья перекличка, а вот «изюминки» – говор праздношатающихся по улице людей, скрип телег и колотушка «отпугивателя оленей» – отключены.

Две черные фигуры с синаями в руках застыли друг против друга на квадратной площадке где-то десять на десять метров. Вместе с еще одной фигурой – судьей поединка – эти две составляли идеальный равнобедренный треугольник. Если сверху смотреть, разумеется.

Сверху никто не смотрел – зрители нестройной шеренгой собрались вокруг площадки. На пике напряжения тишина взорвалась:

– Мэээээн![1]

– Дооооо![2]

Зрители ощутили, как дрогнул пол от одновременного увесистого удара двух стоп. И две черные фигуры стремительными черными росчерками разошлись в противоположные края татами. Застыли. И резко – только шнурки и юбка тарэ[3] взлетели – развернулись друг к другу и – новое схождение-расхождение:

– Мээээн!

– Котээээ![4]

– Иппон![5] – Рука наставника поднялась в сторону фигуры с красной лентой. – Ямэ! Поклон! Подошли!

Две фигуры в темно-синих хакама, затянутые в черные доспехи, и отличающиеся друг от друга только цветом лент на спине – красной и белой – после взаимного ритуала приветствия проскользили к наставнику. Наставник – в такой же хакама[6], в таком же доспехе, но без шлема. Огромный усатый с выдающимся носом дядька собирался, если судить по свирепому лицу, «толкнуть речь» и «начистить холки»:

– Дорогой! «Держать центр» не значит вцепиться пальцами в меч до дрожи в коленках-да. «Держать центр» – это… как балансировать на канате (наставник показал, как балансируют на канате), вот-вот упадешь-да (наставник показал, как воображаемый канатоходец готовится упасть), и когда уже падаешь – (наставник резко хлопнул в ладоши, заставив обе фигуры едва заметно вздрогнуть) хлопнуть в ладоши. Именно в момент, когда падение неминуемо. Не раньше и не позже! Понимаешь-да?

– Ха! – Кивнула фигура с красной лентой.

– Олег! Все хорошо! Поймал Ивана-да? Но! Не считается! Где твой заншин[7], дорогой? Где твой дух-да? Вот где? Может быть, ты не выспался? Может быть, ты устал ко второму часу тренировки? Ощущаешь конец тренировки-да? Жеребец и запах родного стойла? Все такое… М?

Олег – с белой лентой – промолчал. Во-первых, безошибочно определил направленность риторики (естественно – давно знаком с манерой наставника строить процесс начистки). Во-вторых, стратегически неверно было сейчас отрицать очевидное. А соглашаться с замечанием – было бы неверно тактически. Лишь вздыхал горестно, склонив закрытую шлемом голову. Наставник знал ученика не хуже – а может и лучше – потому демонстрация раскаяния впечатления не произвела ни малейшего:

– Правильно вздыхаешь, дорогой! После первого до ты, наверно, уже был в раздевалке («Ну, не совсем, но, по сути…», – мысленно согласился Олег). Вот и хватило тебя на жалкий неуверенный слабый «котэ»…

Наставник голосом умирающего мышонка из «Мик и Вася» показал, насколько жалок был этот самый «котэ» – это было чуть-чуть обидно, так как выдохнул Олег в момент обсуждаемого удара полной грудью… запоздал, конечно, но – все равно!

– Выкладываться до конца – вот смысл тренировок! Понимаешь, да? – Наставник возвысил голос, обращаясь уже ко всем. – Дотягиваться до него кончиками пальцев! Кончиком синая![8] Вот смысл…

«Был бы настоящий нанокен… да, пусть даже старый добрый шинкен[9] – противник без руки бы остался от этого „жалкого неуверенного слабого“…» – не согласился Олег. Мысленно, конечно…

Олег и Иван, распознав отсутствие в грозе персональных молний – прошла гроза, чего уж там… – еле слышно вздохнули. И приготовились в который раз услышать уже известное, которое некоторые из новичков услышат впервые. И при этом оба осторожно, слегка согнув ноги в коленях, чтобы хакама полностью скрыла ступни, переместились чуть назад, дабы оказаться за спиной наставника. Почти одновременно, зажав подмышкой, стянули рукавицы – один правую, другой левую – один, якобы поправить нить на синае[10], другой, якобы поправить тесемки на шлеме.